его до люка.
– Вот сюда. Я еще никого сюда не приводил… И у меня бардак. Хотя, думаю, тебе сейчас не до чистоты моей комнаты, – продолжал болтать карборец, отворяя люк с помощью дэ. Видимо, здесь был тот же механизм, что и на домах сурии: однажды закрыв вход с помощью дэ, ты можешь оставаться уверен, что никто чужой внутрь не проникнет. Во всяком случае, пока не разберет дом по камешку.
Некоторое время они в полной темноте спускались по крутой лестнице. Нуска сразу почувствовал в воздухе тяжелую металлическую дэ и закашлялся. Тогда Хайя в очередной раз подал руку помощи, а точнее – с совершенно спокойным лицом приобнял Нуску, помогая тому спуститься.
– Плохо переносишь местный воздух? – догадался Хайя.
– Видимо, – признался пьяный Нуска, опираясь на юношу.
– Тогда тебе лучше не задерживаться в Карборе. Как только наши заводы начали работать несколько десятилетий назад, мы потеряли очень многих жителей из-за болезней легких.
– Не думаю, что для меня это будет такой уж проблемой. Я же лекарь, – усмехнулся Нуска, качая головой.
Карборец пожал плечами, но все равно перевел на лекаря взволнованный взгляд. Видимо, простодушный парень действительно беспокоился о Нуске. Это было даже приятно.
Когда они наконец добрались до жилого помещения, Хайя с помощью маленьких металлических палочек зажег несколько огней. Нуска только руками развел: он уже устал удивляться.
Комната оказалась маленькой, да и обставлена была скудно. Окно было крохотным и больше напоминало трещину в стене. Кровать, шкаф, несколько сундуков были завалены разными железками, странными и даже пугающими предметами. Исписанной вдоль и поперек бумаги здесь было, наверное, столько же, сколько в домах простых людей пыли. Нуска даже не знал, куда ему ступить, чтобы не испортить какой-нибудь особенно ценный текст.
– Подожди, разгребу путь до кровати, – посмеявшись, смущенно отозвался Хайя и начал подбирать с пола бумагу и инструменты. – Я не думал, что когда-нибудь буду принимать здесь гостей.
– Разве у тебя нет друзей? Ну, или девушки… – задумчиво проговорил Нуска, облокотившись о стену. Его все еще покачивало.
– Настолько близких, чтобы приводить их сюда, точно нет, – пожал плечами карборец, запихивая в шкаф все подобранные вещи. – Бездна! Надо будет притащить сюда еще один шкаф!
Когда комната начала напоминать не склад, а жилое помещение, Нуска сразу повалился на кровать и перекатился поближе к стене, уткнувшись носом в холодный камень. Видимо, все-таки некоторые дома в Карборе строились с использованием каменной кладки, тогда как металлические и стеклянные пластины покрывали только внешнюю их часть.
– Хей, Нуска, ты точно решил ночевать со мной? – пошутил было Хайя, присаживаясь рядом и приобнимая лекаря.
– Руки! Руки! – Нуска повысил голос и шлепнул наглого юношу по пальцам. – О чем ты только думаешь?
– Ха-а… Ладно, это не так и важно. А вот уснуть одному мне было бы затруднительно, – усмехнулся тот.
Хайя снял с себя верхнюю одежду, а затем пошуршал где-то рядом и забрался под одеяло.
– Нуска, сам раздеться не хочешь? Постельное белье я все-таки иногда стираю, – проворчал карборец.
– Blathien! Тут слишком холодно! – хмуро отозвался лекарь, но начал послушно стягивать с себя штаны, а затем рубаху. Но в скором времени Нуска почувствовал, как чьи-то руки начали ему помогать. – Tha`re! Ну ты и hve! Перестань меня трогать!
– Да я только помогаю! – подмигнул Хайя. – Не будь таким зажатым. Или твое сердце уже занято?..
– Чушь собачья, – перебил его Нуска и бросил одежду на пол, оставшись в одном нижнем белье. Забравшись под одеяло, лекарь вновь отвернулся, поджав ноги. – Лучше скажи, покурить у тебя можно?
– А не задохнешься? Ладно, я приоткрою окно.
Когда Хайя встал и начал колдовать над той странной щелкой, названной окном, Нуска приподнялся на кровати и взял с пола свои штаны, в которых и отыскал добытые у карборца сигары. Обеспечив поступление свежего воздуха в помещение, карборец услужливо поднес лекарю лампу и приоткрыл колбу: Нуска тут же прикурил, наслаждаясь дразнящим запахом табака, щекочущим нос и гортань.
– Спасибо, – кратко отозвался лекарь; откинувшись назад на локтях, он курил, роняя пепел на простынь и пол.
– Ясно, все равно придется покупать новое, – проворчал Хайя, закатив глаза.
Юноша к тому времени уже распустил хвост и снял с головы и тела все свои металлические штуки. Теперь перед Нуской предстал обыкновенный молодой человек, даже красивый. Его кожа была бледной, да и сам он хоть и не был лишен мышц, но все косточки карборца можно было пересчитать, бросив на его тело лишь один взгляд. Нуску не оставляли знакомые ощущения, видимо, все сурии темной стороны были в чем-то схожи.
Лекарь толкнул ногой сидящего рядом Хайю и спросил:
– Почему вы так странно стрижетесь? Это удобно?
– От длинных волос аристократия никак не может отказаться, хотя я уже не раз хотел отрезать их ко всем безднам, – уныло пояснил Хайя, перебирая упавшие на плечи пряди. – Зато короткие волосы не лезут в глаза, а длинные остаются сзади, демонстрируя наш «благородный статус».
Последние слова юноша произнес с явной издевкой в голосе. Нуске это понравилось, а потому он перекинул ноги через колени юноши и развалился, докуривая сигару.
– Хайя, еще хочу… – пожаловался севшим голосом лекарь, бросив окурок на пол и смотря в потолок.
– Эй, хватит. Ты уже напился – этого недостаточно? Или ты так беспокоишься о том, что подумает эрд? – попытался поддеть карборец.
– Да, – вдруг согласился хаванец и закрыл глаза.
Хайя помолчал, а затем поднялся и начал гасить свет. Когда в комнате воцарилась тьма, он пробрался в постель, подвинув Нуску к стене.
– А если я скажу, что готов помочь, но только при условии, что ты будешь каждый день натирать механизмы до блеска?
– Я пошлю тебя на reh`z.
– Тогда, может, отправишься к эрду и скажешь ему, что вернулся ни с чем? Что просто ушел повеселиться, а теперь примчался обратно как ни в чем не бывало?
– Я уже знаю все твои уловки. Прекращай и спи, – фыркнул лекарь и отвернулся. – А мои отношения с эрдом тебя вообще не касаются.
– Еще как касаются. Думаешь, народ Скидана будет рад узнать, что у их правителя такой лекарь?
Нуска напрягся и резко приподнялся.
– Ты не посмеешь.
– Посмею, – усмехнулся карборец в темноте.
– Тебя так недолюбили в детстве родители, что ты лезешь ко всем подряд?
Хайя замолчал. Взгляд юноши стал серьезным. Казалось, что его действительно задели слова Нуски. И тогда Хайя навис сверху, замерев в сантиметре от лица хаванца. Длинные волосы карборца упали на лекаря.
– Думаешь, у тебя есть право так себя вести? – прошептал Хайя, сверля взглядом распластавшегося
