меня на шлеме по просьбе распорядителя. Взамен он шепнул, что стальной голем практически не ходит, полагаясь на свой гарпун, а паровой после резких нагрузок перегревается и сильно теряет в эффективности.
Про золотого ничего не сказал, но и услышанного было для меня более чем достаточно.
На стороне големов было преимущество в силе и численности, на моей — в расположении.
Металлические големы стояли по центру арены, в то время как голем плоти лениво замер на противоположном её краю.
Казалось бы — случайность! Но я был уверен, что это тактическая хитрость псов. Посмотреть, как я сражаюсь с големами арены, дождаться, когда выложу все свои козыри, а затем бросить на меня свою богомерзкую пакость.
Поэтому, стоило мне ступить на арену, как я тут же помчался к этому гниющему куску плоти.
Бежал по широкой дуге, чтобы стальной голем не достал меня своим тросом, и быстро, чтобы золотой голем не успел сообразить и кинуться мне навстречу.
Не знаю, были ли псы в курсе подарка, который я получил от неизвестного зрителя, но они явно заволновались. Мясной голем что-то утробно прорычал, и перед ним вспыхнул гнилостно-зелёный магический щит.
— Пора, — шепнул Ветерок, и я ударил по мясному голему Цепной молнией .
До него оставалось около пяти метров, когда големы в центре арены очнулись и помчались в мою сторону, пытаясь взять меня в клещи.
Вот только всё моё внимание было сфокусировано на големе плоти.
Гдадах!
От моей молнии гнилостно-зелёный щит разлетелся на сотни мелких осколков, а в голема полетела Колба Истинного огня.
Ветерок оказался прав — она пригодилась на втором этапе.
Причём спасибо за это я должен был сказать именно псам, ведь если бы не они, мне пришлось бы потратить драгоценную склянку на колдунов.
Все эти мысли пролетели у меня в голове за считаные доли секунды, а затем на меня дохнуло жаром и гнилью.
На мгновенье вспомнилась картинка из детства — как я жарким летом иду вдоль дороги и ем шашлык. А в следующий момент мне в нос ударяет сладко-гнилостная вонь. Именно так пахла сбитая кошка, которая пролежала несколько дней на жаре…
С трудом сдержав тошнотворный позыв, я резко ушёл в сторону и, оставив после себя полыхающую груду мяса, побежал дальше по внешней стороне арены.
— Отлично, дружок! — хлестнул по ушам возглас Ветерка. — Он уже не жилец! Истинный огонь пришёлся очень кстати!
— Ага, — буркнул я на бегу.
Изначально Колбу я планировал использовать для нейтрализации золотого голема, но после финта песьеголовых пришлось импровизировать.
— Аккуратней, — предупредил меня Ветерок. — Золотой тебя нагоняет.
Я оглянулся через плечо и криво усмехнулся.
Стальной голем всё так же стоял в центре арены, в то время как паровой и золотой решили поиграть со мной в догонялки. Вот только если золотой бежал за мной, то паровой находился на противоположной стороне арены.
И если я двигался по часовой стрелке, то он — против.
— Правильно мыслишь! — крикнул Ветерок. — Ещё минута-две, и они возьмут тебя в клещи!
С одной стороны, можно было рискнуть прямо сейчас — уж лучше драться один на один, чем против двух. Но с другой — ввязываться в бой с сильнейшим големом…
— А была не была! — выдохнул я и, достав из Инвентаря молоток гремлинов, резко затормозил.
Голем радостно рванул ко мне, распахнув свои золотые лапища, словно желая меня обнять, но я его разочаровал. Дёрнулся навстречу и тут же в сторону.
Он был быстр, очень быстр, но я оказался быстрее.
Проскользнув сбоку, я успел трижды ударить голема молотком по левой руке, отчего она… повисла плетью!
Я настолько опешил от мгновенного эффекта, что пропустил атаку.
В грудь словно выстрелили из дробовика, и меня отбросило на несколько метров назад.
— Соберись, тряпка! — заорал Ветерок. — Время!
Но я и сам понимал, что чем дольше тянул с золотым големом, тем выше угроза со стороны оставшихся двух.
Вскочив на ноги, я метнулся вперёд и, чудом уйдя от очередного удара, пустил в ход молоток.
Если золотой голем действовал словно борец — пытаясь сграбастать меня в объятья и повалить на землю, то я как будто танцевал. Порхал как бабочка, жалил, как пчела.
И чем ближе я был к голему, тем медленней, как будто, он двигался! Ну а каждый удар молотком словно ломал в нём какую-то деталь…
Нет, не так, не деталь! Какую-то функцию, что ли?
Каждый удар гремлинским молотком разрушал тонкую магическую настройку, без которой голем превращался в бесполезный кусок золота.
И с каждым ударом мне становилось всё легче. Да так, что к тому моменту, когда к нам подбежал паровой голем, единственное, на что был способен золотой голем — шевелить левой рукой.
— Вали его! — рявкнул Ветерок. — Я перекрою пар!
Изначально я собирался отступить, но, вняв совету элементаля, рванул навстречу паровому голему.
Бросил быстрый взгляд вбок, убедился, что стальной голем медленно ковыляет к нам, и заработал молотком.
Паровой голем, как ни странно, оказался быстрее золотого и мне трижды прилетело в грудь. Да так, что треснули рёбра.
Вот только это резкое ускорение обошлось голему слишком дорого. В какой-то момент паровой котёл засвистел, словно вскипающий чайник, и… взорвался.
Арену заволокло обжигающим паром, но я и не подумал отступать.
Закрыв глаза и задержав дыхание, я, следуя подсказкам Ветерка, принялся долбить по голему молотком.
К тому моменту, когда пар рассеялся, паровой голем превратился в помятый рыцарский доспех.
— Финальный штрих! — голос Ветерка так и звенел торжеством, и я его понимал.
Благодаря молотку гремлинов непроходимое испытание превратилось в лёгкую прогулку!
Да, моя левая рука практически не слушалась, да рёбра взрывались болью при каждом движении, но по факту это оказалось самым лёгким испытанием из всех Разломов.
А со стальным големом я и вовсе решил выпендриться и показать настоящее шоу.
Сначала показушно поуклонялся от гарпунов, а потом и вовсе, быстро сблизившись, превратил стального голема в бесполезный кусок железа.
Всего делов — отбить молотком руки и ноги!
Под конец и вовсе форсанул. Спеленал голема его же стальным канатом и громогласно заявил:
— Победу в поединке одержал Титан третьего ранга! А это, — я показал на голема, —
