на северо-запад, через Вестминстер, сворачивая с шоссе на все более узкие горные дороги. Фил прислонился головой к окну, весь Денвер исчез. Он беспокоился о том, что оставит Папашу на один день. Что, если что-то пойдет не так? Но в то утро с Папашей, казалось, все было в порядке, а контакт Ривера в магазине мушек заверил его, что у них все время будет работать сотовая связь. Кроме того, их конечный пункт назначения находился от «Маунтин Виста Эстейтс» ненамного дальше, чем дом Фила. В зависимости от загруженности дорог поездка может занять не намного больше времени, чем если выехать из дома. Да, он мог бы провести всю поездку, беспокоясь о Папаше или о ходе расследования в больнице, но с какой целью? Может быть, лучше было просто забыть об этом. Дорога почти убаюкала его, а Ривер тихо подпевал кантри-радиостанции по радио.
Они свернули на грунтовую дорогу. Ривер остановился, чтобы свериться со своей нарисованной от руки картой, но, похоже, был уверен, что находится на правильном пути. Еще один поворот, на этот раз на ухабистую грунтовую дорогу, между колеями от колес росла дикая трава. Они были недалеко от цивилизации, но из-за деревьев казалось, что они за много миль, затерялись в каком-то отдаленном уголке мира. Ривер замедлился, глядя на обочину дороги, где протекал ручей. Он выглядел таким счастливым, каким Фил его еще никогда не видел.
- Где угодно здесь должно подойти.
Примерно через четверть мили он нашел среди деревьев небольшую поляну, которая его устроила. Они подъехали, и Фил вылез из грузовика, потирая руки от внезапной прохлады. Они находились примерно на высоте восьми тысяч футов над уровнем моря, в глубине густой рощи высоких сосен. Он был рад, что Ривер напомнил ему захватить куртку.
Ривер достал из багажника своего грузовика снаряжение и быстро расставил его, небольшой переносной столик для пикника с двумя подходящими скамеечками, садовый стул и низкое кресло для отдыха.
- Садись сюда, - сказал он Филу. - Я сейчас вернусь.
Он забрался в фургон и вернулся через несколько минут с книгой, которую Фил читал дома, и высоким стаканом со льдом. Он выглядел чертовски гордым, когда протягивал его Филу.
- Я нашел рецепт в Интернете.
Одно дело, быть в услужении, но Фил не привык, чтобы с ним нянчились. Он подавил желание пожаловаться, что он не ребенок и вполне способен помочь. Ривер ясно дал понять, что считает это своей обязанностью, и было бы неправильно снимать с него эту ответственность. Поэтому Фил просто поблагодарил его и смирился с тем, что его балуют.
Ривер немедленно вернулся к работе. Он подвесил гамак к двум ближайшим деревьям, затем достал топор и две вязанки хвороста. Но, похоже, он не думал, что этого будет достаточно. Он отправился в лес, чтобы набрать еще.
Фил потягивал свой напиток, какой-то игристый безалкогольный ананасовый коктейль, и наблюдал за работой Ривера. Казалось, здесь ему было комфортнее, чем дома. Возможно, именно таким Ривер был в отделении неотложной помощи, сильным и уверенным в себе. Возможно, таким он был в детстве, когда рос в сельской местности Миннесоты.
Как только поленница дров его устроила, он начал раскалывать ее топором, разминая руки и спину, пока рубил дрова на удобные куски, сортируя их по размеру и аккуратно складывая в нескольких ярдах от круга костра. Он выкопал яму для костра, убрав пепел, оставленный предыдущими посетителями. Затем, когда солнце скрылось за высокими деревьями и температура начала резко падать, он соорудил небольшой вигвам из хвороста. Он насыпал в середину опавшие листья и сосновые иголки, а затем сунул внутрь зажженную спичку. С минуту она шипела и дымила, но вскоре загорелась. После этого оставалось только подбросить в огонь еще дров, следя за тем, чтобы не навалить слишком много сразу.
Фил придвинул свой шезлонг поближе и протянул руки к огню, наслаждаясь теплом.
- Ну вот, - сказал наконец Ривер, отряхивая грязь с рук. Он перекинул ногу через спинку шезлонга Фила и сел, так что Фил оказался сидящим боком между ног Ривера. Солнце еще стояло высоко, но лагерь был погружен в глубокую тень. Огонь отбрасывал мерцающие красные блики на щеки Ривера, подчеркивая щетину на его подбородке. Фил запечатлел его всего, руки в грязи, смуглое лицо в поту и пятнах пепла, грудь под выцветшей фланелевой рубашкой волшебным образом казалась шире, чем когда-либо. Он был воплощением мужественности, сильный, потный и чертовски сексуальный, когда улыбался Филу.
- Что? - спросил он. - Почему ты так на меня смотришь?
Фил покачал головой, не зная, как выразить свои мысли словами.
- Ты действительно добыл для меня огонь, как и говорил. - И по какой-то причине это его очень возбудило.
Ривер рассмеялся.
- Это было несложно. Я сейчас приготовлю нам что-нибудь на ужин.
- Ты и готовить собираешься?
На этот раз в смехе Ривера прозвучала нотка смущения.
- Только хот-доги.
Сердце Фила упало.
- Хот-доги? - Он подумал, насколько грубо было бы напомнить Риверу, что он не ест мясо.
- Не волнуйся. У меня есть для тебя вегетарианские пирожки. Надеюсь, они не будут дерьмовыми на вкус.
Филу было все равно, какие они на вкус. Его волновало только то, что Ривер приложил столько усилий ради него. Как могло случиться, что такой мужчина, как Ривер, такой сильный и уверенный в себе, добровольно отдался такому мужчине, как Фил? Что, черт возьми, могло заставить такого мужественного человека связать себя с аптекарем-книгочеем? В этот момент это казалось таким же неправдоподобным, как обычный фильм на канале «СайФай». Фил сглотнул, любуясь тем, как отблески огня освещают одну сторону лица Ривера.
- Зачем ты все это сделал? Просто чтобы убедить меня пообниматься?
- Нет. - Филу показалось, что он заметил румянец на щеках Ривера. - Я хочу, чтобы тебе это понравилось. Я не хочу, чтобы это был единственный раз, когда ты пойдешь со мной.
Фил был далеко за пределами своей зоны комфорта, у него кружилась голова, но в тот момент у него не было желания возвращаться.
- Если бы я сказал тебе встать на колени прямо сейчас, ты бы это сделал?
- Да. - Ривер наклонился ближе, их носы почти соприкоснулись. - С удовольствием. Ты этого хочешь?
Фил покачал головой.
- Почему бы тебе просто не поцеловать меня вместо этого?
И Ривер подчинился, притянув его к себе. Фил позволил себе растаять в объятиях Ривера. Его не волновало
