Нам подали ароматный чай, шербет, фрукты, виноград, всякого рода восточные сладости и прочие вкусности. Двери за дворцовой обслугой в ливреях плавно закрылись. Официальный протокол остался позади, осталась за дверью и пресса. Мы были одни и могли не кривляться на потеху досужей публике.
Мы сняли маски. Прошел первый обмен любезностями. Гость похвалил чай, я высоко оценил подарки, которые он привез. И все такое прочее, все те словесные кружева вежливости, которые принято говорить на Востоке, когда собираются два уважаемых человека. Но, слово за слово, вот мы и подошли к сути, тем более что времени болтать два часа об абстракциях у меня не было.
– Как долетели, уважаемый Аманулла?
Гость оживился:
– О, это было великолепное путешествие, уважаемый Михаил. И я благодарю вас за любезное предложение воспользоваться в качестве средства транспорта дирижаблем Единства и вашими аэропланами. Я получил возможность не только сэкономить много времени на дорогу, но и обозревать с воздуха вашу великую державу на протяжении более двух тысяч миль. У вас красивая страна, уважаемый Михаил.
Склоняю голову в легком кивке.
– Благодарю вас, уважаемый Аманулла. Надеюсь, что вам при случае представится возможность окинуть взглядом мою державу на всей ее протяженности. Это великолепное зрелище, уверяю вас.
– Ни на миг в этом не сомневаюсь, уважаемый Михаил!
Мы сделали по глотку чая и закинули в рот по кусочку вкусностей, окончательно отделяя таким образом пустой треп от деловых переговоров.
– От имени моей страны и моего народа, уважаемый Михаил, я сердечно благодарю вас и вашу империю за ту неоценимую помощь, которую вы оказываете Афганистану в нашей борьбе. Отдельно я хочу от всей души поблагодарить вас за признание независимости нашего королевства.
Ну как тут вас не признать, когда вы готовы гадить англичанке, а старый лев настолько одряхлел, что для него и Афганистан – нешуточная проблема, угрожающая Индии?
– Мы всегда рады поддержать стремление к свободе порабощенных народов, уважаемый Аманулла. Я слышал, что ваша армия достигла определенных успехов при подготовке к освободительной войне. Верно ли мне докладывают?
– Это так, уважаемый Михаил, и ваши военные специалисты оказали нам в этом огромную помощь, а учеба в русских военных лагерях благотворно сказалась на уровне подготовки офицеров афганской королевской армии.
Делаю глоток ароматного чая. Действительно, по докладам и из учебных центров в Туркестане, и непосредственно из расположения частей в Афганистане, местная горе-армия приобрела хоть какой-то вид, сходный с боевыми подразделениями. Это касалось всего, включая организацию и координацию, умения офицеров принимать грамотные решения и отдавать адекватные ситуации приказы, повышения дисциплины и уровня стрелковой подготовки. Это все были важные моменты, поскольку боеготовность королевской армии была ниже плинтуса и в этом плане весьма напоминала уровень подготовки османской армии при прошлогоднем наступлении Кемаля на Анкару. Если бы не наши беспрерывные бомбежки с воздуха и прочая военная помощь, армия султана Мехмеда V была бы наголову разгромлена.
Но бог с ними, с турками, мне ими сегодня еще предстоит заниматься. Сейчас идут последние согласования кровавого замеса на другом участке Большой Игры. Уверен, что в Лондоне и в Калькутте сейчас заняты примерно тем же самым. Да и в Каире сейчас совсем не скучно. Вот совсем!
– Итак, уважаемый Аманулла, какие силы вы готовы выставить в поход?
– Непосредственно в походе за свободу Афганистана будут задействованы армия общей численностью в шестьдесят тысяч человек регулярных войск, три тысячи частников из русской ЧВК «Моцарт» и около ста тысяч бойцов из пограничных племен…
Ну да, наши частники – это такие частники, что не дай Бог. Либо недействующие бойцы ССО, либо матерые ветераны, не нашедшие себя в мирной жизни, либо все те же запасники. Так что были они по опыту и мастерству «чуть выше среднего афганца». Фактически костяк королевской армии они и составляли. Нужно ли говорить, что основная масса поставляемой туда механики и прочих пушек с пулеметами чаще всего становилась на вооружение именно бойцов ЧВК? Хотя бы потому, что не так просто обучить афганского солдата технически сложным видам оружия и техники. Да и не было у меня особого желания пичкать горцев современным оружием. Повторюсь: Османии и проблем с нею мне более чем достаточно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Причем я бы добавил, что и бойцы пограничных племен подготовлены лучше регулярной армии Афганистана, по крайней мере в части меткой стрельбы и умения выживать в горах. Мы, конечно же, посылали и туда своих советников, и прочих эмиссаров, но дисциплина горцам Афганистана была знакома еще меньше, чем моим распрекрасным джигитам из Дикой дивизии. Да, мои порубят в капусту любого. Однако только для того, чтобы научить их двигаться строем, нам (мне!) потребовалось немало времени. Зато их до ужаса боялись немцы и особенно австрияки. Да что там австрияки, если пребывание в Москве и в Питере частей Дикой дивизии не раз остужало горячие революционные головы!
Нет, по-хорошему, все наши туземные части исключительно прекрасно воевали в Первой мировой войне (пусть и специфически), но нередко только в ситуации смешанных полков, в которых хотя бы часть составляли кадровые бойцы Императорской армии, не говоря уже о ключевых офицерах.
Джигиты настолько были далеки от общепринятых правил и пониманий о современной войне, что даже с муштровкой нужно было быть весьма осторожным, как с тем диким необъезженным конем, который скорее лягнет тебя копытами в голову, чем даст на себя взобраться. Так это наши, цивилизованные джигиты, что уж говорить об афганских! Да и какие они афганцы, все эти племена пуштунов, туркмен, таджиков, узбеков, по воле Аллаха оказавшиеся на этой земле? Нет, я помнил, что Афганистан (иногда вполне благополучно) переживет, точнее, пережил в моей истории предстоящие сто лет и обломал зубы многим, но…
В общем, воевать с ними я не хотел, а дать им повоевать против моих недругов я был не только готов, но и всячески этому способствовал. Пушками, советниками, солдатами удачи, деньгами и прочим.
Уважаемый Аманулла меж тем продолжал свой оптимистический доклад… рассказ, простите.
– …непосредственно афганская королевская армия готова выставить на поле боя двадцать пять кавалерийских полков, около ста пехотных батальонов, шестьсот современных артиллерийских орудий, соединенных в полторы сотни батарей. Мы благодарны России за предоставление нам трехсот орудий, включая горные, сорока броневиков, двух тысяч ручных и станковых пулеметов, пятидесяти тысяч винтовок и карабинов, за боеприпасы к ним, а главное, за возможность воздушной поддержки наших операций. В современной войне авиация доказала свою неоспоримую значимость. Сражения прошлой весной на территории Османии однозначно подтвердили успешность авиации даже в условиях горного театра военных действий.
Да, поставки шли, и шли довольно широким потоком. Помимо всего указанного моим царственным гостем мы поставляли лошадей, амуницию, обувь, консервы, зерно, взрывчатку, порох, одеяла и прочее.
Мне могут возразить, что лошади, обувь, консервы и те же одеяла лучше было бы употребить на нужды внутри России, чем раздавать всяким голодранцам, но смею заметить, что лучше иметь более-менее лояльный режим в Афганистане, который будет сдерживать свои племена от набегов на наш Туркестан или, в случае невозможности это обеспечить уговорами, будет позволять нашим ЧВК и авиации проводить зачистку банд на его территории. Кроме того, пусть британцы будут заняты пикировками с афганцами, чем лезут к нам. В Туркестане и так очень неспокойно.
В принципе, даром мы ничего не раздавали, а если и раздавали, то либо уже порядком устаревшее, оставшееся после Великой войны, либо то, чем могли пожертвовать ради великого дела войны с Британией чужими руками. Фактически мы открыли программу ленд-лиза для Афганистана, пусть довольно скромную по объемам, но имеющую важное значение для бедной дикой страны и ее карликовой армии.
