ещё повезло за эти дни не встретить никого, кто навлёк бы проблемы.
Он качнул головой, бросив взгляд на энарийские флаги на флагштоках. Если даже не ивварцев встретят, а «своих» – тоже не к добру. Хорошо хоть избавились от ивварцев с той шхуны, высадив их под прикрытием сумерек на небольшом острове. Спасённые жизни в обмен на молчание – сделка устроила всех.
– Ну что, старина, каково быть вне закона? – повернулся Алекс к другу.
– Сойдёт. Бывали и пострашнее времена. Мы, считай, и без того живые мертвецы, если бы не ты – потопли б в тот шторм, и поминай как звали.
– И теперь скитаться со мной, как в легенде про корабль-призрак?
– Те, кто остался на борту, кажись, достаточно отчаянны для такого. И пойдут за тобой, куда прикажешь. А остальных отпустим на берегу. Правда, есть кое-что… – Мейк как-то странно наморщил лоб.
– Что?
– Слыхал тут разговор один, мол, парни ещё хотят задобрить морских духов… те могут быть сердиты, ну, ежели ты понимаешь, о чём я.
– М-м?
– Женщина на борту, как говорится, к беде… Знаешь же, говорят, душа корабля ревнива и нужен обряд примирить их. Джейну надо посвятить в наше вольное морское братство, чтоб по всем обычаям, а то не дело… Я, стало быть, как старший тоже несу за это ответственность. И, по-честному, Алекс, она заслужила…
– Ах вот оно что… – Алекс расхохотался. – Ну, с этой бедой мы как-нибудь справимся. Или это не парни говорят, а ты сам переживаешь, а?
– Думай, что хочешь, а сегодня как раз отличный день. – Он сложил руки на груди и усмехнулся.
Посвятить Джейну в морское братство? Алекс взглянул на матросов на палубе и задумчиво осмотрелся. В такое тихое и спокойное утро работы было немного, парни из третьей вахты развалились на баке и потихоньку напевали шанти. Они хотят зрелищ и доброго капитана, так почему бы не дать им этого? Они тоже заслужили, добровольно отправившись с ним в рейд без конца, цели и средств, да ещё зная, кто Алекс такой на самом деле. Если они дойдут до Шинтара целыми и невредимыми, надо отпустить там парней на волю, наверняка желающие найдутся.
Ладно! Алекс хлопнул ладонями по борту: шальное веселье охватило и его самого.
– Сагиш! – крикнул он старшему матросу, отныне выполняющему роль боцмана, и спустился на палубу.
– Капитан, – сверкнул улыбкой верный ивварец, лихо подлетев к мостику.
– Узнай, сколько у нас осталось рома и пресной воды, хватит ли на всех. И всех на палубу через пару склянок.
– Так точно, капитан. – Сагиш не скрыл широченную улыбку, отсалютовал и исчез на нижней палубе.
Алекс вернулся в свою каюту. Лучи солнца уже вовсю скользили по деревянным перекрытиям, добираясь до кровати у дальней переборки. Алекс тихо подошёл, любуясь спящей Джейной, прижавшей к щеке тонкое одеяло. Золотистые на свету волосы разметались по подушке, тени очертили скулы, узкий подбородок, нежную шею и впадинку между ключицами. Трогательная, сильная, такая притягательная… едва не утонувшая ради него. Точно почувствовав его дыхание, Джейна потянулась и распахнула глаза. Тёмные ресницы вздрогнули, чуть припухшие от сна губы смущённо улыбнулись, когда она приподнялась и подтянула к себе одеяло.
Алекс присел рядом на корточки и заглянул ей в лицо. А потом предельно серьёзно заявил:
– Чтобы остаться среди нас, ты должна пройти обряд и стать настоящей морской девой или… им придётся тебя убить.
– Что?!
– Таковы обычаи, – Алекс пожал плечами, сдерживая изо всех сил улыбку. – Я не шучу.
Джейна испытующе изучала выражение его лица, поджав губы, а потом так же серьёзно ответила:
– Хоть русалкой назови.
Какая же она… Алекс тихо засмеялся и покачал головой. Привстал и шепнул:
– Через час.
Вскоре вся команда по авралу собралась на верхней палубе. Ветер едва заметно раздувал паруса, «Ясный» совсем тихо, почти невесомо шёл по гладкой воде, зато матросы вовсю гомонили, радостно постукивая по рангоуту, кто-то бил в самодельный барабан, кто-то притащил губную гармошку. Сидели на реях, на бочках и на борту, ожидая обряд. Алекс зашёл в свою каюту и удивлённо замер.
Джейна отрезала ненужный ворот, оборвала рукава свободной рубахи, застегнула её и превратила в платье, перетянув взятой откуда-то красной полоской ткани талию. Даже будто подвела чем-то чёрным ресницы. Растрёпанные волосы, чуть убранные со лба, мягкими локонами падали на скулы. Взгляд Алекса скользнул ниже, по стройным ногам, столь оголённым, что он всерьёз забеспокоился за состояние команды.
– У нас в Сагарде так выглядит торжественный наряд, – она чуть тревожно улыбнулась.
Впрочем, она выбрала правильно. Алекс легко подхватил её на руки и понёс на палубу. Она ещё что-то бормотала про то, чтобы он поставил её на пол, но Алекс, не слушая, дошёл до шкафута и только там отпустил на свободу.
Их уже ждали, но никто больше не гомонил, не кричал и не смеялся – все вдруг восприняли обряд всерьёз, и Алексу он тоже перестал казаться забавной шуткой. Раймонд, скрестив руки на груди, следил за ними из-под стёкол пенсне, Сагиш замахнулся на слишком шумно болтающего Яниса. А Мейкдон привёл кого-то, наряженного в длинную хламиду с глубоким капюшоном и лохматым париком, сделанным из распущенных канатов. В одной руке у того был самодельный посох из старого весла. «Дух моря, дух моря пришёл», – пронеслось среди матросов. Ряженый остановился, откашлялся и заговорил со скрипом:
– Ну что, дети мои…
Джейна на звук этого голоса бросилась навстречу.
– Эрик!.. – Она обхватила несчастного, чуть не повиснув на нём, а Эрик пошатнулся и едва не упал. На свой посох он опирался не шутки ради. Капюшон сполз с его головы, и под лохматым париком показалось знакомое, хоть и порядком разбитое лицо.
Жив, бедолага. Остался жив, несмотря на жуткие раны, перебитую руку и сломанные рёбра. И это был первый раз, когда он самостоятельно стоял, а не лежал полутрупом в лазарете у Раймонда.
– Потише, радость моя, – похлопал Эрик Джейну по спине здоровой рукой, обменявшись взглядом с Алексом, и развёл руками, мол, она сама. – А то жив я останусь совсем ненадолго.
Алекс только невесело хмыкнул. Выглядел Эрик и впрямь худо. Одна рука плотно замотана бинтом, на щеках пара шрамов, синяк под заплывшим правым глазом, и сам бледный, несмотря на смуглую, как бронза, кожу. И отчего-то Алекс не чувствовал его, как прежде, но всё равно… всё равно был рад видеть – живым. Почему-то казалось, это непременно должно быть так.
Хоть что-то должно оставаться незыблемым. Эрик, жизнь и его бесконечные шуточки.
Джейна неловко отступила от него и подошла к борту.
– Юная дева, готова
