– В бой, славные мирги!
Древнее прозвище воинов-героев пришлось по душе дружине Тиара.
– В бо-о-ой!!! – эхом раскатился многоголосый крик, и земля содрогнулась под конскими копытами, вспоровшими белый нетронутый снег.
* * *
Коня под девушкой убили почти в первую же минуту боя, но он успел снести широкой грудью нескольких врагов. А потом время для Леа растянулось густой смолой, обволакивая плотной пеленой и животных, и людей, и злобных тварей. Оно исчезло, потерявшись в череде бесконечных выпадов, ударов и ускользания от чужих мечей. Девушке помогала неуклюжесть зачарованных людей, которые сильно мешали и друг другу, и страшным хозяевам. К тому же тяжелые доспехи противников лишали их той подвижности и гибкости, что была у принцессы. Дареный меч сиял в ее руках как пламя. Лезвие, закаленное в крови дракона, входило в кольчуги, словно в масло. Ее высочество не видела, что происходит с Марком, но сама упрямо двигалась к выбранной цели – пока животные не уничтожены, надежды на победу нет! На счастье Леа, враги были слишком самоуверенны, выставив клетки вперед, как можно ближе к жертвам. Они не ждали сопротивления, не думали, что найдется человек, способный противостоять магии. И просчитались – Леа удалось прорваться к зверю. Тварь как раз присосалась к слабо дергающемуся человеческому телу. Подданные королевы не-мертвых не жалели корма для питомца. Чтобы прервать этот страшный пир, девушке даже не потребовалось входить в клетку – существо оказалось в пределах досягаемости меча.
Монстр рухнул на дощатый пол, захлебнувшись в собственной крови. И тотчас околдованные люди стали падать на землю как подкошенные, чтобы сразу прийти в себя.
Они с изумлением оглядывались, пытаясь понять, как очутились вдали от дома. Быстрее всего приходили в себя бывшие воины, они сразу хватались за мечи, обрушивая их на головы нежити.
Рухнула только первая клетка, осталось еще пять, но теперь спину Леа прикрывали кенлирцы, признавшие телохранителя короля. Пользуясь растерянностью врагов, смяли их у второй клетки и расправились с ее обитателем. И снова поредели ряды нежити. Затем Марк уничтожил свою цель, а подоспевшее войско Тиара решило исход боя.
Кенлирцы справились с нежитью еще до захода солнца. Ничего не осталось от недавней чистоты снега. Ее обезобразили трупы, окоченело застывшие в предсмертном движении. Мертвые люди лежали вперемешку с уродливыми тварями, все еще щерящимися на врагов. И алели пятна крови рядом с людьми, а из нежити вытекала на снег, отравляя и поганя его, бурая слизь.
Небо, словно не в силах вынести это зрелище, спешило прикрыть тела белым саваном: зависшие над землей тучи уже швыряли на землю первые пригоршни снежинок.
Трупы врагов северяне трогать не стали – не до того было. Тела людей сложили отдельно, чтобы вывезти и провести похоронный обряд по всем правилам. Для этого послали гонца за подводами в ближайшее селение.
* * *
Леа, сильно свесившись с седла, наклонилась к саням – поправить на раненом меховое одеяло. Конь неодобрительно фыркнул, попытавшись в ответ на кульбит наездницы дотянуться до ее колена желтыми зубами. Леа дернула за повод и рассмеялась:
– Шалишь, красавчик!
На этот раз жеребец попался с норовом. Его хозяин пал в сражении, и преданное животное отказывалось отходить от него, пока тело не погрузили вместе с другими погибшими.
Раненый в санях застонал, девушка снова наклонилась:
– Потерпи, Марк, недолго осталось.
Она нашла друга под грудой изрубленных тел. Его доспехи пробил чей-то топор, но хуже всего было то, что до горла Марка добралось существо, похожее на гигантского рогатого хорька с крыльями. Его острые как бритва зубы пропороли плетеные зубья кольчуги и почти добрались до сонной артерии, но меткая стрела спасла бойцу жизнь.
Раны, нанесенные когтями, клыками и оружием воинства королевы Нейман, Пожирательницы мертвых, – так звали кенлирцы врага – моментально воспалялись, вызывая лихорадку. Время от времени кто-нибудь из воинов беззвучно валился из седла в сугроб. Неведомый яд, проникая в кровь, вызывал невыносимый жар и судороги. Сильные мужчины, теряя сознание, становились беспомощней младенцев, их подбирали товарищи и укладывали в повозки. Мертвые лежали рядом с живыми.
* * *
Маленький городок со смешным названием Заячьи Холмы распахнул ворота перед победителями. Лекари и знахарки сбились с ног, ухаживая за ранеными героями. Люди прекрасно понимали: не встань на пути не-мертвых королевское войско, их жизни не стоили бы к утру и медной монетки.
Тепло и горячее питье хорошо поддерживали раненых, а целебный настой, рецепт которого передавался в Кенлире от поколения к поколению, изгонял прочь зловредную немочь. И когда слабые лучи осеннего солнца добрались до городских крыш, лекари вздохнули спокойно – их подопечным больше не грозила смерть от яда нежити. Осталось лишь справиться с обычными ранами.
Марк тоже пришел в себя, только вставать ему категорически запретили. Он лежал в постели, стойко перенося боль от ран и укусов, а ее высочество развлекала больного рассказами о воинственных женщинах с далеких островов. Это повествование постоянно прерывалось язвительными комментариями Траеса, но девушка не сердилась. Главное – оба ее товарища остались живы. Вот только из сердца долго не уходила смутная тяжесть: ее высочеству казалось, чей-то взгляд, полный злобы, тянется к ней издалека. Но вскоре это ощущение пропало.
Ближе к вечеру заглянул Тиар. Несмотря на победу, выглядел он нерадостно. Король немного посидел около Марка, обеспокоенно разглядывая его осунувшееся лицо, затем поманил за собой Траеса и Леа. Когда друзья оказались на улице, его величество, ничего не говоря, указал на следы, длинной цепочкой опоясывающие дом.
Странные это были следы: раза в три больше тех, что оставляет после себя самый крупный хищник Кенлира – дикая кошка тругу. А у самого порога, словно вдавленное клеймо, лохматились свежими щепами глубокие царапины.
Леа передернула плечами, а Тиар угрюмо сказал:
– Надо найти эту тварь, иначе быть беде. Я знаю, на что способен этот монстр.
Следы довели до соседней улочки и исчезли, словно их хозяин обзавелся крыльями. Леа и Траес обшарили всю округу, но монстра не нашли. В конце концов Тиар приказал закончить поиски и усилить вечерний караул. Леа с Траесом тоже решили спать по очереди, на всякий случай.
Королевское войско уже готовилось покинуть гостеприимные Заячьи Холмы, когда в городок вихрем ворвалась всадница на длинногривом жеребце. Она растоптала бы стражу, не уберись воины с ее дороги. И пока стражники костерили ненормальную бабу последними словами, та пронеслась по узким улочкам, безошибочно осадив коня у нужного дома. Женщина с такой силой распахнула дверь, что люди, находившиеся в комнате, схватились за мечи. И только раненый воин, слегка усмехнувшись, поднял в приветствии руку. Женщина, все так же молча, кинулась к нему и обняла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
