Глава 23
Вернувшись в Даллас, Ребекка взяла напрокат машину и поехала домой — точнее, в небольшой и тихий жилой комплекс на Оук Лейн, где находился ее коттедж. Здесь все дышало стариной и покоем, и разросшиеся вязы и магнолии почти целиком укрывали в своей тени скромные двухэтажные дома.
Оставив машину на стоянке, Ребекка отперла кухонную дверь коттеджа и вошла в дом — неуверенно, точно сама не знала, куда идет. Хотя она, уезжая, оставила кондиционер включенным, воздух в доме припахивал нежилой затхлостью. Знакомое до мелочей жилище, выстроенное в традиционном юго-западном стиле, сегодня показалось ей чересчур большим, пустым и незнакомым. От тишины у нее тоненько звенело в ушах.
Поднявшись в спальню, она швырнула чемодан на широкую двуспальную кровать и совсем некстати вспомнила кровать в мотеле, которая была намного уже, но, тем не менее, они с Джейком прекрасно там умещались.
Боль утраты едва не накрыла девушку с головой — боль, которую она безуспешно пыталась загнать поглубже с самого расставания с Джейком в Эджуотере. Если прежде Ребекке казалось, что ее привычный мир рухнул, то сегодня он попросту разлетелся вдребезги.
Сейчас она отдала бы все на свете, только бы отец и мама были живы, только б можно было примчаться к ним, в Плано, и выплакать свои беды на надежном плече. Некому успокоить и утешить ее, некому сказать, что он ее любит и никогда не покинет.
Так и оставив не распакованный чемодан валяться на кровати, Ребекка вынула из шкафа дорожную сумку и побросала в нее чистую одежду. Не в силах она сегодня ночевать в этом огромном пустынном доме, не в силах одиноко уснуть в холодной постели, сидеть до полуночи в стерильно чистой и нежилой гостиной. Она проведет выходные в Плано, припомнит давние годы, заново отыщет для себя опору в прошлом и тогда, быть может, увереннее станет смотреть в будущее.
В понедельник утром Ребекка проснулась в своей прежней комнате. От двухнедельного отпуска у нее осталась еще неделя, но нельзя же все это время просидеть безвылазно в Плано, бесцельно листая страницы прошлого. Всю субботу и воскресенье она вспоминала родителей, оплакивала их уход, искала внутри себя частичку мира и покоя.
Пора и честь знать.
Девушка застелила кровать, тщательно разгладив складки цветастого покрывала. Странно, что она так завидовала покрывалам в доме Дорис и совершенно забыла о том, что в доме родителей у нее было точно такое же.
Не то чтобы забыла — просто покрывало всегда было здесь, и Ребекка, в конце концов, перестала его замечать.
Она прошлась по комнате, рассматривая знакомые и давно забытые вещи, бережно укладывая их образы в памяти, чтобы сохранить как частичку себя самой. Вот лампа с пятном от кока-колы на вытертом абажуре — ее всегда ставили этим пятном к стене. Вот рассохшиеся от старости шкафчики, железная, покрашенная в белый цвет кровать — как-то в детстве Ребекка просунула голову между ее прутьями и, конечно, застряла и орала, плакала потом, пока на помощь не явилась мама.
Сейчас Ребекка тронула пальцем прохладный металл и улыбнулась, вспомнив, как Бренда Паттерсон рассмешила ее до слез, пригрозив намазать голову растительным маслом, если не удастся ее освободить, а потом быстро и ловко избавила дочь от постыдных мучений.
— Мама, папочка, — прошептала Ребекка, — извините, что усомнилась в вас. Теперь-то я знаю, что вы любили меня… и я вас тоже люблю. Мне ужасно вас не хватает. Если б только сейчас вы были рядом, вы сумели бы объяснить, почему все эти люди вели себя так странно, почему моя настоящая мать так и не захотела со мной встретиться…
Наверное, они даже смогли бы объяснить, почему у нее ничего не вышло с Джейком.
Впрочем, в этом объяснении Ребекка не нуждалась. Она видела Джейка насквозь. С самого начала он ничего не обещал ей и ясно давал понять, что между ними не может быть ничего, кроме зыбкой и мимолетной любовной связи.
Можно лишь гадать, что сказала бы о Джейке Бренда с ее точным и искрометным остроумием.
Да, родители Ребекки — Бренда и Джерри — были замечательными людьми. В который раз девушка вспомнила, как была она счастлива рядом с ними. Что бы там ни думала ее родная мать, вольно или невольно она оказала дочери большую услугу, отдав ее на попечение людям, которые умели любить.
Что, если от матери Ребекке достался тот самый дефектный ген, который вынудил эту женщину бросить своего ребенка? Неужели она вечно обречена искать любовь и постоянство там, где их никогда не сыщешь? Именно этим она и занималась, когда пустилась на поиски своих настоящих родителей, когда позволила себе слишком сблизиться с Джейком. Ну да все это пустяки, напрасные муки, и лучше забыть о них раз и навсегда.
День уже перевалил за половину, когда Ребекка наконец покинула дом в Плано.
Рано или поздно ей все же придется разобрать здесь вещи, что-то сохранить, от чего-то избавиться — словом, завершить работу, к которой она приступила в тот день, когда наткнулась на злосчастное письмо и голубое платье.
Рано или поздно, но все-таки не сегодня.
Подъезжая к своему коттеджу, Ребекка издалека разглядела, что на улице стоит пожарная машина. Неужели здесь случился пожар? Однако все домики целы, так что это, скорее всего, какая-нибудь мелочь — например, загорелся жир на жаровне…
Черт побери!
Парадная дверь ее коттеджа была распахнута настежь, и около нее суетились пожарные.
Ребекка резко затормозила, выскочила из машины и бегом бросилась к дому.
— Что здесь происходит? — обратилась она к первому же пожарному.
Тот не успел ответить — откуда-то, как по волшебству, появился Джейк. При виде его Ребеккой овладел на миг такой блаженный восторг, что она часто заморгала, пытаясь удостовериться, что это именно живой Джейк, а не мираж, порожденный ее распалившимся воображением.
Он увидел Ребекку и даже побагровел от гнева, но все равно она успела заметить в его глазах тревогу и страх. Джейк шагнул к ней, крепко схватил за плечи, словно собирался обнять, и в один миг Ребекка поняла, что мечтает именно об этом, что все ее благие намерения, похоже, пошли прахом.
— Где ты была? — резко, почти грубо спросил Джейк.
Ребекка сердито стряхнула его руки.
— Ты что здесь делаешь? Почему у меня дверь нараспашку? Что происходит?
— Так это ваш дом, леди? — оживился пожарный.
— Ну да, мой. Будьте добры, кто-нибудь, скажите мне все-таки, что здесь стряслось.
— В вашем доме было полно газа. Уходя, вы оставили включенной горелку в духовом шкафу. Огонь в конце концов погас — и вот вам. От газа мы уже почти избавились, но лучше вам оставить открытыми все окна и двери, а заодно включить вентиляцию. И, пожалуй, лучше вам сегодня спать в гостиной — газ-то накапливается в основном наверху. А в будущем все-таки будьте поосторожней, мэм. Будь вы вчера дома, вас бы уже давно не было на свете.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
