– Не злите меня, мадам. Я не уверен в тебе, несмотря на убеждения Эджертона в обратном. Он утверждает, что крепко держит тебя на крючке и что ты ни при каких обстоятельствах не предашь нас. Ну ладно, перейдем к делу. Ягуар попросил меня прийти сюда. Сам он не смог, хотя, как мне известно, ему очень надо было повидаться с тобой. Он передал тебе вот это сообщение. – Де Витт вручил девушке конверт, который та тут же спрятала в сумочку.
– А письмо от отца?
– Оно в конверте.
Де Витт пристально посмотрел на Эванжелину.
– Ох, сомневаюсь я в тебе, что бы там ни говорил Эджертон. Он убил ту безвредную старуху, а тебя мучают угрызения совести.
– Она мне нравилась! Скажите Эджертону, чтобы он наконец оставил меня в покое.
– Ага, вот чего тебе хочется! Нет, тебя не оставят в покое, как бы ты ни просила. Наш император вернулся в Париж. Очень скоро, мадам. Наполеон уничтожит вражескую армию и вновь встанет у власти. На этот раз его имя будет значить еще больше, чем раньше. Он будет долго править Францией, так что вы сможете освободиться от нас не скоро.
– У Наполеона никогда не будет прежней власти! – возмутилась девушка. – Все, что у него есть, – это страна, населенная безумцами, но если дело дойдет до очередного кровопролития, он проиграет.
Эванжелина заметила, как дрожали руки де Витта, когда он вытащил из кармана маленькую, покрытую эмалью табакерку и открыл ее. Затем он торопливо вдохнул немного табака и заговорил низким спокойным голосом:
– Ты мне не нравишься. Орлица. Я считаю, что женщины бывают полезными, но совсем в иных делах. Мне кажется, что страсть к тебе ослепила Эджертона. Ты опасна для нас. Эджертон велел мне напомнить, что если ты не будешь держать язык за зубами, то станешь виновницей даже не одной, а двух смертей. По твоему лицу я вижу, что предупреждение было нелишним. – И вдруг де Витт крепко схватил Эванжелину и привлек к себе.
Она так разозлилась, что от гнева едва не прикусила себе язык.
– Отпусти меня!
– О нет, я этого не сделаю. Мне хочется прижать тебя к перилам и взять прямо здесь. Тогда я узнаю, чем это ты так прельстила Джона, ведь он спал с тобой, верно? Думаю, и наш герцог уже не раз побывал в твоей постели, так что же мне теряться?
– Ты идиот! – Она плюнула ему в лицо.
Выпустив ее правую руку, подонок вытащил из кармана носовой платок и вытер лицо.
– Ты за это заплатишь, – тихо произнес он. – А ведь я красивый мужчина и опытный любовник. Или все дело в этом герцоге? Ну да, конечно, он богат и знатен, и потаскушки вроде тебя так и липнут к нему, но, может, и я подойду, а? Нет, не пытайся ударить меня, иначе я сброшу тебя вниз и плевать мне на то, что задание Хоучарда не будет выполнено. А у тебя в ридикюле найдут его конверт, и все поймут, что ты – предательница.
– Ты мне подойдешь только в том случае, если будешь болтаться на виселице.
– Ах ты, сучка…
– Эванжелина!
Конан де Витт немедленно выпустил девушку и лениво отошел в сторону. Подняв голову, Эванжелина увидела, что герцог вышел на балкон. Прижав сумочку к груди, девушка быстро отошла от де Витта.
– Ваша светлость…
Герцог переводил взгляд с де Витта на Эванжелину. Она дрожала. Ричарду захотелось немедленно прикончить ее собеседника.
– Де Витт, – холодно произнес он, – могу я спросить, что вы делаете тут с моей кузиной? Здесь же очень холодно.
Итак, он знает де Витта. Эванжелина сделала по направлению к герцогу еще один шаг.
– Мы просто обсуждали, какая переменчивая в Англии погода. Я как раз говорил мадам, что можно простудиться. А она была так любезна, что поделилась со мной своими наблюдениями об Англии и англичанах. Однако теперь уже и я промерз до костей. Ваша светлость, мадам… – Кивнув, он спокойно ушел с балкона.
Герцог едва сдержался, чтобы не ударить его. Казалось, Эванжелина вот-вот упадет в обморок.
Ричард видел, как девушка выходила на балкон; не прошло мимо его внимания и то, что вслед за ней на балкон немедленно проскользнул мужчина в сером домино. Герцог поспешил на балкон, как только смог освободиться от навязчивой леди Джейн, которая что есть сил пыталась затащить его в свою постель. Она старалась еще и потому, что ее лучшая подруга уверяла, что ей никогда не переспать с герцогом Портсмутом.
Почему Эванжелина так бледна, черт возьми?! У нее был такой вид, словно она только что потеряла близкого человека. Ричард крепко прижал девушку к себе.
– Он оскорбил тебя? – тихо спросил герцог. Тепло его дыхания согревало ее лицо. – Что он сказал тебе?
Эванжелина почувствовала, что герцог дрожит от ярости. Стало быть, он рассердился?
– Ничего, – покачала она головой. – Он просто хотел соблазнить меня, но я сумела с ним справиться, ваша светлость, – добавила она, опасаясь, что герцог немедленно бросится за де Виттом. – Герцог был весь как натянутая струна. – Нет, прошу тебя, ты же сам говорил, что такие вещи не редкость на маскарадах. По крайней мере дюжина кавалеров пытались соблазнить меня. Но после первых трех я уже перестала обращать на них внимание. Де Витт – ужасный человек, но если бы он был слишком настойчив, я бы сумела столкнуть его с балкона. Но кто он? Откуда ты его знаешь?
– Он давно не был в Лондоне. Я познакомился с ним у Дрю. Де Витт – секретарь лорда Хэмптона из Лейк-Листрикт, насколько я помню. Он в курсе всех политических дел. А теперь все-таки скажи, почему ты оказалась здесь?
Ричард хотел отстраниться, но Эванжелина не отпускала его, судорожно вцепившись руками в лацканы его фрака.
– Мне захотелось ненадолго остаться одной. Ничего больше… Я видела, как ты танцевал со всеми дамами, а меня пригласил всего один раз. Прошу тебя, давай немедленно уедем отсюда.
Что за дьявольщина?! Ричард чуть не закричал на нее, но сдержался, зная, что криком ничего не добьется.
– Хорошо, – кивнул он. – Только тебе придется выпустить меня.
– Мне этого не хочется, но я это сделаю. – С этими словами Эванжелина выпустила его лацканы, но руки ее по-прежнему покоились на его груди. – Спасибо тебе. – Она заглянула ему в глаза. – Спасибо за то, что пришел за мной.
Герцогу оставалось только покачать головой – он был обезоружен ее кротостью.
– Черт возьми, я хотел поколотить тебя за то, что ты вышла сюда одна! Увидев, что де Витт направился вслед за тобой, я едва не бросил свою партнершу в крюшонницу. – Он улыбнулся Эванжелине.
В его улыбке еще сквозила злость, но девушка почувствовала, что Ричард постепенно успокаивается. Слава Богу, он не кричал, не бросился вслед за де Виттом.
– Спасибо тебе, – еще раз сказала Эванжелина, отворачиваясь от герцога и прижимая ридикюль к груди.
