— Я же говорил, ты не похож на работягу, — сказал Джерико.
— Ты меня раскусил, — улыбнулся Полковник. — Я в жизни ни одного дня не работал на кого-нибудь. Сегодня — в первый раз.
— Мы же договорились, — нетерпеливо поморщился Джерико. — Ты не работаешь на меня. Ты в доле. Приступай скорее.
— Погоди. Надо кое-что уточнить. Вы не переворачивали сейф? Я слышал два взрыва. И оба раза вы устанавливали заряды на дверцу?
— Да. Что, незаметно?
— Дело в том, что в этих сейфах дверца — самая толстая и крепкая деталь. Возможно, заряд надо было прикрепить над петлями…
— Над какими петлями? — закипая, спросил Джерико. — Где ты видишь петли?!
— Можно было простучать, найти их по звуку… — Полковник поднял с земли камень и принялся обстукивать края сейфа, приложив к нему ухо. — Но теперь это бесполезно. Такая конструкция. С запорами. Они выдвигаются при малейшем ударе. И теперь дверцу не откроет даже хозяин сейфа. Ему придется везти сейф на завод, где его изготовили.
— Ты издеваешься?
— Нет. — Полковник камнем соскоблил со стенки след плевка Кривого, а потом протер это место рукавом, и стенка снова засияла чистотой. — Нет, я просто размышляю вслух. Извини, это привычка. Вот почему я всех прогоняю, когда работаю. Мои мысли — моя тайна.
— Ты не прогнал меня.
— От тебя мне нечего скрывать. Так-так, про дверцу забудем. Иногда в таких сейфах заднюю стенку делают тоньше остальных. Считается, что она защищена стеной здания. Но здесь-то… — Он распрямился и потер поясницу. — Все ясно. Я взорву его снизу. Заряды поставлю под швы. Но их еще надо найти. Иначе — всё впустую.
— Ты найдешь.
— Другого выхода нет. Надо найти. — Полковник задумчиво потер подбородок. — Эх, если бы здесь были мои ребята! Мы бы вскрыли эту консервную банку за пять минут.
— Твои ребята? Ну, и где же они? — спросил Джерико.
Он понял, что Полковник неспроста завел этот разговор. Этот хитрец был не из тех, кто говорит просто так. «Он такой же, как я, — подумал Джерико. — Жаль, мы не встретились раньше. Я бы взял и тебя, и твоих ребят, и мы бы занялись серьезными делами, а не околачивались бы на большой дороге. Жаль. Но уже через несколько часов наши пути разойдутся»…
— Мои ребята ждут меня в Форте Кончитос.
— Почему они там, а ты здесь?
— Потому что они там не все. Один из нас уехал в Эль-Пасо, и я должен его найти раньше, чем его схватит полиция. Да, если бы он сейчас был рядом со мной, ты бы не нуждался в этой своре бездельников. Сам знаешь, есть такие люди, каждый из которых может заменить целую армию. Манчестер — он как раз такой.
— Манчестер?
— Ну да, кличка у него такая, Джо Манчестер. Он же из Англии. На родине его почему-то собирались повесить, но у парня были другие планы. Видел бы ты, как он высверливает замки! — Полковник усмехнулся. — Мы вытащили его из форта, припрятали в хорошем месте. Но он нас не дождался. Уехал с какими-то новыми друзьями. Я пошел по следу, и след привел меня к Родригесам. Те сказали, что моего друга увез Пабло Гомес, и объяснили, где я смогу его найти. А еще они сказали, что Пабло обрадуется паре ящиков динамита. Что ж, я прихватил подарок и двинулся в Кальенте. Да видно, обдурили меня.
— Бывает, — сочувственно протянул Джерико. — Родригесы — пьянь и сволочь. Ни одному слову верить нельзя. Никогда с ними не связывайся.
Полковник усмехнулся.
— С ними теперь нескоро можно будет связаться. Когда я уезжал, они попытались меня ограбить. Сам не знаю, чем им приглянулась моя кляча. Но она — моя. А я привык беречь свое имущество. Пришлось немного проучить этих засранцев.
— Что ты с ними сделал?
— Я? Ничего. Я хотел их просто немного пугнуть, чтоб в следующий раз были повежливее. Но тут появился местный слуга закона. Всех арестовал, а меня послал за шерифом. Правда, он не знал, что я направляюсь совсем в другую сторону. — Полковник потер между пальцами огнепроводный шнур. — Где вы достали такое дерьмо? Чертовы рейнджеры. Если б не они, я бы все сделал в лучшем виде. А это — разве это шнур? Сунуть бы его в задницу тому, кто его изготовил… Значит, ты не можешь мне ничего подсказать?
— Насчет чего?
— Насчет Манчестера.
Джерико развел руками:
— Жаль, но мне нечего тебе сказать. Пабло — мой друг. Но я давно его не видел. Когда встречу, обязательно спрошу насчет твоего англичанина.
«Вот, значит, зачем ты здесь! — подумал он. — Недаром мне сразу показалось, что ты похож на Англичанина. Да, вы с ним — одной породы. Я вас обоих раскусил!»
Он был весьма доволен собой. А еще ему стало ясно, что рейнджеров можно пока не опасаться. Никто не навел их на Кальенте. Там, в горах, Джимми и Пат напоролись на обычный патруль. И сейчас рейнджеры заняты тем, что волокут их тела к ближайшему полицейскому участку. А в Кальенте им нечего делать.
— Обидно, когда теряешь друзей, — улыбаясь, сказал Полковник. — Еще обиднее, когда теряешь последнюю надежду. Но зато я встретил тебя. Эта встреча стоит всех моих потерь.
— Красиво говоришь. — Джерико оглянулся и увидел, что Кривой смотрит на них. — Посмотрим, будет ли твоя работа такой же красивой.
21
«О да, — подумал капитан Орлов. — Я сделаю это красиво, уж для тебя-то я постараюсь».
Джерико был достойным противником. Умелый воин, хитрый переговорщик. С таким врагом приятно иметь дело. Победа над ним будет особенно лестной, а поражение — не таким уж и горьким. Но о поражении капитан даже не задумывался. Потому что он уже победил. Он заставил Джерико проговориться. Тот изо всех сил пытался скрыть какое-то неприятное событие. А таким событием мог быть только побег человека, которого бандиты называли Англичанином — он же «Манчестер», он же «мистер Форд из Нью-Йорка», он же ротмистр Бурко, он же «Тихоня».
Ротмистр был здесь. А теперь его нет. И это — главное, что хотел узнать капитан Орлов. Если бы Джерико убил Англичанина, он бы не постеснялся в этом признаться. Мало ли что бывает между крутыми парнями. Если бы Англичанин согласился на него работать и, скажем, был бы куда-то отправлен — и в этом случае Джерико незачем было врать. Но сознаться в том, что твои люди проворонили, прохлопали, обмишурились — значит признать, что ты и сам такой же растяпа. Нет, Джерико не мог в этом признаться даже самому себе.
Орлов с трудом сдерживал радость. Нет чувства сладостнее, чем выздоровление. А капитану казалось, что он только что оправился от тяжелого недуга. Поняв, что ротмистру удалось бежать, он ощутил легкость и свободу. «Браво, Сергей Андреевич! Вы развязали мне руки. До дому сами доберетесь, не маленький. Абы кого за кордон не пошлют, да еще инкогнито. В подготовке вашей я не сомневаюсь, так что — в добрый путь. А мы тут сами как-нибудь разберемся. Теперь я вольный казак, что хочу, то и ворочу».
