Мессалина, про которую мы уже говорили. Женщина, которая даже Рим умудрилась шокировать своим распутством! Так вот, Мессалина родила-таки Клавдию сперва дочь, а потом и наследника! Мальчика, которого в преддверии британского похода, не мудрствуя лукаво, назвали Британиком. И, как вы понимаете, он стал основным претендентом на императорскую корону! Энергичная Мессалина, рядом с вялым и апатичным Клавдием, не могла упустить такую возможность! И заговоры посыпались один за другим! Сперва хитрая Мессалина обвинила в несуществующих заговорах многих других родственников Клавдия, которые теоретически — даже теоретически! — могли составить конкуренцию её Британику. И всех казнили. После этого настал черёд настоящих заговоров против самого императора. Но, вот чудо! Ни один из заговоров Мессалины против Клавдия не сработал! В конце концов, Мессалина решилась сделать промежуточный шаг: объявить императором своего любовника Гая Силия. И, будучи ещё женой законного императора, при свидетелях, заключила ещё один брачный союз! С этим самым Гаем Силием.
Мессалину схватили, сперва поместили под арест её собственной матери, которая, кстати, не одобряла распутства дочери, и предложили совершить самоубийство. Мессалина не смогла это сделать, и тогда её закололи мечом. Когда об этом доложили Клавдию, он никак не отреагировал, только попросил слугу подлить вина в кубок…
Через год Клавдий женился на Агриппине. Хм… помните, я рассказывал, что Калигула сожительствовал со своей сестрой Юлией Друзиллой? Точно так же он сожительствовал и с двумя другими сёстрами, одной из которых и была та самая Агриппина! Не смущаясь, что к тому времени девушка была замужем. И даже с ребёнком. После обоих сестёр обвинили в заговоре и сослали на отдалённый остров. Муж Агриппины вскоре умер. Обе сестры, чтобы прокормить себя, были вынуждены нырять за морскими губками и продавать их! Когда Клавдий пришёл к власти, он вернул обоих девушек из заточения. Вот на этой-то Агриппине, девушке весьма красивой и страстной, Клавдий и решил жениться. Ещё через год Клавдий признал её сына своим. И… сразу после этого Агриппина принялась повторять то же, что делала Мессалина! Уничтожала конкурентов своему сыну. Только до Британика не смогли дотянуться её руки, но Британик был удалён от двора. А потом последовали попытки подмять под себя мягкотелого Клавдия или уничтожить его. Клавдию в это время было уже шестьдесят четыре года…
Клавдий разочаровался в браке с Агриппиной. Он вновь приблизил к себе Британика. Медлить было нельзя! После того, как по настоянию Агриппины, Клавдий согласился назначить префектом преторианцев, то есть главой личной охраны, преданного Агриппине Афрания Бурра, Агриппина решилась. Говорят, в этот день сын Агриппины выпросил у Клавдия знаменитый перстень, чтобы рассмотреть его. Он, якобы, увидел на нём, или рядом с ним, некие знаки. Удивлённый Клавдий снял перстень с пальца и они стали вместе рассматривать рубин. Никаких знаков они, конечно, не разглядели. Но именно в этот момент Агриппина подала Клавдию блюдо с грибами. Клавдий скушал грибы… и умер…
Как вы понимаете, новым императором стал сын Агриппины, в руках которого в этот момент и был тот самый рубин! Звали нового императора…
— Луций Домеций Агенобарб! — уверенно ответила Катерина, — а после усыновления Клавдием, он стал именоваться Нерон Клавдий Цезарь Август Германик! Или попросту: Нерон.
— У вас удивительная эрудиция! — моргнул своими огромными глазами ювелир, — Да, это был знаменитый Нерон! Ах, да, опять забыл. В общем, это был очередной римский император Нерон. Который переплюнул всех своих предшественников!
Первое, что сделал Нерон — приказал отравить своего самого важного конкурента, Британика! А потом предпринял ряд покушений на свою матушку, Агриппину! Дело в том, что Агриппина мечтала править сама, от имени императора, подчинив его своей воле… Как бы не так! Нерон трижды пытался отравить матушку! Не получилось. Тогда он попытался сделать, чтобы обрушились стены и потолок дворца матушки! Не получилось. Тогда он пригласил её совершить морское путешествие на корабле, который должен был рассыпаться во время плавания! Агриппина, умелая пловчиха, ещё со времён, когда она добывала губки, единственная спаслась с того корабля! Не получилось. Тогда он попросту приказал заколоть мать кинжалом! Говорят, Агриппина попросила заколоть себя в живот, в чрево, раскаиваясь, что в этом чреве носила такого сына… В общем, весьма настойчивый юноша, не находите?
— Рубин! — напомнил я.
— Да-да! В общем, Нерон оказался таким же сумасшедшим, что и Калигула, а то и похлеще! Пошли казни без разбору, правый или виноватый.
— Пошли гонения на христиан! — тут же подсказала Катерина, — Ужасные гонения!
— Да, Нерон любил любоваться, как травят христиан дикими зверями, — согласился Якуб, — Но травля христиан, это ещё цветочки! Нерон считал себя непревзойдённым поэтом. Вот только, поэтическое вдохновение его не всегда посещало, как он жаловался. А для того, чтобы вдохновиться, ему мечталось о чём-нибудь грандиозном. И вот, ради того, чтобы написать гениальные, с его точки зрения, строчки, он приказал… поджечь Рим!
— Не может быть! — ахнул я.
— Может… — уверил меня ювелир, — Во дворце императора видели поджигателей с факелами. А когда загорелся Рим, император наблюдал за пожаром с безопасного места и мучительно подбирал рифмы к своему новому творению… Похоже, вдохновение так и не пришло…
Пять дней бушевал пожар. Из четырнадцати районов Рима десять сгорели полностью. А император всё пытался сочинить гениальную поэму.
Вы понимаете, молодой человек, сколько должно было быть покушений на такого императора?! И ни одно не достигло цели! Удивительно, право слово! Тем более удивительно, что Нерон лично принимал участие в оргиях, которые длились по нескольку дней. Казалось бы, самый удобный момент пырнуть кинжалом в бок! Но, нет, не удавалось.
— Дальше!
— Дальше? Взбунтовались легионы в Галлии и Испании. На подавление бунтовщиков были посланы другие легионы, но они пропустили восставших к Риму. Нерон понял, что это конец. Ему было всего тридцать лет.
— Конец? Не уверен! — проворчал я, — Если у него ещё был тот самый рубин…
— Рубин был. Но Нерон не верил в победу. И никто из его бывших соратников не верил. Из царского дворца все разбежались, кроме нескольких рабов. Представьте себе, молодой человек, Нерон не мог найти ни одного легионера, которому он мог бы поручить заколоть себя мечом! Из дворца он поехал на свою виллу, но и там воинов не осталось. Нерон попытался заколоть себя сам, но ему не хватило мужества. Тогда он приказал выкопать себе могилу, лёг в неё и просил хотя бы раба сделать последний, верный удар мечом. И даже, пытался заплатить рабу, сняв с пальца знаменитый перстень. Но раб, даже держа перстень в руках, не осмелился сделать этого. Тогда Нерон с возгласом: «Ах!
