влезли на крышу? Если мы с Гедимином пройдём со станнерами вдоль шоссе — польза будет. А от этих защитников — навряд ли.
Ремонтник, недовольно покосившись на него, потянулся к передатчику. Иджес, ещё раз фыркнув, повернулся к Гедимину.
— Так же, как было с «Локхидом», верно? Вот макаки тогда обделались от страха!
Гедимин качнул головой.
— Нас тогда чуть не разбомбили. Теперь пусть Маккензи и Фостер разбираются. Я больше ни во что не лезу.
Глайдер остановился. Экзоскелетчик, спустившись с крыши, открыл фургон и встал у выхода, направив на сарматов считыватель. Гедимин сердито сощурился. «Он думает, в фургоне портал? Нас по дороге подменили?»
Их подвезли прямо к проходу в ограждении космодрома; от проёма в городском куполе до стоянки пролегла широкая труба, скрученная из защитного поля. Рядом с ней стояли два жёлтых «Тилацина»; один из них Гедимину был незнаком — видимо, экзоскелет недавно прислали с Земли. Едва сарматы вошли в трубу, она стала непрозрачной. Гедимин еле слышно хмыкнул.
— Чем больше всей этой дряни, тем меньше хочется выезжать, — прошептал Иджес, поравнявшись с ним. — Как думаешь, мартышки успокоятся сами, или дойдёт до драки?
01 ноября 26 года. Луна, кратер Пири, город Кларк
Пронзительный вой ударил по ушам, и палуба задрожала вместе с переборками, сотрясаемая частой вибрацией. Гедимин резко выпрямился, выставив перед собой генератор защитного поля, включил лучевой резак и только потом открыл глаза. Сирена не смолкала; в коридоре мигали красные светодиоды, передавая условный код. Гедимин шагнул было к выходу, но Иджес, повиснув на его руке, дёрнул сармата назад.
— Стой! Это не у нас!
Гедимин, растерянно мигнув, оглянулся на него. Иджес молча сложил пальцы в сигнал воздушной тревоги. Сирена смолкла, и вместе с ней прекратились вспышки. Гедимин услышал недовольное ворчание и шум шагов — разбуженные сарматы возвращались в спальные отсеки.
— Час ночи, мать их за ногу… — пробормотал Иджес, опускаясь на матрас и натягивая на себя одеяло.
— База, приём! — раздался в наушниках раздражённый голос Кенена. — Всё кончилось. Идите спать. Это городской сигнал, мы случайно под него попали.
Гедимин мигнул, прижал ладонь к переборке, пытаясь уловить вибрации, но после отключения сирены всё стихло. Если Кларк и бомбили, то не на западной окраине.
— Метеориты, жёваный крот… — Иджес, зевнув, натянул одеяло на голову. Гедимин сел на матрас рядом с ним и притронулся к коммутатору.
— Что там, Кенен? Метеорит?
— Джед, ты? Я думал, тебя ядерным взрывом не разбудишь, — проворчал Кенен. — Да нет. Просто тревога. Сигнал для флота. Проблемы со «Взрывником». Предполагают атаку на Кларк.
Гедимин мигнул. «Если бы Лиск атаковал, что-то непременно взорвалось бы. Хоть десять сирен включи. Я бы услышал…»
— Что у него опять? Он же вроде притих на неделю…
Кенен фыркнул.
— Джед! Так я подумаю, что ты новости читаешь! Что, сеть провели на Энцелад?
Гедимин недобро сощурился.
— Ты ответишь нормально, или мне подойти к рубке?
— Вот же нервный теск… — еле слышно пробормотал Кенен. — Отвечаю. Он подорвал австралийскую платформу на Венере и разбомбил их базы на Ганимеде и Весте. Кларк отчасти австралийский, поэтому есть вероятность, что доберётся и до нас.
— Атомщик, ложись, — проворчал Иджес, выглянув из-под одеяла. — Лиск не будет нас бомбить. А если рванёт что-то в центре, мы заработаем на ремонте. Эй, Маккензи, там ещё не вычислили, кто такие «Торий» и «Кецаль»?
— Там плохо представляют, кто такой «Взрывник», — отозвался Кенен. — Ложитесь, парни, ещё далеко до подъёма!
…Сирена больше не выла, но, выглянув на улицу, Гедимин увидел на маяке кислородной тревоги предупреждающий сигнал «опасность сверху» — обычное предупреждение о метеоритном дожде… или о воздушном налёте. Обочины вновь опустели; как сармат ни вглядывался, он не увидел никаких силуэтов, а на крышке люка не было пятен краски и налипших объедков — сегодня «австралийские мстители» не подходили к базе.
— Если подняли флот, то всех бездельников должны были загнать в убежища, — сказал Кенен, выслушав его рассказ. — А занятому человеку некогда бродить по улицам и швыряться краской. У нас затишье, Джед. Пока сигнал тревоги не погаснет. А вот завтра наружу не лезь.
02 ноября 26 года. Луна, кратер Пири, город Кларк
В наушниках зашуршало. Гедимин поднял голову, недовольно щурясь, и потянулся к коммутатору, — похоже, Кенен, подключаясь к внешнему каналу, не до конца отрубил внутренний, и по сети пошли помехи.
— Чтоб вас всех с Сатурна на Меркурий через пояс Койпера, — послышался сквозь шорохи негромкий, но отчётливый и очень недовольный голос Кенена. — Четыре года работы комете под хвост!
— Что там? — спросил Гедимин и практически увидел, как Маккензи подпрыгнул на месте.
— Has— su! Джед, наладь уже сеть! Почему сигнал гуляет, как ему вздумается⁈
— Коммутатор переключай, — буркнул Гедимин. — Не нравится ручка — поставлю четыреста кнопок.
Кенен трижды глубоко вдохнул и с присвистом выдохнул, прежде чем открыть рот.
— Значит, все всё слышали? Тем лучше. Сегодня сидим на базе, все заказы отменяются. В городе сборище — требуют выслать нас из Кларка. Чарли поставил у шлюза усиленный пост с бронеходом. Макаки не сунутся, но обстановка будет нервная.
Под одеялом зашевелился Иджес — он, как всегда, спал без скафандра, и ничьи переговоры его не тревожили.
— Что там, срочная работа? — спросил он, сонно глядя на Гедимина. Тот качнул головой.
— Спи. Сегодня не работаем. Нас будут выселять из Кларка. Завтра узнаем, получилось или нет.
03 ноября 26 года. Луна, кратер Пири, город Кларк
Кенен лежал в кресле, закинув ноги на кольцеобразный стол, и смотрел на мониторы, развешанные вдоль переборки. На подлокотнике стоял зажатый в специальном держателе стакан с желтоватой жидкостью, рядом — обкусанный бургер. Сделав большой глоток, сармат переключил мониторы
