проскреб пальцами по столу, сжав кулаки, затем медленно выпрямился.
— Вот значит как? — Просипел он перехваченным голосом. — Стало быть, вы отказываете в помощи первому советнику короля?
— Ничем не могу помочь, — буркнул Раенгорд, унырнув куда-то под стол за упавшим свитком, — я не отслеживаю где обитают мои сотрудники, это их личное дело. А посему можете орать сколько угодно, я все равно ничем не могу помочь вам. Это ясно?
Он вскинул голову и посмотрел прямо в глаза Сандира. Тот выдержал его взгляд. Нервно дернул щекой, что-то прошипел на прощание и стремительным шагом покинул кабинет шефа. Раенгорд с облегчением выдохнул. Нет, с этим определенно нужно что-то делать. Вот же привязался — где найти, где живет … похоже, Альзиенна натворила нечто более серьезное, чем туфельки не в цвет к платью. Неужели она умудрилась что-то украсть из дворца? Впрочем, тогда бы ее искали гвардейцы. Соблазнила одного из принцев? Зачем? Она же замужем. Плетет какие-то интриги? Не в обиду будь сказано, она слишком туповастенькая для этого. А вот узнать нечто компрометирующее королевскую семью — это уже ближе к попаданию. Альзиенна же обожает коллекционировать всяческие сплетни. Впрочем, если бы только коллекционировать! Она же постоянно их разносит среди друзей и знакомых, будто заразу! Как видно, Альзиенна в этот раз узнала нечто такое, о чем следовало бы молчать до конца жизни. Да похоже не хватило ей куцых девичьих мозгов, чтобы сохранить это в тайне. Вот король и послал своего советника, чтобы решить этот вопрос. Отчего же они не найдут ее через мужа? Впрочем, она ведь живет отдельно от него … тоже странно это … а может дело настолько деликатное, что его просто не хотят вовлекать в него? Словом, не женщина, а бесконечная головная боль. Нет, зря, ой зря, я согласился взять ее на работу! Пожалуй, пора решить эту проблему радикально.
Немного обмозговав эту идею, Раенгорд встал, потянул как следует свою широченную спину и направился на первый этаж. По дороге он думал, что неплохо бы для начала выяснить как Альзиенна вообще работает: может быть она уже давным-давно напросилась на пять увольнений и три выговора? Или наоборот. Нужно всего-то-навсего посмотреть записи, которые касаются этих двоих — Альзиенны и Левантевски..
— Все, что они делают на базе и за ее пределами в рабочее время, — пробормотал себе под нос шеф и легонько прикоснулся к небольшому кубику — артефакту, что записывал данные о вызовах и врачах, отправленных на них. Не глядя придвинул к себе еще один такой же артефакт, который фиксировал данные о выдаче зелий. Потом подумал и сгреб в одну кучу все, что было рядом. Вернувшись к себе в кабинет, Раенгорд принялся внимательно изучать архивы, медленно почесывая себе макушку указательным пальцем и кивая каким-то мыслям. Дело складывалось.
Глава 39
Блестящая портьера, искусно вышитая золоченой нитью, медленно колыхалась над головой Фелиссандра, посылая яркие отблески по стенам. Он поднял руку, энергично почесал нос и озадаченно огляделся. Затем спохватился, откинул покрывало и принялся судорожно ощупывать свою грудь. Опустил голову и внимательно осмотрел себя — ничего. Ни единого шрама. Совершенно гладкая здоровая кожа, идеальная на вид. Не веря своим глазам, Фелиссандр ощупал ее еще раз. Как же это получилось? Ведь именно эта знахарица изуродовала его, когда залечивала свежие раны, а теперь … не может такого быть! Может все дело в фельдшере? Он подумал немного и покачал головой — точно нет. Девушка управляла всем этим странным лечением, уж это он точно помнит.
Фелиссандр уселся на кровати, скрестив перед собой ноги и вдруг его рука легла на чье-то плечо. На мгновение сердце его ухнуло — неужто это она, Альзиенна? Может она влюбилась в него так, что даже домой к себе притащила и в собственную постель уложила? Или это от чувства вины за то, первое, неудачное лечение? И причем тут тогда кража артефакта? Брр, ну и бардак в голове!
Повернув голову, Фелиссандр понял, что рядом с ним вообще не женщина — спиной к нему, на боку, лежал явно какой-то подросток.
— Ни чепыздрика не понимаю, — пробормотал он, окончательно сбитый с толку, — у нее что — сын имеется? А я тогда на что тут? Когда я успел наняться в няньки?
Мальчик крепко спал, неровно дыша во сне и вздрагивая. Тело его было покрыто характерной пеной, которой обычно обрабатывают серьезные раны. Аккуратно перегнувшись через спящего, Фелиссандр заглянул ему в лицо и не смог сдержать удивленного вскрика:
— Светлый милорд!
Мальчик медленно приоткрыл затуманенные глаза. Затем с трудом перевалился на спину. Теперь Фелиссандр точно был уверен кого он увидел.
— Милорд Риккант? Младший брат великосветлого короля-дракона?
Паренек вяло качнул головой. По всему видать — одурманен каким-то зельем.
— Ну и ну!
Фелиссандр оглядел его: Риккант был покрыт белоснежным покровом от подбородка до ступней.
— Что с вами случилось?
Тот моргнул, закрыл глаза и тихо засопел. Фелиссандр решил не беспокоить принца. Встав он отыскал свою одежду, которая была аккуратно разложена на пуфе, оделся и принялся изучать дом, в котором очутился. Судя по изобилию дорогих тканей, вычурных статуэточек, вазочек, зеркал и зеркалец, золоченой мебели и прочей плюшево-блестящей шелухи, дом этот принадлежал женщине, причем довольно богатой. Мысленно сопоставив это с тем, что он успел узнать про Альзиенну, Фелиссандр поставил у себя в голове галочку — да, это ее дом. Значит, нужно всего-навсего дождаться хозяйку и наконец поговорить с ней, выяснить, куда и зачем она дела его артефакт равновесия. Нет, не так. Сначала надо будет поблагодарить ее за исцеление от шрамов — теперь, когда их нет, Фелиссандр ощущал, что энергия снова ему подконтрольна, хоть и избыточна. Да уж, неловко, пожалуй, будет объяснять почему он схватил и потащил ее в заброшенный дом будто грабитель или насильник. Почему она решила вылечить его? И как она сумела прервать приступ? Ведь Фелиссандр ясно помнил как на него накатил яростный жар, который уже принялся изъедать его кожу, а потом внезапно все прошло. Нехорошо получилось с его стороны, грубо. И вообще вся эта ситуация довольно странная и чем дальше, тем … тут до его слуха донесся протяжный стон. Поняв, что принц проснулся, Фелиссандр быстро вернулся в спальню и застал того врасплох: юный дракон лежал на спине с яростно выпученными глазами, сжимая смятую простынь в побелевших кулаках, прерывисто дыша, кусая губы. Сквозь стиснутые зубы время от времени прорывались всхлипывающие стоны.
— Мой светлый милорд, — Фелиссандр опустился на
