полутьме не разглядели.
— Сергей, вот ты этим сейчас и займись, — неожиданно пошел ему навстречу дедушка, — все равно тебе, кроме оружия собирать нечего. А мы с Марком посмотрим пока, что за ящики он обнаружил. Пойдем малыш, — он повернулся в мою сторону, — пока девочки собирают на стол, глянем твою находку.
Мы с abuelo спустились в склад и я показал ему штабель ящиков в дальнем углу. Посветив фонариком, нашел трухлявый угол, который сам же расковырял и постучал ножом по железу.
— Вот, здесь металл, а такие ящики должны быть деревянными, я ведь видел ящики с боеприпасами.
— Марк, а ты читал, что на этих «таинственных» ящиках написано? — скепсис так и сквозил в словах abuelo, — или проще было взломать?
— Нет, не читал, — к своему стыду, я понял, что совершенно не придал значения маркировке ящиков, — а что там?
— Achtung, minen! [1] Дорогой ты мой детектив, — даже при тусклом свете аварийного освещения было заметно, что дедушка улыбается, — мой, не слишком продвинутый английский, подсказывает, что в ящиках взрывчатые вещества и, скорее всего, они запаяны как патронные цинки. Мы с Михалычем видели эти ящики, он сразу сказал, что это взрывчатка. По-хорошему, надо бы его с Мигелем сюда отправить, чтобы посмотрели на предмет растяжек и детонаторов, но им сейчас не до этого.
[1] Внимание мины! (нем).
Дедушка не стал рассказывать, чем таким важным заняты наши сыщики, по совместительству — саперы, ну а мне было неловко, что сам не догадался прочитать надписи на ящиках, поэтому вопрос о том, что они делают перед самым отъездом, завис в воздухе. Ну, или в моем подсознании.
— Пошли отсюда, — abuelo тронул меня за рукав куртки, — девочки тебя, наверное, уже потеряли.
Сборы, тем временем, шли полным ходом. Только Иванчук с недовольным выражением лица, внимательно наблюдал через амбразуру за окрестностями. Похоже, что ему пришлось отказаться от предложения abuelo снова обшарить все подземелье.
— Саныч, я не могу постоянно бегать из комнаты в комнату, — обратился одессит к дедушке, — может Марк отсюда будет присматривать, а я перейду в ту комнату, откуда северную сторону видно. Хорошо?
— Хорошо, — дедушка повернулся ко мне, — ты отсюда увидишь, когда подойдет наша яхта. Как Торрихос приблизится — маякни мне, будем выдвигаться.
— Владимир Александрович, у нас все готово, — к нам зашла Анюта, — пойдемте кушать. А где Липский с Мигелем? Их тоже надо позвать.
— Хорошо, Анечка, я иду, — откликнулся дедушка, — сыщиков сам позову. А ребятам принесите сюда, чтобы не отвлекались от наблюдения.
Через пару минут мы с одесситом уплетали жареную картошку с салатом, который девочки смогли сотворить, практически из ничего, но получилось вкусно. Нахваливая стряпню наших кулинаров, я даже отвлекся от наблюдения и пропустил момент, когда из-за мыса показалась Esrella de Los Mares.
— Смотри Марк, — тронув за рукав, оторвала меня от своего кулинарного шедевра Анюта, — по-моему, наша яхта.
Да. Из-за мыса показалась «Звезда Морей», спешащая на всех парусах к пляжу. По моим подсчетам, полковнику оставалось минут двадцать до швартовки. На берегу перед пляжем все было спокойно, бандиты никак себя не проявляли. Осмотрев в бинокль все подступы к берегу и каждый домик в отдельности, я убедился, что опасности для сеньора Торрихоса нет. Отправив Анюту к дедушке, продолжил наблюдение за яхтой и пляжем.
— Марк, дай бинокль, — окликнул меня одессит, — по-моему «оппоненты» появились.
Из амбразуры в этом помещении хорошо просматривалась бухта, где в прошлый раз причаливали нацисты. В море виднелась темная точка, которая с каждой минутой приближалась и превращалась в «Манхэттен» бандитов.
— Смотри, — Иванчук показал мне на береговую линию, где заканчивалась тропа от летних домиков, — видишь? Вон, правее большого камня.
Всмотревшись, я понял, на что мне показал одессит — в конце тропы виднелись две фигурки бандитов, встречавших яхту со своими главарями.
— Вот и собрались все в кучку, — обрадовался Иванчук, — теперь не надо будет их ловить по острову.
— А нам-то какая разница, — не понял я радости Серхио, — чем их больше — тем хуже для нас.
— Так-то оно так, но грохнуть их разом проще, чем за каждым по джунглям гоняться. Посмотри за ними, — Иванчук поднялся, — а я Саныча позову, — с этими словами одессит направился к выходу.
Мне в бинокль было хорошо видно, что яхта бандитов заходит в бухту и через две-три минуты будет у берега.
— А ну, что тут у нас, — дедушка взял у меня из рук бинокль, — да, вся компашка собралась.
— Марк, иди в спальню, — повернулся он ко мне, — скажи девочкам, что мы выходим прямо сейчас.
— Саныч, давай я с крупного калибра по ним? — не удержался от предложения Иванчук, — такая цель клевая!
— Сережа, ты свои вещи собрал? — вопросом на вопрос ответил abuelo.
— Конечно, самым первым.
— Ну так бери их в охапку и на выход. Выступаем прямо сейчас, — дедушка высказался предельно жестко, — немедленно.
— Окей, полковник, — Иванчук, похоже, уловил нотки нетерпения в голосе abuelo, не стал перечить и вышел сразу за мной.
Через пять-шесть минут унылой цепочкой мы шагали в сторону пляжа. Мигель и Липский, появившиеся перед самым выходом, уже маячили в авангарде, разведывали обстановку и, если слышали подозрительные шорохи или шевеление впереди по курсу, делали отмашку остановиться. Проверив путь, давали «добро» снова двигаться. За мной шел Мерзкий в импровизированных «браслетах» из пластиковой стяжки, а замыкал колонну Иванчук, вооруженный ручным пулеметом. Всю дорогу мы шли молча, погруженные в свои мысли. Только сейчас я понял, что наше путешествие закончилось эпическим провалом. Да, мы смогли обнаружить бункер, описанный в файлах Полтавского. У нас получилось проникнуть внутрь, обезвредив все ловушки, оставленные в большом количестве строителями подземелья. Наша дружная команда даже добралась до сейфа с долларами. Но валюты в нем оказалось «кот наплакал», только оправдать затраты на продукты и топливо для двигателей «Звезды Морей».
Но, с другой стороны, если бы не мифическое «Золото окраины», наверняка бы мы никогда не собрались в трансатлантический переход, не испытали бы всех его прелестей, не увидели бы Тенерифе и Барбадос, не сблизились бы так со всеми участниками похода. А самое главное, неизвестно как бы развивались наши отношения с Анютой. Ведь теперь, когда она так откровенно бросилась на меня с кулаками после возвращения из «побега», девушка полностью открылась в своих чувствах. И я бесконечно рад, что они совпали с моими. Так что, для меня приключение удалось не только на сто, а даже на двести процентов. Настроение мое заметно улучшилось, улыбка появилась на лице, джунгли стали выглядеть слегка приветливее. И даже болото, по которому мы в этот
