– У нас есть недвижимость на Петре, – напомнил Флакк. – Лаций может предложить расплатиться своей долей акций в компаниях по строительству куполов или акциями поселков и заводов. Надо срочно связаться с их генералом Моргенштерном.
– Дельная мысль, – одобрительно кивнул консул. – Нас сейчас здесь трое, надеюсь, что завтра утром это предложение не будет уже висеть в Галанете, и нам удастся сохранить его в тайне хотя бы на пару суток.
– В прошлый раз не было никакой утечки информации, – заявил Герод. – О хронобомбе сообщил тот, кто устроил провокацию. Слив организовали сами колесничие. Это было частью их плана.
– Может быть, вооружить андроидов? – спросил консул. – Мы можем их перепрограммировать…
– Не получится, – заявил Флакк. – Мы просто завалим наши поля и дороги искусственно выращенным мясом. Андроиды – не боевые роботы, даже если мы сумеем им вбить в мозги, что надо взять в руки оружие. Все дело в том, для чего ты создан.
Консул нехотя кивнул, соглашаясь.
– Ненужные жертвы… – сказал он так, будто речь шла о людях.
Неожиданно раздался экстренный вызов. Консул включил связь с секретарем:
– В чем дело?
– Вас вызывает наварх Корнелий, – сообщил секретарь.
– Он же отправлен в изгнание. Навечно.
– Так точно, консул! – отозвался Корнелий. Его голограммное изображение возникло над блюдцем дальней связи. – Но дело в том, что два с половиной месяца назад я узнал, что Лацию крышка… И вот подумал… Уж коли родной планете крышка, то я могу вернуться и провести парочку последних дней дома. Сенат должен проявить милосердие и разрешить мне сдохнуть вместе со всеми.
– На чем вы летите? На Звездном экспрессе?
– Какой, к черту, Экспресс! Меня туда ни одна собака не пустит. На своем крейсере. На «Камилле»! Я оставлю корабль возле Петры, а сам пересяду на катер. Дайте мне допуск.
– Никаких катеров, наварх. Выводите крейсер на орбиту Лация. У вас есть корабли сопровождения?
– Нет, конечно. Только крейсер и экипаж. Мелочевка вся осталась на базе.
– Вооружение?
– Разумеется, на крейсере. Полный боекомплект. Уж не боитесь ли вы, что я могу открыть огонь по наземным целям?
– Мы ждем с минуты на минуту атаки колесничих.
– Орк! Похоже, я вовремя вернулся. – Наварх расхохотался. – Мое изгнание в самом деле закончилось.
– Мы дадим вам сопровождение, – пообещал консул. – Несколько старых эсминцев и катеров.
– Против целого флота Колесницы? Всю жизнь об этом мечтал! – снова расхохотался наварх.
* * *
Лери сидела за пультом управления и переводила взгляд с одной картинки на другую.
Катер продолжал удаляться. В расчетное время вспыхнули синим разгонные капсулы, и крошечная титановая коробочка почти мгновенно превратилась на голограмме в точку. Датчики «Пыли» по-прежнему не реагировали. Марк и Друз сделали свою работу идеально.
– Кажется, удалось, – шепотом сказала Лери.
– Сиятельная, Друз в реанимационной камере, командование кораблем перешло к военному трибуну Скрибонию, – сообщил Энний. – Я беру на себя обслуживание оборудования.
– Очень хорошо, – бесцветным голосом отвечала Лери.
– Ваш муж…
– Ничего не говорите.
– Вы не хотите знать, что с ним?
– Медики сделали все, что могли?
– Да…
– Это все, что мне нужно знать.
И тут взвыла сирена тревоги.
– В чем дело? Катер взорвался? – бросился к приборам Энний.
– Военные корабли противника. Колесничие на границе сектора Лация, – докладывал искин корабля. – Сто двенадцать единиц, общий тоннаж, вооружение… Ожидаемое время подхода – семь часов.
– А, добро пожаловать! Мы вас встретим, ребята! – хмыкнула Лери.
Как ни странно, но это сообщение ее нисколько не испугало. Она была уверена, что обычные заряды – плазму и лазеры – станция без труда выдержит. А о том, чтобы плазменные и ионные пушки задали колесничим жару, Лери уже позаботилась.
«Жареный бекон на завтрак, господа, я сейчас вам его подам. С аппетитной румяной корочкой. Вы захлебнетесь слюной, господа…»
Она не замечала, что по щекам ее градом катятся слезы.
* * *
Когда Корвин вошел в каюту Реджера, тот полулежал в койке и занят был просмотром последних сообщений Галанета. Во всяком случае, он хотел, чтобы Корвин считал именно так. Чем на самом деле занимался тайный агент Неронии, Корвин представления не имел. В каюте было три независимых наблюдательных камеры, но все записи с них (Корвин просмотрел записи инфокапсул, перед тем как навестить Брунелли) продемонстрировали самый обычный белый шум. Нер как-то сумел стереть все записи. Скрывал ли что-то нерониец или делал вид, что скрывает, определить было невозможно.
Марк уселся возле койки. На выдвижном столике сиротливо лежали друг подле друга упаковка питательных таблеток и бутылка с водой.
– Как самочувствие? – спросил Корвин.
Нер наконец оставил свои поиски в Галанете и закрыл портал. Он все же где-то «угостился» частицами «Пыли веков» и, хотя доза была небольшой, чувствовал он себя неважно. Кожа сделалась пепельной, волосы – седыми. Похоже, он постарел еще больше, чем Марк.
– Неплохо. Надеюсь, мы скоро доберемся до Звездного экспресса. Мечтаю о нашей клинике, регенерационной камере и полной очистке организма от всякой дряни.
– Каковы ваши планы? – спросил Корвин.
– Я же сказал: вернуться на родную планету.
– Наш корабль довезет вас до пересадочной станции Звездного экспресса. Дальше вы полетите самостоятельно.
– А вы?
– У меня особые планы. Через несколько часов я покину корабль. Но прежде обсудим одно дело. Догадываетесь, о чем пойдет разговор?
– Почти догадываюсь.
– Ну что ж, тогда не будем ходить вокруг да около. Поговорим начистоту. Колесница вот-вот нападет на Лаций. Нерония должна нам помочь. В ваших интересах, чтобы Лаций устоял. Если моя планета погибнет, Колесница сожрет Неронию и не подавится. Вас не спасут даже анималы.
– Почему вы решили, что имеете дело с Колесницей? Хронобомбу создали олимпийцы.
– У меня достоверная информация. Я даже могу с вами поделиться кое-какими фактами.
– Для дипломата вы работаете слишком грубо.
– Зачем нужны тонкости, если речь идет об очевидном.
– Очевидном? Корвин… Все далеко не так очевидно, как вы думаете. На арене есть еще один игрок, которого вы не учли.
– Олимп?
– Именно.
– Они играют.
– Что?
– Они устраивают потешные бои копиями наших кораблей и вашими анималами. Пилотируют их корабли клоны олимпийцев, созданные, чтобы умирать на потеху своим господам. Так что мы можем считать, что Олимп нейтрален. В какой-то степени.
– А хронобомбы?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
