забыть. И ничто из того, что он любил, не могло считаться пустой тратой времени или ресурсов. Не совсем. Так зачем же оставлять после себя то, что, очевидно, так много для него значило?
- Но, похоже, что...
- Стоп, - тихо сказал Фил. Он медленно поднялся на ноги. - Я иду спать.
- Учитель…
- Хватит. - Впервые в голосе Фила прозвучали нотки гнева. - Тема закрыта.
Ривер проглотил свое разочарование. Давить на него сейчас было бы бесполезно.
- Меня накажут?
- Может, и стоило бы, - сказал Фил, поворачиваясь к своей спальне. - Но я не уверен, что у меня хватит сил.
***
Фил лежал в постели, не в силах заснуть, несмотря на усталость. Его мозг циркулировал по проторенному пути от Папаши, к Шеннон и больнице, заканчивая признанием Ривера: фотографиями. Филу удавалось годами выкидывать их из головы, но несколько вопросов Ривера разбередили рану, которая, как он думал, давно зажила.
Через несколько часов после того, как Ривер лег спать, и в доме воцарилась тишина, Фил выбрался из постели. У него болели руки и ноги, это была глубокая усталость, которую он связывал с ранним утренним путешествием в сочетании с недосыпанием. Джоан, свернувшаяся калачиком возле его подушки, потянулась, зевнула и тут же снова закрыла один глаз, не обращая внимания на бессонницу Фила.
- Спасибо и за это, - пробормотал Фил.
Он накинул халат и тихо прокрался по коридору в комнату для гостей. Щелчок выключателя на стене едва не ослепил его. Он заморгал, привыкая к яркому свету. На смятом покрывале было видно то место, где Ривер сидел раньше, перебирая коробки. Как много он успел увидеть? Насколько глубоко в прошлое Фила забрался Ривер?
Это не имело значения. Не совсем. Все самое худшее было на самом верху.
Фил взял верхнюю коробку и сел на кровать, скрестив ноги, медленно просматривая снимки Уоррена. Ривер, вероятно, неправильно их понял. Да, в какой-то тайной части своего сердца Фил обожал Уоррена так, как никогда не позволял себе выражать, но эта любовь не ассоциировалась у него с романтикой. Не было мечтаний, чтобы он упал к его ногам. Никаких ночных молитв о том, чтобы Уоррен признался, что всегда чувствовал то же самое. Любовников, в конце концов, пруд пруди. Настоящие друзья - сокровище, и Фил никогда бы не променял одно на другое.
Но в такие дни, как сегодня, ему хотелось пойти к Уоррену и поделиться с ним своими страданиями. Ему хотелось прижаться к широкой груди Уоррена, позволить обнять себя, как ребенка, услышать, как глубокий, торжественный голос Уоррена говорит ему, что все будет хорошо.
Уоррен бы тоже так поступил. Им не обязательно было быть любовниками, чтобы Уоррен мог сделать что-то настолько простое. Но Фил никогда бы не позволил себе проявить подобную слабость, даже по отношению к Уоррену.
Конечно, на двух других фотографиях в верхней папке был Рори. Фил не знал, зачем он хранил их там, в таком месте, где можно легко получить к ним доступ, просто чтобы помучить себя. В следующей папке были фотографии с последней вечеринки, на которой они все были. Чарли и Грей к тому времени были холостяками, Уоррен и Стюарт были в процессе расставания, а Фил и Рори...…
- Учитель? - Тихо спросил Ривер, стоя в дверях.
Фил не слышал, как он вошел. Теперь, столкнувшись с неудачами своего прошлого и неуверенностью в будущем, у него не хватило решимости отослать его прочь. Он достал из папки две фотографии Рори и положил их рядышком на кровать.
- Именно тогда я понял.
Ривер на мгновение замолчал, вероятно, размышляя, как много ему позволено спрашивать.
- Что ты имеешь в виду?
- Мы устроили рождественскую вечеринку у Уоррена. Идея, конечно, принадлежала Стюарту. Я просто фотографировал, как обычно. Это были тяжелые выходные. Партнеры Чарли и Грея ушли от них. Чарли был в депрессии. У Грея была маниакальная фаза, он слишком много пил, пытаясь отвлечься, в результате чего мы все сходили с ума. - Он покачал головой, вспоминая. - По правде говоря, в тот вечер я больше беспокоился о том, что Стюарт разобьет сердце Уоррена, чем о себе и Рори. Я знал, что между нами не все идеально, но я думал, что мы справимся с этим. А потом, три дня спустя, я оказался в своей фотолаборатории. - Он оглядел обычную комнату для гостей, которую они занимали, вспоминая ее такой, какой она была тогда. - В этой комнате. И у меня была эта фотография в проявителе. И по мере того, как вырисовывалась картина, все становилось ясно.
- Что же произошло?
Фил указал на фотографию Рори, стоящего на коленях, которая была сделана тремя годами ранее.
- Этот взгляд, тот, который, как я всегда думал, был только для меня, был здесь. - Он коснулся последней фотографии, на которой Рори принимает напиток от человека, который в конечном итоге увел его у Фила. - Я понял, просто взглянув на это фото, что он мне изменил. Вероятно, он изменял мне несколько месяцев.
Ривер на секунду замолчал.
- И ты был прав?
Фил кивнул.
- Сначала он отрицал это. Сказал, что я сошел с ума. Что у меня разыгралось воображение. Но это было не так. Буквально через неделю я застукал их вместе.
Ривер медленно прошел в комнату и опустился на кровать позади Фила, из-за его веса фотографии и альбомы соскользнули на покрывало. Фил собрал их и положил обратно в альбом, стараясь не думать о том, что он чувствовал, наблюдая, как Рори уходит, задаваясь вопросом, как бы все могло сложиться, если бы Фил просто не сделал тот снимок.
- После этого я просто не мог больше этого выносить. Наверное, я не хотел знать, какие еще истины я найду.
- Сожалею.
- Это не имеет значения. - Какое-то время они сидели молча, но Фил практически чувствовал, как сильно Риверу хочется продолжать задавать вопросы. - Продолжай, - сказал он. - Ты можешь спросить прямо сейчас. Я, видимо, настроен поделиться.
Он услышал, как Ривер мягко улыбнулся. И все же Риверу потребовалось несколько секунд, чтобы отреагировать. Когда он отреагировал, это был вовсе не вопрос. Он взял папку из рук Фила и вынул из нее последние пять фотографий. Он наклонился над Филом и одним медленным движением разложил их веером по кровати.
Фотографии Уоррена.
Фил закрыл глаза.
- Пожалуйста, пойми меня правильно.
-
