восторге от того, что столь важные объекты, как вся система обороны, вдруг должны перейти под контроль какого-то проходимца, волею судьбы оказавшегося офицером ВКС, причем довольно высокого ранга, раз обладает подобными полномочиями.
Но все же нет, дело тут не в Балде.
Я был уверен, что столь длительный процесс идентификации, проверки, передачи прав был создан специально, чтобы как можно дольше собственность корпорации находилась под ее же контролем. Кто знает, может, эти час-два смогут многое изменить.
Да и вообще, вся эта программа, благодаря которой офицер ВКС мог взять под контроль станцию, корабль или объект корпоратов, последним совершенно не нравилась. Вот они и вставляли палки в колеса – закон соблюден, все сделано, но…попробуй еще пройди все процедуры.
Впрочем, Анатольевичу, как и нам, было плевать на потраченное время. Для всех нас главным являлся результат – мы должны были получить систему под собственный контроль.
А сколько для этого понадобится времени ‒ уже не столь важно. Пускай час, два…пускай даже сутки – главное, чтобы в конце все удалось.
И…нам таки удалось!
– Все, готово… – Толяныч устало откинулся в кресле.
– Что, ты теперь контролируешь оборону? – встрепенулся успевший задремать Мерзкий.
– Да. Система под нашим полным контролем. Сейчас сброшу коды доступа…на кого идентификаторы выдавать? – этот вопрос уже был адресован мне.
– Мне и Строгову, – сказал я.
Могло показаться, что я поспешил с ответом, но на самом деле все тщательно и взвешенно обдумал. Права управления остаются за Толянычем, естественно, они будут у меня, и на всякий случай нужен был еще один человек.
Перебрав все кандидатуры, я остановился на Строгове – он довольно подробно знает, как работает система, он осторожен и не принимает спонтанных решений. Идеальный кандидат.
– Готово! – Анатольевичу понадобилось всего пять минут. – Попробуйте подключиться, но только ничего не включайте. Даже систему тестирования. Я опасаюсь, что это может привлечь к нам излишнее внимание. Может и не демаскируем все объекты, но…
– Лучше быть осторожным, – кивнул я, закончив фразу за него.
– Именно.
***
Со снятием директив или попросту «освобождением» искина от всех ограничений, все получилось гораздо быстрее и проще.
Во-первых, сам Иеремия этого желал и дал подсказку, предложив собрать комиссию.
Во-вторых, комиссия уже была собрана: я, как представитель военизированных структур «Арматех», успевший авторизоваться в сети Анатольевич, выступивший в роли администратора благодаря своему званию и принадлежности к ВКС, и наш док, имеющий нужный уровень сертификации и идентифицированный системой как сторонний специалист.
Едва только мы заполнили формуляры, которые любезно прислал нам через сеть сам искин, он тут же подтвердил их прием и…словно бы выключился.
Командный центр, где мы в этот момент находились, тут же перешел в «аварийный режим», то есть сеть была отключена, искин недоступен.
– Что за черт? – удивленно спросил Строгов. – Почему он отключился? Мы же его освободили, а не отключили?
– Самовыпилился? – хмыкнув, предложил свой вариант Мерзкий.
– Искин не может самоуничтожиться. Во всяком случае, без веских причин, – покачал головой Толяныч.
– Может, у него как раз причины были? – предположил Мерзкий.
– Какие? – спросил Толяныч.
Мерзкий лишь пожал плечами. Мол, мне-то откуда знать?
– Нет, – заявил Толяныч, – я думаю, Иеремия просто ушел в перезагрузку. Директивы были довольно значимы, вполне возможно, что, выполняя их, он утратил возможность контролировать часть из своих систем. Или же перезагрузка нужна, чтобы получить иной уровень доступа к имеющимся юнитам и оборудованию.
– И сколько может длиться перезагрузка? – спросил я.
– Не знаю, – вздохнул Анатольевич, – по идее несколько минут, а учитывая уровень ответственности этого ИИ, может, дольше.
– Несколько часов?
– Не знаю. Возможно и сутки.
– Это очень хреново, – вновь встрял Мерзкий, – за сутки «РоботЭкс» может захватить город и попросту выключить ядро ИИ.
– Не думаю, что если бы ИИ понимал это, он бы ушел в перезагрузку. Как минимум часть систем должна работать автономно. К примеру, АОДы и охранный периметр города.
– Ну…может быть, – вынужден был согласиться Мерзкий.
– Что ж, раз здесь мы закончили, с ИИ или без него нужно дальше реализовывать наш план, – сказал я, – нужно отправляться в город.
Но отправиться туда быстро не получилось.
Едва только я разблокировал двери командного центра и вышел наружу, как тут же заметил приближающийся бот.
Мои бионические глаза позволили рассмотреть его, несмотря на довольно большую дистанцию, нас разделяющую.
Еще не хватало сейчас отбиваться от дроидов «РоботЭкса»…
Но нет. Это был наш, трофейный бот.
Тот из них, который забрал себе Чеви.
Бот подлетел к командному центру на довольно большой скорости, лихо развернулся и быстро пошел на снижение.
Похоже, его пилот был несколько не в духе, судя по столь резким маневрам.
Едва только бот коснулся земли, его двери распахнулись и оттуда начали по двое выпрыгивать фермеры.
Одним из последних на землю ступил Чеви.
– Мик! Что за херня происходит? Почему сеть не работает?
– Похоже, ИИ ушел на перезагрузку, – ответил я.
– Что? Почему?
– Мы отменили его директивы.
– Отменили? Удалось? И что теперь?
– Ну, надеюсь, что без них ИИ начнет действовать гораздо более эффективно.
– Это как, например? – озадачился Чеви. – Пока я никаких изменений не вижу.
– Так он ведь и не включился еще. Думаю, первым делом и как минимум не будет считать мутантов людьми, прекратит их оживлять и наказывать нас за их убийства.
– Хм…уже неплохо, – кивнул Чеви и тут же переключился на другую тему: – Ты вообще в курсе, что происходит? «РоботЭкс» словно с цепи сорвались! Постоянно пытаются атаковать! Ты вообще видел, какие у них дроиды? У них какие-то щиты…напоминают модели чужих – их попросту не пробить из энергетического оружия.
– Да, я видел, – вновь кивнул я.
– Что делать будем?
– Да есть тут одна идея…
Что ж, придется задержаться с отбытием – хочешь не хочешь, а нужно ввести Чеви в курс событий.
Глава 26 Новые игрушки
Чеви как-то слишком уж быстро свалил. Такое впечатление, что ему совершенно нет дела до того, сможем мы отправить сигнал или нет.
Было такое мнение, что его вообще ничего не интересует кроме его деревушки, которую он и отправился защищать.
Уж черт его знает, как, но он узнал, что скоро
