class="a">[6]
…Кто-то рухнул на Эрика сверху. Кровавая темнота мешала видеть, заплывший левый глаз, оставшийся целым, нервно дёргался. Руки, ноги – все бесполезны. Дыхание ещё есть, но такое прерывистое и дёрганое, что свистит в горле. К Тёмному.
Эрик сосредоточился ещё раз. Он хочет это увидеть. Увидеть этот конец. Кто-то шёл, прикрываясь рукой от стены ливня. Нёс в руках оголённый меч. Взмахнул, пытаясь ударить чью-то спину, но его, играючи, подхватила вода на палубе. Ноги ивварца заскользили, и Эрик будто вместе с незадачливым убийцей рухнул за борт, в океан…
Тяжёлый всплеск поглотил вопль, захлестнул лёгкие, сапоги и мокрая одежда мигом утянули на дно. Эрик знал: упал с корабля за борт в бурю – и прощай.
Хорошо, что он ещё на палубе.
…Джейна пыталась добраться до Алекса, хотела обхватить так, будто боялась, что он вырвется, как ураганный порыв, и сам превратится в ветер. Но он не стал. И не стал уничтожать всех остальных. Вместо этого он перевёл взгляд на неё, а потом вдруг и на Эрика. И это уже не было взглядом безумца.
Эрик попытался хоть как-то подать ему знак одобрения, но только ощутил, как дёрнулся уголок рта в слабом подобии ухмылки. Неважно. Он поймёт.
Кто-то ещё попытался подобраться к Алексу, но рыжий офицер выступил вперёд и поднял руки, успокаивая сходящих с ума матросов. Кричал им, призывая сложить оружие.
Последний раз Эрик вернулся в себя, почти перестав что-либо видеть: только край палубы и лежащие рядом тела. Как же хорошо, когда тебя так много – рассыпаешься во всем мире и не чувствуешь боли.
Он везде и нигде.
И он не один.
Дождь лил и лил потоками, заново смывая кровь с плохо отдраенной палубы.
21. Слёзы
Небо и море, слившиеся воедино, понемногу усмиряли своё буйство.
Опадали грохочущие волны, стихали, оставляя после себя взбитые в пену брызги. Расходились по сторонам, расползались нависающие над головой чёрные тучи. Расползался по частям и корабль, изломанный бурей.
– Алекс! – снова закричала Джейна, привлекая его внимание.
Он будто не замечал, что все, оставшиеся в живых, давно побросали оружие и готовы были сдаться. Двое оставшихся офицеров стояли напротив него, сжимающего рукоять сабли, и пытались его успокоить. Спотыкаясь, Джейна снова побрела к нему, надеясь, что в этот раз её не отшвырнёт внезапной волной.
Алекс медленно опустил и без того ненужный ему клинок.
Шхуна с грохотом упала на очередной волне, заставив заскользить по палубе. Несколько матросов взялись за снасти, пытаясь убрать уцелевшие паруса, усмирить потерявший управление корабль. Под ногами катались обломки дерева, валялись клочья парусины. Раненые и убитые – здесь же, на палубе. Но Джейна не смотрела на них. Теперь ничего не исправить.
Резкий крен швырнул её на палубу, Джейна испачкалась в луже чьей-то крови, но снова поднялась и упрямо пошла к Алексу, замершему посреди этого хаоса. Ему единственному не мешала качка. Он будто слился с кораблём, морем, небом и даже на миг не терял равновесия, в то время как офицеры, едва держась на ногах, хватались за снасти.
Алекс обернулся. Он здесь, с ними?.. Или нет?
А корабль рассыпался на куски. Стонала уцелевшая бизань-матча. Свистел в расщелинах треснутого дерева ветер.
Они чудом не утонули, когда перевернулся ялик, а теперь вот-вот уйдут на дно вместе с этой шхуной.
Могло показаться, что мир и вправду хочет их смерти. А они, упрямые, карабкаются по битым осколкам, взбираются на хрупкие грани, которые вновь и вновь рушатся под ногами. И если они замрут хоть на мгновение, перестанут бороться – эта пропасть просто поглотит. Вырвет из горла последний крик, последний вздох, а после – сотрёт их имена.
Но Джейна знала: это не так.
От резкого крена она рухнула на колени у ног Алекса. Схватила его за руку. Тёплую, родную. Он едва заметно сжал пальцы, выронил из другой руки клинок. Алекс так крепко стоял на палубе, что Джейна изо всех сил опёрлась на его руку и медленно поднялась. Поднялась и закрыла глаза.
Когда-то давно, в тех горах, она смогла увидеть, как он чувствует этот мир. Теперь она знала, хоть и не могла ощутить это сама. Он может видеть. И она должна найти выход. Объединившись с Алексом, Джейна позволила себе раствориться в окружающем мире. Во всей его свирепости, дикости и красоте. Он чувствовал стихию, а Джейна видела… видела эти потоки, эти бесконечные завихрения могучих сил. Мириады звёзд, мириады нитей, сплетающих бытие. Как им вырваться из затягивающей в своё нутро бездны?
Джейна даже чувствовала предвкушение Алекса от близкого соприкосновения с морем. От того, что оно примет его в свои объятия. Ласково, как самая любящая на свете мать. Убаюкает на дне, уложит в холодную, зыбкую колыбель. Но им там не место, ещё не место. Она верит, она знает это!
Я люблю тебя, Алекс… и хочу любить ещё долго. Ласкать, перебирать тёмные волосы, касаться тёплых губ, зарываться в объятия…
Как найти спасение? Кто может помочь? Алекс, кто может помочь?! Давай жить! Мы сможем. Вырвемся из лап смерти, как делали уже десятки раз. Посмотри – здесь столько людей! Они все хотят жить. И не заслужили смерти за то, что боялись нас.
Давай же жить, Алекс!
Её отчаянная мольба разлетелась по миру, по этому простору, далеко, до самого горизонта, и дальше – за него. Они так хотели дойти до того острова. Там, где когда-то ждал их Мейкдон. Может, и сейчас ждёт?
Где же этот проклятый остров?
Алекс сжал крепче её ладонь и притянул к себе.
Авхельм…
Ветер трепал рваный парус. А ведь они совсем близко! Буря, пробуждённая Алексом, невольно гнала их туда, хоть и почти уничтожила шхуну! Казалось, до острова рукой подать! Но им сейчас не хватит сил туда дойти. Они быстрее потонут. Борта заливало водой.
Что мы наделали, Алекс? Мы не можем погубить стольких. Вытащи нас отсюда!
…Джейна вдруг увидела «Ясный». Родной «Ясный»! Белые паруса тревожно хлопали на ветру, волны с плеском бросались на форштевень, лизали фигуру солнца на носу. На миг высокая волна скрыла корабль до самых мачт. И снова – корабль несётся по неспокойному морю с раздутыми парусами. Что это? Видение, воспоминание Алекса или?.. Корабль где-то рядом? Мейкдон на шканцах. Живой, невредимый. Джейна, оказывается, до жути соскучилась по нему!
– Он рядом, – взволнованно прошептала она. – Ты видишь? Он рядом!
Алекс молчал, будто всё ещё не мог говорить.
И Джейна показала ему то, что видела. И их, эту шхуну. И
