и готова даже просить приклонив колено, чтобы вы отказались от подобной совершенно необдуманной затеи взять меня замуж! Потому что…
— Ты уже замужем! Хватит! — его авторитарный голос взбесил, как и прежде, потому я перевела полный злости взгляд на мужлана, и прошипела, выплескивая всю ярость, испуг и негодование тем сумасшествием, которое происходило со мной, кажется без моего участия.
— Ну, знаешь!!! Я своего согласия не давала! И вообще!!! — я решила сесть обратно в седло, так уж и быть сбежав, ещё и кобылу его прихватив, чтобы не повадно было девушек своими властными замашками замолаживать.
— А я не спрашивал! — Всеслав так рявкнул, что я действительно струхнула и посмотрела на него испуганным взглядом, который тут же сменился гневным.
— А надо было!! — сжала челюсть и отпихнула мужчину ногой, еле сев в седле из-за проклятого платья, мешающего даже движение сделать.
Однако, как я могла тягаться с двухметровым лбом, которому только рывка хватило, чтобы я полетела в его руки.
— Надо было рот не раскрывать! И молчать, когда велено! — Всеслав встряхнул мной и низко пророкотал прямо у губ, — Но это не в твоём характере, женщина! Помалкивала бы и вела себя тихо, тебя бы здесь не было!
— А ты не рад уже, вижу, да? — заметив как он стал звереть, всё так же удерживая меня на руках, пока я брыкалась, продолжила бесноваться, — Так отпусти тогда, и катись проводить ритуал ещё раз, если не идиот и понимаешь, что мы не подходим друг другу!
Я вырывалась как могла, упираясь руками, в потом и кулаками в его грудь. Сопела и пыхтела, закусывая губу от беспомощности и удивления, что со всей своей сноровкой, хрен мне, а не скрутить этого мужика. На все мои потуги, Всеслав продолжал спокойно держать меня, смотря на это с таким выражением, словно перед ним глупая дурочка.
— Что? Уже не нравится такая жена? Не привык, когда тебя идиотом называют? Ты хоть понимаешь, что мне не место здесь? — я угомонились, устав попусту тратить силы, но злиться не перестала, — Включи мозги, Всеслав! Поласкались, позажимались и хватит!! Я не могу стать КНЯГИНЕЙ! — рявкнула на его манер, и только потом замерла, понимая, что он терпит.
Он сжимает челюсть, сопит и хмурится, снова становясь похожим на камень, но терпит.
"Я устроила побоище с истерикой, а он терпит… Ненормальный? Или совсем больной? Это точно он министров на глазах у всех казнил?" — замерла в шоке от того насколько непонятным был этот человек.
— Ты не слышишь, что я говорю? — задала вопрос, нахмурившись и скривившись, — Я хочу вернуться домой, Ваше Величество! Я помогу вам найти Шерхана! Буду защищать мальчика! Но! Я ДОЛЖНА вернуться на своё место! Это не мой мир…
— Значит, станет твоим! — холодно и сквозь зубы прошипел Всеслав, а следом просто подкинул меня в руках и пошел в сторону выхода из конюшен со звериным выражением на лице, совершенно игнорируя то, что я опять начала брыкаться.
В конце концов, когда у меня устали и ноги, и руки, а мужлан, войдя в помещения весьма мне знакомые, а вернее в тот самый холл с чертогом княжеского уровня, видимо и сам устал.
Он с раздражением и почти рыча выдохнул и закинул меня на плечо, пробасив:
— Прав был, когда сетовал, что кобылица мне досталась. Ничего! Я объездил не одну упрямую красавицу. Видимо и жену придется тоже объездить, раз на то воля богов!
Я дар речи потеряла, когда услышала подобное. Сцепила зубы и собрав все силы, начала выворачиваться, почти проделав то, чему нас учили на военной подготовке. Но куда там! Мной как пушинкой подкинули опять, закинув на плечо так, что мои руки упёрлись в поясницу Всеслава. Новый удар не помог, а мужчина лишь продолжил подниматься вверх по лестнице.
Не знаю в какой момент, но мне стало совершенно наплевать уже на всё! Буквально!
— Отпусти?! — я ударила его по спине так, что даже у меня кулак заныл, — Ты действительно считаешь, что бессмертный?!
— Надо было взять тебя посреди реки, прямо на том плоту. Возможно дело пошло бы намного сговорчивее, покуда ты бы не начала демонстрировать свой характер, женщина! — послышался новый басовитый ответ, на что я действительно впала в бешенство.
— Брать? Это как кобылу что ли, Государь? У вас проблемы с фантазией в этом плане? — холодно хохотнула, но проглотила дальнейшие глупые и совершенно идиотские выпады, когда мне ответили:
— У тебя будет много времени, чтобы это проверить, Станислава! У нас нет разводов! Мой дед продлил своим указом запрет на расторжение браков ещё на пять сотен лет!
Его тон был холодным, но из голоса пропала дурацкая властность, и фраза вышла сказанной так, будто мне зачитали приговор. Хотя это итак был приговор.
— Как… нет разводов? — опешив переспросила.
— Нет! И мне это очень нравится… — загадочно произнес Всеслав, а я только сейчас уловила в его тоне полную уверенность в сказанных словах.
— Ты не отпустишь меня? — прошептала, повиснув на его спине.
Всё, что видела — тот же начищенный паркет, и огромную, как скала спину, которая перекатывалась подо мной, пока Всеслав продолжал идти. Всё, что чувствовала — самое настоящее раздвоение личности. Мне он нравился. Понравился сразу, но его обращение, то как он вёл себя и все его замашки — вот это и заставляло смотреть на Всеслава с некой долей отвращения. Однако спустя каких-то пару недель, увидев что и правда попала в совершенно другой мир, поняла, что Всеслав именно такой, каким должен быть правитель — холодный, жестокий и… голодный до чувств. Последнее стало очевидным лишь вспомнив его поцелуи и то, как он умел дарить ласку.
"Если он не будет таким, его народу конец в этой реальности, где всё до сих пор решает сила и кровь…" — откинув затуманенные страстью глупые мысли, пришла к логичному выводу.
И Всеслав доказал это своим жёстким ответом, который не терпел возражений:
— Нет!
Я закрыла с досадой и болью глаза. Упираясь руками в его спину приподнялась, но следом услышала писк датчика сканера, а за ним и то, как открылись двери. Они сами отошли в стороны, пропуская нас в громадную спальню с огромным камином, у которого меня и поставили на ноги.
Я пошатнулась, но и опомниться не успела, как на меня обрушился такой поцелуй, что стало сразу душно. Всеслав обхватил моё лицо руками и потянул за него на себя. Тело онемело, а треск поленьев в камине, от которого исходил настоящий жар, напомнил о том, как горел плот,
