— Ей не везет! — усмехнулась Эльвира. — И это говорит женщина, которая отказала самому королю.
— Ничего ты не понимаешь, — обиделась Ольга. — Я вообще не хочу замуж. И король тут ни при чем. Если бы он мне что попроще предложил, я бы, может, еще подумала. А то сразу замуж…
— Привет всем! — возгласила Этель, протискиваясь в дверь. — Вы еще не спите? Я у вас посижу, а то мои соседки затеяли беседу, и я смылась, чтобы не пришлось сочинять, кто я такая.
— Понятно, — засмеялась Ольга. — А ты бы опять, как на церемонии, сделала морду кирпичом и скорбно провозгласила: «Мое имя покрыто позором, и я не хочу его называть…» Официальные лица чуть не прослезились.
— А что, очень даже весело получилось. — Этель повертелась перед зеркалом и спросила: — Ну как, идет мне этот беретик?
— Он ужасен, — честно сказала Эльвира. — Но тебе, как ни странно, идет. А мне показалось или вы с Ольгой знакомы?
— Мы все знакомы, — подала голос Кира. — Это Этель, она пойдет с нами на битву.
— На битву? — ужаснулась Эльвира. — Такая молоденькая? Сколько ж тебе лет?
Волшебница уселась на Ольгину кровать и достала сигареты.
— Восемьдесят, — сообщила она. — Хотя я и не люблю об этом говорить. Мужики почему-то сразу пугаются.
— Шутишь?
— Вовсе не шучу. Мне восемьдесят лет, и я боевой маг с тридцатилетним стажем. Десять из них проболталась по свету с Элмаром. Разве ты обо мне не слышала?
— Слыхала, конечно… Просто я не поняла, что это ты и есть. Я как-то представляла тебя постарше на вид… и побольше.
— Уж какая выросла, — засмеялась Этель. — Хотя определенные неудобства в этом есть. Будь я покрупнее, фиг бы меня Валента так легко тогда отодвинула.
— Оно тебе до сих пор покоя не дает? — упрекнула волшебницу Ольга. — Скажи лучше, зачем ты бедного короля так по-свински обидела при подданных?
— Правда? — оживилась Эльвира. — Так ему и надо! А что ты сделала?
— Решительно ничего! — искренне удивилась Этель. — И чего все на меня так взъелись за этого короля? Что ему, трудно разок со мной потрахаться?
— В принудительном порядке, — уточнила Ольга. — Это знаешь как называется?
— Ты потребовала с него расплатиться натурой за свои магические услуги? — поразилась Эльвира. — Ничего получше не могла попросить? Или думаешь, он в этом отношении какой-то особенный? Ты будешь очень неприятно разочарована. Он…
— Эльвира, — перебила ее Ольга. — Ну перестань. Не верю я, что он со всеми такой, как ты говоришь. Вы с ним просто друг друга не поняли. Не похож он на грубого и наглого хама, хоть ты лопни.
— Ты просто не знаешь… — нахмурилась Эльвира.
— И я не верю, — объявила Этель. — Валента всегда вспоминала его с этакой трепетной грустью и говорила, что более нежного и мягкого человека не встречала в жизни. А она была очень критична и разборчива насчет мужиков. И уж если кто-то пробовал наглеть и хамить, вполне мог остаться без ушей. Или еще без чего-нибудь, в зависимости от степени своей наглости.
— Понятно, — горько усмехнулась Эльвира. — Значит, по-вашему, он так обошелся только со мной и исключительно по недоразумению?
— А как же! — согласилась Ольга. — Он, между прочим, ужасно стеснительный. А некоторые люди, когда стесняются, начинают хамить почем зря, чтобы это скрыть. Тебе такое не приходило в голову?
— Нет, — качнула головой Эльвира. — Впрочем, какой смысл спорить? Я только одного не понимаю — как ты намерена с него это получить?
— Он же мне слово дал. Думаешь, может обмануть?
— А, ну если ты настроена, что непременно вернешься, тогда конечно, — согласилась Эльвира. — Но все-таки странные у тебя расценки за услуги. Он что, тебе нравится?
— С первого дня знакомства! Я так хотела с ним переспать, но не сложилось…
— А где вы познакомились?
— У вас в Ортане, пять лет назад, во время мятежа Небесных Всадников. Мы тогда были где-то в Эгине и новости узнали только на второй день. Бедный Элмар с горя чуть умом не тронулся и бросился скорей домой. Ну, вы же его знаете: что отвоевать корону надо, он понимает, потому как кодекс чести, долг и все такое. А вот как это сделать — ни малейшего понятия. В общем, если б мы Элмара не придержали, он бы просто носился по улицам и дрался с кем попало, и понятно, чем бы это вскоре кончилось. Тогда он начал жаловаться на свое скудоумие и ныть, что, был бы жив кузен Шеллар, он бы что-то придумал. А кузен оказался вполне жив, здоров и легок на помине. Мы на него случайно наткнулись около штаб-квартиры паладинов. Там и познакомились. Меня сразу поразило то, что, в отличие от моего доблестного соратника, он точно знал, кто и что должен делать. И все, надо сказать, очень четко и быстро сработало. К вечеру от мятежа уже ничего не осталось, если не считать того, что полдворца разнесли по камушку. Мы тогда остались ночевать в оставшейся половине, и я потихоньку поинтересовалась у Элмара, а как его кузен насчет перепихнуться? Элмар возмутился и сказал, что кузен, конечно, мужик нормальный, но он две ночи не спал и надо же иметь совесть. Тут мне Жак подвернулся… Ну, я и оставила короля в покое, пусть спит спокойно. А на следующую ночь меня Валента обставила. Они же, воины, большие и размашистые. Плечиком повела — и готово. Откуда ж я знала, что ей он тоже понравился?..
— А она ему? — поинтересовалась Эльвира, пряча усмешку.
— Вот у него и спроси. Но, по-моему, его величество втрескаться изволили по уши. И, видимо, серьезно. Он вообще мужик серьезный, несмотря на розовых слонов… А Валента ни за какие коврижки не пошла бы замуж.
— Кого-то мне это очень напоминает… — улыбнулась Тереза.
— Отстаньте! — обиделась Ольга. — Что за намеки! В меня-то он не влюблялся. Это только Эльвирины подружки полоумные могли такое придумать.
— Кстати, — вспомнила Эльвира. — Кто-нибудь знает, куда делась Селия? Она задалась идиотской идеей, будто Ольга очаровала его величество некой экзотической разновидностью любовных утех, принятой в ином мире, и намеревалась подсмотреть, чтобы перенять опыт. Но не вернулась…
Девушки дружно расхохотались, и Ольга в лицах пересказала, как маркиза Ванчир напрашивалась на оргию к его величеству. Эльвира смеялась так, что даже забыла о предстоящем назавтра. Она и не ожидала, к каким блестящим результатам приведет ее дурацкий совет.
— Теперь король Селию точно отставит, — сделала вывод она. — Так ей и надо! А уж как Камилла обрадуется…
— Почему? — поинтересовалась Кира. — Она ее не любит?
— Да мы все друг друга не очень… Дело не в том. Просто она опять станет официальной фавориткой. Король, когда кого-то отставляет в расстроенных чувствах, всегда идет утешаться к Камилле. Она из нас единственная, кому хоть что-то в нем нравится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
