тоже поверила твоему папаше, что обещал мне златые горы, да только итог всех жен офицерских — сидеть в гарнизоне или в имении с малыми ребятишками, пока он между муштрой на плацу и любовницей посещает Собрание, проматывая там последнее в карты.
— Митя не та… — Мари даже договориться не успела, как получила от матери оплеуху и от неожиданности и страха схватилась за щеку той рукой, в которой были чётки.
— А это что такое? Откуда? Он подарил? — По испуганному лицу дочери мадам Ренне поняла, что попала в точку. — Чтобы я их не видела никогда большее!
Ханна Бориславовна закричала, словно обезумевшая, дернула дочь за руку, тонкая нитка натянулась и лопнула. Чёрные бусины покатились по паркету в разные стороны. В руках у девушки остался лишь маленький прямоугольный крестик, довольно грубо вырезанный из вулканита. Мари успела зажать его между пальцев, да тем и сберегла. На глаза навернулись слезы. Мать метнула уничтожающий взгляд и вышла из комнаты, хлопнув дверьми.
Несчастная Мари попыталась собрать бусины, но они укатились — не собрать. Да и какой прок от того? Мать не позволит хранить их у себя. И тогда она решила спрятать хотя бы распятие.
В глубине кушетки, между спинкой и сиденьем было углубление, как узкая расщелина в скалах. Кажется, об этом не знал никто, даже сама матушка. Мари обнаружила этот тайник ещё в детстве, но пользовалась им крайне редко, боясь разоблачения. «Заберу потом, когда выйду за Арсеньева замуж. В моих вещах матушка станет искать, а тут не догадается», придумала девушка и это решение показалось ей единственно верным.
Мари скользнула пальцами внутрь кушетки, нащупала едва заметную щель и вложила туда крестик. Четок теперь нет, но она будет знать, где спрятана хотя бы их частица. Закончив, она решила уйти к себе, чтобы там, в своих покоях дать волю слезам. А еще подумать о том, что теперь будет? Стерпит ли Митя оскорбление? Ведь невозможно бесконечно скрывать Мари от жениха, при этом принимая в доме других мужчин. Рано или поздно это станет известно широкой общественности. А что тогда? Разрыв помолвки с нею? Дуэль?
Девушка встала и, подойдя к дверям, отворила их, чтобы выйти. Потянуло сквозняком. Видимо в коридоре кто-то открыл окно. Фрамуга, зачем-то открытая перед тем Хрептовичем, дернулась от сильного порыва ветра и захлопнулась с оглушающим ударом. В глазах Мари потемнело, она судорожно схватилась за ручку двери, но темнота накатилась, унося её за собой.
Глава 59
Кир
— Девушка, вам плохо? — услышала Мари голос где-то сверху, над собой.
Она моргнула и осознала себя сидящей на берегу пруда. Как она оказалась тут? Ах, да! Она же пошла прогуляться перед обедом и осмотреть окрестности, которые видела из усадебного дома. Некогда их усадебного дома.
— Девушка, вы слышите? — повторили свой вопрос сверху.
Задумчиво подняла голову. Перед ней стояла молоденькая девушка в форменном костюме пансионата.
Мари поспешила подняться, ответила, отряхиваясь:
— Я поскользнулась, грязно после дождя. Вот приземлилась на пятую точку, испачкалась, наверное.
— Если вам нужна помощь, я могу проводить. — предложила сотрудница.
— Нет, спасибо, со мной все в порядке. — заверила Мари, хотя на самом деле она не могла этого утверждать с уверенностью.
Сколько времени она просидела вот так на холодной земле, едва не свалившись в воду? Час? Два? Мари не чувствовала ни холода, ни ушиба, ни грязи, в которой умудрилась испачкать джинсы. В голове ее крутились только мысли вокруг того, что она вспомнила из жизни той Мари, которая жила здесь, в этом особняке в самом начале XIX века. Все это было настолько мучительно-странным, но казалось таким реальным, что возникло ощущение, будто у Мари раздвоение личности. Две жизни — прошлом и настоящая смешались, вызывая странные ощущения.
Мари знатно замерзла. Дрожа от холода, она поспешила пойти к дому, чтобы согреться и переодеться. А еще у нее возникла мысль — обсудить свое состояние с тем, кто проводит ретриты, наставником, который ведет группу. Может, он согласится провести с ней еще один сеанс регрессивной психологии? Почему-то Мари казалось это единственным выходом из сложившегося положения. Ведь тогда, в Питере в кабинете Ниониллы она много чего вспомнила и если бы не фрамуга, которая прервала сеанс, она бы могла понять, наконец, что же такого произошло между ними, что Арсеньев теперь, в этой жизни нашел ее и требует ответов на свои вопросы.
— Сколько времени у меня есть до обеда? — спросила девушка барышню на ресепшн и услышала в ответ, что еще есть примерно час. — Спасибо, а могу ли я до этого времени переговорить с наставником?
Сотрудник указала кабинет, где находился куратор. Поблагодарив, Мари ринулась на второй этаж, в свой номер, чтобы сменить штаны на чистые и сухие. От волнения у нее дрожали руки, сделавшись моментально ледяными. Наспех сменив наряд, Мари поторопилась к куратору. На секунду она задержалась перед искомой дверью, будто понимая, что этот разговор может изменить всю ее жизнь, но решилась и осторожно постучала о филенку костяшками пальцев.
— Войдите, — услышала Мари тихий голос за дверью и, выдохнув, вошла в кабинет.
Наставником оказался молодой мужчина примерно в возрасте Мари, тонкий, подтянутый, легкий. Сразу было видно, что он давно практикует какие-то техники, возможно, йогу. Об этом говорила поза, осанка, спокойное дыхание. Поздоровавшись, девушка поинтересовалась, сможет ли наставник уделить ей время?
— Как вас зовут?
— Мари.
— Очень приятно. Я — Кир. Кирилл, но лучше сократить.
«Они все какие-то чудные», подумала Мари, но виду не подала, только кивнула в знак приветствия.
— Я планировал познакомиться с вновь прибывшими вечером, но вижу, что у вас какой-то безотлагательный вопрос. Поэтому буду рад помочь, если смогу. Расскажите мне, что вас привело к нам в центр?
Боясь признаться в том, что в последние две недели с ней происходило, Мари несмело начала свой рассказ.
— Мне кажется, что я помню чью-то другую жизнь. И со стороны, наверное, это выглядит так, будто я сошла с ума или у меня раздвоение личности.
— Ну что вы, совсем нет. Когда человек не знает ничего о реинкарнации души, ему сложно принять, что с ним уже могли происходить те или иные события, он проживал какой-то опыт. Так заведено, что люди не помнят его, иначе представляете, как смешались бы в их голове знания обо всём, что с ними когда-то было? Если же такое происходит, а вы не первая, поверьте мне, кто вспоминает прошлое, значит, это для чего-то нужно. Вы говорите, что всё
