Эй! Вайон! Мы тут! – раздалось откуда-то из глубины ангара, куда энвилец привел майора показать собранную машину. - Кто это с тобой такой красивый?
Марин поднял глаза на звонкий женский голос и увидел торчащую из металлической туши рыжую голову с парой девчачьих мелких хвостов. И как только ей позволили копаться в уже собранном прототипе?
Вайона, похоже, ничего не удивляло.
- Это наш будущий начальник службы охраны и майор службы безопасности, - ответил он, чуть повысив голос, чтобы докричаться наверх. - Вылезайте познакомиться.
Девчонка ойкнула и спешно стала выползать из распахнутой грудины машины. Да, делала это она достаточно ловко и умело, явно привычно к работе с крупными механизмами. И по комплекции она оказалась немного крупнее, чем представилось Марину в начале. Мелкая, но сильная, юркая девушка. Хотя вопрос ее профессиональных качеств был до сих пор открыт.
- Простите за грязные лапы, - спустившись, Крима по привычке вытерла руки об штанины униформы. Внешний вид и производимое впечатление ее ничуть не смущали. - А вы ведь с Цинтерры, правда? А верно ли говорят, что там почти не осталось парков и зелени?
Марин даже запнулся на полуслове первого знакомства, вынужденный ответить. Но если бы это был один вопрос! Поток всепоглащающего позитива лился из Кримы, как из ребенка, впервые увидевшего супергероя.
- А еще я слышала, что у вас там всего один город. А как вы делитесь по районам? Просто квадратами по площадям? А сколько у вас там народу? Где-то говорилось, что пару десятков миллиардов. Это верно? А чем вы питаетесь? Только привозными продуктами? А у вас есть собственные фермы? Или только колонии? Правда, что говорят, будто у вас всё мясо искусственное?
И так далее и в том же духе. Марину казалось, что она не затыкалась никогда. Однако, подошедший своевременно Кирен быстро переключил ее на себя.
Присвистнув, темноволосый парень с перевязанной цветастой лентой на голове отвлек молодую особу:
- Крима, твои отпечатки ладоней на заднице – как мишень. Снова вынуждают меня пялиться.
- В следующий раз я оставлю следы на документации, чтоб ты начал пялиться в нее, - не осталась в долгу Крима. Явно не в первый раз.
- Я все жду, когда ж ты начнешь вытираться об передний бампер, - иронично улыбаясь, ответил Кирен, выразительно глядя девушке на грудь.
Не особо прицеливаясь, она замахнулась и кинула в парня какой-то запчастью из кармана. Естественно не попала, Кирен только расхохотался. Крима следом за ним тоже. Вайон просто тихо хмыкнул в кулак. Одному Марину было не смешно, а скорее дико. А если бы попала?.. А если бы голову разбила?.. Где у них тут вообще понятие дисциплины в обществе?
И с этим народом ему предстояло провести неизвестное количество лет. Хорошо, что пилот обещался адекватный. И состав бойцов Марин мог проконтролировать и отобрать единолично.
Так получалось, что из всего экипажа Вайон казался единственным достойным общения и внимания. Само собой работа подразумевала вхождение в доверие к каждому члену группы, и Марин уже начал прилагать к этому усилия. Но чем больше он контактировал с назначенным командиром, тем отчетливее проявлялась граница работы и личной заинтересованности.
С Вайоном общаться было легко. С первой встречи парень уже перестал откровенно глумиться и шокировать майора своими финтами в налаживании дел. Их беседы переходили на более личные вопросы, а под вечер второго дня, когда они заседали в тихом ресторане, Вайон позволил себе откровенно рассказать о прошлом.
Для Марина не было новостью, что парень потерял всех родных. Удивило, что после он пытался сойтись с другой девушкой, а потом так легко разорвал с ней контакты. В чем-то майор видел с Вайоном большую схожесть. У них обоих не осталось родни, а долг работы требовал прервать все старые связи.
В какой-то момент Марин хотел заговорить о себе и супруге. Хотел сознаться, что только сейчас, после расторжения брачного контракта они действительно начали чувствовать нужность друг другу и впервые по-настоящему начали любить… Но остатки привычки и долга уговорили смолчать. Еще раз и как всегда. А так же, чтобы не задевать свою больную рану, которая разрасталась каждый день, когда он возвращался после работы домой. Где его ждала заново полюбившая женщина, уже не жена, но которой было вольным жестом начальства разрешено пробыть с Марином до отлета на пересадку.
Цинтеррианец не хотел, чтобы его начали жалеть. Или чтобы кто-то стал придумывать миллион и один вариант, как сохранить его на планете. Решение принято, цель поставлена, а отказ от нее обрушит всю карьеру и планы. Марин уже думал об этом. Представлял, что может случиться, откажись он от полета в пользу жены. В лучшем случае его понизят в должности. Посадят «за документы» и найдут на его место кого-нибудь более авантюрного и смелого, чьи мозги и силы будут гарантированно принадлежать Департаменту, а не женщине. В худшем случае он попытается уволиться сам, не выдержав монотонной работы и загнивания ума. Уволиться ему не позволят, а при попытке бежать с Цинтерры – тихо пристрелят в темном углу, списав на несчастный случай. Он слишком много знал, чтобы Департамент позволил Марину свободно ходить по чужим улицам. Как ни крути, а любой вариант кончался короткой жизнью и быстрой гибелью от рук своих же сотрудников. Кто-то не зря в шутку говорил, что «из Департамента уходят только ногами вперед».
Фактически, даже выбрав полет, Марин тоже подписался на свою физическую смерть. Как будет работать его сознание в машине – оставалось загадкой, которую раскроет им только Вайон. Первый, кто рискнет попытаться. Но в таком случае, следуя ироничной шутке, Марин уже «уйдет» из родной структуры. Забавно будет, если начальство не подумает заключить с ним новый контракт в Новой жизни. Ведь по сути пересадка в машину ничем
