и просвистел обрывок какой-то мелодии. Гедимин, молча взяв его за ступню и затолкав ноги под стол, встал рядом и взглянул на экран. Изображение было мутным, но не из-за неисправностей в системе трансляции, — прямо перед камерами было выставлено защитное поле, и его плёнка закрывала обзор.
— Эй! — Кенен запоздало дёрнулся. — Джед, амбал, соизмеряй силы! Не видишь — я без скафандра!
— Надень, — отозвался Гедимин, глядя сквозь мутную плёнку на сине-жёлтый бронеход. Машина стояла прямо напротив главного шлюза, направив турели во все стороны одновременно. На её крыше сидели двое в жёлтых экзоскелетах, ещё три силуэта Гедимин насчитал на других мониторах. Жёлтых пятен было много, особенно вдоль стен, но все они были меньше, — пятна на комбинезонах, шлемы, элементы одежды, флаги; они виднелись и на перекрытом шоссе, и в просматривающихся переулках. Гедимин снова попробовал пересчитать собравшихся и дошёл до седьмого десятка.
— Долго они тут будут стоять? — спросил он. Кенен поморщился.
— Вот и мне это интересно, Джед. Со вчерашнего дня их прибавилось, не находишь?
Он покосился на передатчик и с тяжёлым вздохом потыкал в кнопки.
— Бенджи, приём. Что там нового? Есть надежда сегодня попасть на работу?
Ему что-то ответили, но Гедимин не слышал. Дожидаясь, пока Кенен узнает обстановку, он смотрел на мутные мониторы. Из толпы, обступившей сарматскую базу, выделились двое. Один из них нёс на палке жёлтый картонный диск с изображением перечёркнутой четырёхпалой ладони. Гедимин покосился на свою руку и хмыкнул — рисунок делался с человеческой пятерни, но нарисовали на палец меньше.
«Ничего не слышно,» — подумал он с досадой, копаясь в настройках. Двое с плакатом упёрлись в экзоскелетчика, и тот что-то им втолковывал; Гедимин видел, как быстро меняются их лица, шевелятся губы, но слов разобрать не мог. «Из-под поля и не услышишь. Звукоизоляция…»
— Досадно, Бенджи. Надеюсь, никто не пострадает, — Кенен щёлкнул крышкой передатчика, перевёл взгляд на Гедимина и поморщился, как от сильной боли. — Плохо дело, Джед. До вечера нас будут выселять. Бенджамин надеется, что к утру они уймутся. Если нет, начнётся разгон. Сделай поле попрочнее, мало ли…
— Оно на непрерывной генерации, — отозвался Гедимин. — Выдержит выстрел из гравитрона.
— Будем надеяться, Джед, — Кенен поёжился. — Мать моя пробирка, не люблю я такие ситуации…
Гедимин согласно кивнул.
— Я пойду вниз?
Кенен, привстав из кресла, замотал головой.
— Никаких низов! Не уходи с жилой палубы. Так нам всем будет спокойнее.
05 ноября 26 года. Луна, кратер Пири, город Кларк
— Стоят? — Гедимин посмотрел на ближайший монитор и недобро сузил глаза. — У них что, работы нет?
— Не исключено, Джед, — пробормотал Кенен, глядя на почти опустевшую бутылку с виски. В углу сармат заметил две пустые ёмкости. Робот-уборщик сидел под дверью, заглядывая в капитанскую рубку, но не входил, — видимо, сбились настройки.
— Починить? — спросил Гедимин, кивнув на робота. Кенен удивлённо мигнул.
— А, это… Он в порядке. Я сейчас… — он потыкал пальцем в передатчик. Робот, помигав светодиодами, вполз в помещение и направился к бутылкам и горке пустых обёрток рядом с ними.
— Будешь? — Кенен кивнул на бутылку. — У меня ещё есть. Смотри, нам прислали ещё двоих «копов».
Толпа всколыхнулась. Её пытались раздвинуть с двух сторон, с шоссе и от базы, но расступалась она медленно, очень неохотно. Кто-то со спины облил экзоскелетчика краской. Разряд станнера ударил поверх голов, люди зашевелились чуть быстрее. Два отряда объединились. Новичок двинулся к толпе, приподняв стальные «руки», сделал несколько резких жестов. Никакой реакции, кроме слабого колыхания, Гедимин не заметил.
— Чего они ждут? — спросил он. — Я не понимаю.
— Ждут, кому первому надоест, — поморщился Кенен. — Если Чарли и его парням — будет весело, но недолго.
— У них же есть оружие, — Гедимин ткнул пальцем в ближайшую бластерную турель. — И им разрешено стрелять. Ты говорил, они разгонят этих мартышек.
Кенен развёл руками.
— А что совет? У тебя там друзья, — Гедимин невесело усмехнулся. — Они не могут унять своих… горожан?
Кенен ухмыльнулся.
— У тебя всё так просто, Джед… Хорошо, что ты сидишь в своём реакторе и ни во что не лезешь. Совет очень нам сочувствует и надеется, что я не приму всё это на свой счёт. Горожане-де мирно высказывают своё мнение, а это не запрещено…
Гедимин посмотрел на мониторы. Банки с краской принесли с собой немногие, и те держали их при себе, но у каждого второго был при себе шокер, маломощный станнер или прут арматуры. Сармат начал считать тех, кто принёс боевой бластер, но быстро сбился со счёта.
— Ясно. Я пойду вниз?
Кенен скривился.
— Это уже семнадцатый раз, Джед. И считать я начал не сразу. Нет, вниз ты не пойдёшь.
— Стержни упали, — сказал Гедимин. — Надо запустить. Я ненадолго.
— Пусть лежат там, куда упали, — отозвался Кенен. — Пока это… мирное выражение не закончится, сиди здесь. Включит кто-нибудь от скуки сканер и возьмёт тебя с поличным.
Гедимин нехотя склонил голову.
На мониторах что-то сверкнуло — так одновременно, что сармат вскинулся, приняв вспышку за проявление неисправности. За первой последовала вторая, и толпа заколыхалась, разворачиваясь к её источнику. Гедимин увидел, как люди бросаются врассыпную от чего-то, зацепившего краем их строй. Кто-то упал, кто-то, оставшись на ногах, широко разинул рот и схватился за оружие. На крайнем мониторе мелькнуло что-то яркое, неся перед собой прозрачный шар защитного поля. В купол врезалась и отскочила банка с краской, обдав толпу содержимым, следом полетели разряды станнеров. Гедимин увидел, как к югу от собравшихся разворачивается ярко раскрашенный флиппер. Ещё один прошёл рядом с ним, и седок, на секунду убрав руку со штурвала, выпустил над толпой петарду.
— Люнер! — сармат изумлённо замигал, пытаясь понять, что байкер делает.
