и не стояли крепко за веру христианскую и в царе укротили воинственность ворожбой, путями соблазна, еретическим чародейством». Эти вельможи бросались «как голодные псы» «на кровь и на слезы рода христианского», выпрашивая у царя Константина кормления, города и наместничества. Они «укротили» Константина «еретической своей ворожбой и коварством от лени», тогда как простые воины беднели и нищали. Сборщики же налогов богатели. А потому «иные из воинов, видя это пренебрежение к воинству благоверного царя, оставляли военное дело и прельщались сбором налогов, разоряли царство царя Константина и царскую казну».
Все усугублялось тем, что «суд был у греков неправедный, торговля у них была бесчестная». Царские вельможи «по дьявольскому соблазну бесчестно <…> богатели, а царской власти над ними не было. Во всем гневили они Бога. Потому разгневался на них за это Господь Бог неутолимым и святым Своим гневом, предал их в рабство иноплеменнику, турецкому царю султану Магомету». И тогда «истребил султан Магомет Царьград и царя Константина и покорил своей власти веру христианскую, преданную Богом за грехи и за гордыню их, потому что отстраняли они от царя мир, не подпускали к нему жалобщиков» — прямо как самого Ивана Пересветова не подпускали к царю. А «не любит Господь гордыни и рабства. За это же и греки погибли: за гордыню и рабство». «Если какая земля находится в порабощении, все зло творится в этой земле: воровство, разбой, притеснения, великое разоренье всему царству, во всем там гневят Бога, а угождают дьяволу». Еще хуже, если встречаются люди, «кто расписывается в рабстве навеки тем, что прельщают и дьяволу угождают, и такие, кто прельщается на блистательные одеяния и тоже расписывается в рабстве навеки, — и те и другие гибнут навеки».
У царя благоверного Константина наполнились вельможи всеми этими беззакониями и прогневили Бога, так что из-за вельмож Константина живые у них завидовали мертвым, а свободные — рабам этих вельмож. А благоверного царя Константина опутали колдовством и изловили ворожбой, воинского духа его лишили и богатырскую силу его укротили, заставили выпустить царский воинский меч, а жизнь его сделали беспутной. Из-за утеснений вельмож царским именем никому нельзя было прожить, даже носу из дому высунуть или версты проехать: все царство пошло к вельможам его в заложники, чтобы выжить, их именами звались, ожидая царской мудрости, да не дождались…
Результатом всего этого и стал захват Константинополя турками. Теперь греки «потеряли <…> православное царство и царя благоверного сгубили мечом иноплеменника», «отдали <…> иноплеменникам-туркам на поругание и греческое царство, и веру христианскую, и красоту церковную», «за гордыню свою и за лень — в неволе живут у турецкого царя», «за гордость свою, за беззаконие, за свою лень откупают у турецкого царя веру христианскую: большой оброк платят они турецкому царю».
Другое дело «первый турецкий царь султан Магомет». Он, «хоть неправославный царь, а устроил то, что угодно Богу: в царстве своем ввел великую мудрость и справедливость, по всему царству своему разослал верных себе судей, обеспечив их из казны жалованьем, на какое можно прожить в течение года». Суд у Магмет-салтана был гласный: «чтобы судить по всему царству без пошлины, а судебные сборы велел собирать в казну на свое имя, чтобы судьи не соблазнялись, не впадали в грех и Бога не гневили». Если же судья провинится, то «по заслугам дел» его ждала смерть.
Так «турецкий царь султан Магомет великую правду ввел в царстве своем, хоть и иноплеменник», чем «доставил Богу сердечную радость». Он, «нехристь-иноплеменник <…> осознал Божью силу» — и «захватив Царьград, во всем своем царстве установил справедливость и справедливый суд, какой любит Бог, и утешил Бога сердечной радостью». Именно правдой воздают Богу «сердечную радость». И вновь Иван Пересветов повторяет завершающую фразу «Сказания о Магмет-салтане»: «Вот если бы к той правде да вера христианская, то с ними бы ангелы беседовали».
Характеристику царства Ивана Грозного Иван Пересветов вкладывает в уста Петра Волосского, поскольку «был он [Петр] тебе, государь, и царству твоему большой доброжелатель, а я, государь, слышал эти его изречения и потому, записав, привез к тебе, государь, чтобы тебе оказать услугу». «С великим чувством говорит Петр, молдавский воевода, о вере христианской царства русского. И все просят Бога, государь, чтобы царство восточное и русский царь — благоверный и великий князь всея Руси Иван Васильевич — укрепили христианскую веру. Вся греческая вера гордится теперь этим русским царством». Тот якобы ссылается на предсказание «мудрых греческих философов и латинских докторов»: «будет о тебе, государь, великая слава вовеки», потому что «великую справедливость введешь ты в своем царстве и утешишь Бога сердечной радостью». И «такой справедливости, как в твоем царстве-государстве, не будет во всей вселенной: от великой грозы твоей мудрости как от сна проснутся царские лукавые судьи», и «ты, грозный и мудрый государь, приведешь к покаянию грешников, введешь в свое царство справедливость, а Богу воздашь сердечную радость». «По небесным знаменьям о твоей царской и военной мудрости» предсказывают, «что беречь и умножать тебе веру христианскую, иноверцев в веру обращать, славу Божию возвышать, справедливость в царство свое вводить, а Богу радость сердечную воздавать». Прежде «греческая вера» была так «крепка, что мы ею похвалялись, а теперь русским царством похваляемся».
Затем приводятся высказывания «Петра» о воинской службе. Главный порок, по его словам, состоит в том, что вельможи, называющие себя слугами русского царя, «Богу лгут и государю». Они «богатеют и в лени пребывают, а царство его в скудость приводят», «прибывают на службу к нему в нарядах[120], на конях и с людьми, но за веру христианскую некрепко стоят и без отваги с врагом смертную игру ведут». Они «смерти боятся и умирать не хотят», потому что «богач никогда не мечтает о войне, а о покое мечтает».
Будут добиваться твои вельможи твоей царской любви ворожбой, колдовством и путями соблазна, но ни родом, ни происхождением, ни воинским духом, ни мудростью, а мудрость бы эта понадобилась тебе, царю, и твоей славе царской в твоем царстве-государстве. Прочитывают они и то, что этим колдовством и ворожбой лишают тебя твоей мудрости, Богом данной, и удачи, укрощают дух твой воинский, для чего тебя, благоверного царя, создал Бог, а вельможи твои к себе склоняют твое сердце великой любовью, так что без них не можешь ты и часа быть.
Поэтому необходимо, чтобы «благоверного русского царя, великого князя всея Руси Ивана Васильевича <…> не уловили <…> вельможи еретической своей ворожбой и своим коварством, чтобы не укротили его воинственный дух, боясь смерти, чтобы им, богачам, не погибать».
Так сказал Петр, молдавский воевода: «Если только сохранит
