Около склада суетились андроиды – погрузчики вытягивали один за другим модули с законсервированными роботами-триариями. Несколько программистов, расположившись под тентом из маскировочной сети, активировали роботов. Пока что в строй было введено лишь десять бойцов. Какой-то легионер, видимо недоучившийся курсант, налаживал систему связи с одним из роботов.
– Есть вести огонь на поражение, – бубнил триарий и раз за разом вскидывал металлическую руку, в которой не было оружия.
– Они же должны сражаться в паре с человеком, – заметил бывший командир «Сципиона». – Машина – дура, а человек слаб, но вместе они хоть куда, так говорили в мое время. Ну и где их напарники?
– Мы придадим каждому курсанта, – поднял голову наладчик и крутанул в руке управляющую голограмму. Триарий крутанулся следом и навел на стариков металлическую руку без оружия.
– У нас есть тысячи не задействованных триариев на складах, – буркнул «Юпитер». – Где мы возьмем для них напарников?
– На базу уже прибыли отпускники, ветераны и космические легионеры в отставке, – отозвался наладчик и с сомнением посмотрел на ящик, в котором лежали положенные триарию бластеры и гранаты.
«Юпитер» не ответил, лишь раздраженно хмыкнул. Ему прекрасно было известно, что на Лации существовало лишь два полноценных легиона плюс два легиона резерва. То есть четыре боеспособных легиона. Все остальное будет сметено первым ударом.
– И нечего суетиться под клиентом… – закончил вслух нерадостные размышления легат в отставке, распахивая дверь в кабинет командира базы. Навстречу ему поднялся человек лет на пять моложе «Юпитера», но куда более подтянутый.
– У наших программистов есть гениальный план, легат Валерий Флакк! – бодрым тоном объявил командир базы. – Вам приказано принять под свое командование когорту…
– У вас тут целая когорта? – хмыкнул бывший командир «Сципиона».
– Когорта триариев. Всех их настроят на вас, легат. Это можно быстро и легко сделать. У вас опыт командования огромным кораблем. Думаю, с когортой роботов вы справитесь.
– Примерно что-то такое я и предполагал, – «Юпитер» плюхнулся в кресло. – Сколько их будет?
– Шестьсот триариев.
– Чего так мало? Могли бы сразу дать мне целый легион. В конце концов – какая разница? Шесть сотен триариев или шесть тысяч?
* * *
Валентин завидовал парням и девицам, что с утра пораньше отправлялись на море, игнорируя учебу и работу. Какая, Орк ее задери, работа, если живешь последние дни. Но технополис есть технополис, ученые все еще надеялись выключить хронобомбу в самый последний момент. Не спят, держатся на таблетках и уколах, шеф вон открыто инъектор носит на запястье. Но времени нет, возможности что-то испытать нет. Компьютер на катере непонятной системы, программное обеспечение – тоже. Как за три месяца узнать, какими программами пользуются чужие?
Решение последнего дня придумали – то есть, когда останется два или три дня, попросту отстыковать катер от станции, погрузить в чрево грузовика и отправить в скачковом режиме прыгать по Галактике. Минус решения – вероятность того, что станцию и планету засосет в дыру – девяносто девять процентов. То есть грузовик и первого прыжка совершить не успеет, как появится рядом с Лацием дыра в гипере. Каких размеров дыра? Валентин уже замаялся с расчетами. Да и какое имеет значение, будет ли гробик по размеру тела или придется ножки подрубать?
Надо бы с Мирой отправиться на море, поплескаться, и плевать на расчеты. Он вдруг погрузился в волны и поплыл… в воде перед ним плавала огромная синяя станция. Мимо, взбивая белую пену, промчался легкий катер, набитый туристами… просто катер…
– Ты спишь? – кто-то толкнул Валентина в плечо.
– Что? – Он открыл глаза и обнаружил, что в самом деле задремал, и его разбудила лаборантка Мира, пухленькая, рыжеволосая, белозубая.
Сквозь плотные жалюзи на окнах не было видно, светло снаружи или нет. Если верить часам, то было три часа ночи. Трое суток Валентин не уходил из лаборатории. Мира тоже. Они учились вместе, вместе попали в техноцентр. Работали у Прима в лаборатории. Иногда предавались Венериным удовольствиям. Не потому что особо нравились друг другу – просто некогда было искать кого-то другого. Мира – симпатичная девчонка, к тому же Валентину всегда нравились полные девушки. И он обожал рыжий цвет волос.
– Хочешь кофе?
Не дожидаясь ответа, она налила ему чашку до краев.
– Знаешь, я предложила закоротить два контура друг на друга, – сказала Мира, пододвигая Валентину коробку питательных таблеток и вазочку с печеньем – никакой другой еды в лаборатории не осталось. – Бомбу полностью нейтрализовать не сможем, но ослабим втрое.
– И что ответил шеф?
– Сказал, в этом что-то есть. Стоит попробовать.
– Что мы получаем в этом случае? – Валентин быстро поменял параметры программы. – Сейчас «Минерва», умница, все нам рассчитает.
«Минерву», свой личный искин, он обожал как женщину, и Мира иногда его ревновала.
– А знаешь, наш Прим, он вообще-то неплохой человек, только зануда. Зря мы на него обижаемся, да?
– Ну вроде того, – Валентин не отрывал взгляда от разворачивающейся в воздухе картинки. – А ты права, крошка, в этом случае планета, может быть, и уцелеет… Он посмотрел на столбцы цифр рядом с картинкой. – Но жизнь на ней исчезнет полностью.
– Печально.
Мира подалась вперед и накрутила на палец вьющийся локон из шапки Валентиновых кудрей.
– У тебя восхитительные волосы…
Он не успел ответить, запикал комбраслет.
– Срочный вызов, – сообщил Валентин.
– У меня тоже, – Мира потянулся к своему браслету и пребольно дернула Валентина за волосы.
– Меня вызывают в седьмой сектор, в блок программирования триариев, – сказал Валентин с удивлением.
– Меня тоже, – будто нимфа Эхо, отозвалась Мира.
– И что мы там забыли… – Валентин потянулся к голограмме и включил военный канал. – Вот это да! – Он присвистнул.
– В чем дело?
– Ты видишь? – Он ткнул в индикатор – красный цвет угрозы тотального уничтожения сменился бледно-оранжевым.
– И что это значит? – спросила Мира.
– Угроза вторжения… понимаешь?
– Нет.
Кто-то толкнул дверь снаружи, просунул голову и выкрикнул:
– Катер разминирован, только что передали!
– Как это? – спросила Мира.
Но тот, кто заглянул к ним, не ответил, помчался дальше.
– Ну, теперь поняла? – снисходительно протянул Валентин. – Кто-то решил нашу задачку. Катера больше нет на орбите.
– Вот сволочи! – разозлилась Мира. – Мы тут не спали столько ночей, работали… могли бы сказать…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
