пришлось переместить нити браслетов, которые я обматывала достаточно плотно. Не выносила, когда брачные татуировки попадались мне на глаза. Однако сейчас я показывала их маркизу. Потерплю.
— Это доказательство моей верности. Жду не дождусь, когда их изучат и состояние зафиксируют. Сделаны они были явно с нарушениями, потому что переродились в нечто жуткое. С их помощью Роберт может меня контролировать, и, подозреваю, именно через них он вычерпал мою силу… Так вот, когда эти брачные татуировки уже занесут в протоколы, и необходимость в них как в улике отпадет, то я перестану быть верной супругой. С меня хватит. Не знаю, сколько мне осталось, но блюсти честь чудовища, который сначала раздавил, а потом выставил на торги… Увольте. Вы платили моему мужу за то, чтобы со мной переспать? Или платил только Барабье, который не так спешил, как вы?
Я не знаю, что на меня нашло. Но цепкий взгляд этого хорька, ненавистные отметины на коже, на самом деле представлявшие собой… Тогда, исцеляя Люка, я увидела свои кисти фактически отрезанными. Теперь я не могу смотреть без отвращения на собственные руки.
Ты перестанешь быть супругой — тихо сказал Кристиан. — И точка. Не наговаривай на себя. Ты сама решишь, как тебе продолжать. Все дороги открыты.
Маркиз по-прежнему изучал нас с глазами круглыми, как у совы. Но первым делом он, конечно, бросился все отрицать.
— Это какая-то ошибка. Наверное, вы нервничали. Сильно. И вам показалось что-то невероятно ужасное… Леди Изабель. Я же ваш друг…
Он произнес это так проникновенно и искренне, что Легран вспылил. Он ограничил наш столик круглым куполом, чтобы не зацепить детей за большим столом. И оба, я и Патрик, ощутили, как голову сдавали тиски. Но, видимо, до меня дошли лишь отголоски (я ведь постоянно сталкивалась с магией князя), а вот маркиза накрыло. Он почти упал на столешницу, сжав голову обеими руками.
— Пощадите, — прохрипел он. — Я горячо понимаю переживания леди. Очень ее понимаю.
Лучше бы он елозил чуть меньше, потому что мне с трудом удалось угомонить Кристиана. Я повисла у него на плече. И, нет, — этого совершенно не могло быть, — укусила его через рубашку. Князь обалдел и перестал исходить яростью.
— Что за послание у вас, Патрик? Будем считать, что свое, — для мужа и для Совета — я уже передала.
— Совет, действительно, в затруднении. С одной стороны, показания лекарей не дали ничего нового. Все в Горгольезе, включая слуг, подтверждают, что вы наносили себе травмы сами. Две горничные и лакей заявляют, что видели это лично — в разное время суток, но в основном утром, когда вы еще не отошли ото сна. С другой — полное иссякание магического источника, это беспрецедентно. Он мог бы быть угнетен болезнью, но оба лекаря утверждают, что его просто нет.
— Вы не сказали ничего, чего я бы не знал, де Труи. К чему весь этот фарс с личным визитом?
На этот раз Патрик поостерегся юлить.
— Было решено, что мы должны получать регулярные и независимые отчеты о состоянии леди Изабель. Так что к вам — через день, через два — будут наведываться проверяющие. Я всего лишь стал первым. Если бы вы согласились отпустить герцогиню на нейтральную территорию, под присмотр независимого лица, против чего ее муж не возражает, а большинство участников Совета настаивает…
Я похолодела, хотя умом понимала, каков был ответ Кристиана на это предложение.
— Я уже уведомил Совет об отказе. Пока Марбо угрожает жене, а их связь не разорвана — этого не случится.
— Поэтому многие нервничают. Прошлой ночью герцога сбила с ног неизвестная хворь. В Совете настаивали, что необходимо убедиться, что Ее Светлость в порядке. Ведь устранив пару, не имеющую наследников первой и второй очереди, вы заберете себе и герцогство, и графство… Это не я сказал, — заторопился Патрик. — Я лишь озвучивают беспокойство высокопоставленных чиновников и правителей.
— То есть вы ставите меня в известность, что мой замок вот-вот превратится в проходной двор?
— Нет, что вы, что вы… Так будет удобно договариваться всем вместе, с привлечением леди Изабель. Вы настаиваете на ее вменяемости. Лекари также не нашли признаков того, чтобы она не отвечала за свои действия… Вот, например, правитель Зиновии предлагает вывезти леди на обследование в их княжество. Это не займет и полдня. В то же время их лекари и их экспертиза славится на весь Лондиниум. Вы будете сопровождать герцогиню лично и сможете взять свиту из боевых магов. Их количество обсудим дополнительно… За несколько часов все необходимые данные будут сняты, а то, что вы называете уликами, собрано.
Кристиан был непреклонен.
— Это тоже исключено. Исследования должны проходить здесь. Я готов рассмотреть другие земли в Ланвиле, если уважаемые участники Совета боятся отправлять на остров своих делегатов.
— А в Зиновии… будет присутствовать Роберт? — вмешалась я.
— Конечно, — кивнул Патрик. — Ваш супруг, как одна из сторон, да еще с тяжестью подобных обвинений обязан присутствовать.
Я замолчала и только потом заметила, что ожесточенно тру одну из брачных татуировок. Кристиан погладил меня по шее. Жест получился интимным.
— Этому не бывать. Только Ланвиль, — повторил он.
Де Труи помедлил. Только сейчас я оценила его переговорные способности.
— Совет расценивает вашу тактику как целенаправленное вредительство, князь. Вы тянете время, а графство Круа, принадлежащее чете Марбо, погружается в хаос.
Глава 68
Не знаю, какой реакции ожидал от меня маркиз — уж точно не того, что я останусь сидеть с тем же самым напряжением на лице.
Разумеется, я чувствовала свою ответственность за Круа, причем как никогда раньше. Однако не менее четко я сознавала и другое: в таком состоянии все, на что я способна, это продолжать подкармливать безумие Роберта. За эти пять лет он прибрал к рукам весь мой потенциал — одно это уже усилило его многократно… Но, видимо, ритуальными убийствами или ритуальными зверствами изредка он промышлял тоже, обеспечивая себе дополнительные кратковременные всплески.
Сейчас, без меня, Марбо лишился привычного равновесия. Он метался и к тому же нацелился на Вилль. Все эти порывы угрожали ему разоблачением… Останься я при нем, сорвись мой внезапный побег — и неизвестно, сколько бы еще раздувался этот гигантский клоп.
— Продолжайте. Что же вы молчите, — с ядовитой любезностью предложил Легран.
— В Круа магический фон сменился с благоприятного на вредоносный. Причем это ощущают на себе абсолютно все жители. Случившееся убийство, со страшной подоплекой, качнет его еще глубже вниз. Это приведет к тому, что население станет болеть, нищать и
