уроды. Мне, Маркуша, так плохо стало от испуга, что я чуть не отключилась. Спасибо вам с Люсей, что поддержали меня.
— Да, ладно тебе, — слушая Анюту, я упокоился, на душе стало легче от того, что девушка все поняла именно так, как мне этого хотелось, — полежи немного. А может бокальчик винца? Расслабишься…
— Марко, мне тоже, — меня неожиданно поддержала Лусия, — что-то меня потряхивает от этого «извержения вулкана».
Мы невольно обернулись в сторону Tierra de Esperanza, но взрывы на острове больше не повторялись. Прогремело, хотя и устрашающе громко, но только один раз. Облако над Землей Надежды постепенно рассеялось и ничего больше не напоминало о страшном событии, произошедшем там. Около часа нас никто не кантовал и мы просто болтали ни о чем, вспоминая отдельные веселые моменты нашего приключения, разбавляя болтовню мелкими глотками прохладного vino blanco, [3] и кусочками пахучего козьего сыра, который Лусия прикупила, в свое время, на Барбадосе. А потом меня из каюты позвал дедушка.
[3] Белое вино (исп).
— Слушай Марк, я хотел тебя попросить, посмотри на своем макбуке информацию с этой флэшки, — в руках abuelo крутил небольшой гаджет, действительно похожий на солидных размеров флэш-накопитель, — забыл совсем про нее, это из сейфа в бункере, — с этими словами он протянул мне гаджет.
— Мне кажется, что это не флэшка, по-моему, это аппаратный кошелек для криптовалюты, — предположил я и присмотревшись, добавил, — да, точно криптокошелек, у меня есть похожий, только моя модель поновее, эти не выпускаются уже.
— А ты можешь посмотреть, что в нем? — похоже, что дедушке не доводилось общаться с такими кошельками, — может, что-то интересное для нас.
— Abuelo Vlad, — мне не хотелось разочаровывать дедушку, но обнадежить его в этом случае, было трудно, — я конечно могу пообещать, что когда мы вернемся домой, займусь кошельком, но обещать, что взломаю — будет неправдой. К сожалению, такие кошельки, даже при наличии соответствующей аппаратуры, невероятно трудно «хакнуть».
— С этого места поподробнее, пожалуйста, — дедушка, как-то, не особо поверил в мой отказ, уж очень его впечатлили мои «подвиги» с телефоном майора, — у тебя же программа специальная для взлома есть.
— Саныч, это, примерно, как банковская ячейка, только не в банке, а у тебя в кармане, — неожиданно вмешался в разговор Иванчук, — у меня тоже есть такой, но для доступа к чужому кошельку нужна сид-фраза, [4] а ее нереально подобрать. Не «грузи» пацана, он — не волшебник.
[4] Сид-фраза, — это уникальная последовательность случайно сгенерированных слов, образующих своего рода пароль для восстановления доступа к криптокошельку.
— Короче говоря, посмотреть его содержимое — это задача не для слабаков? — abuelo зашел с другого боку, — но дома ты попытаешься? Так?
— Да, я обязательно попытаюсь, — успокоил я дедушку, обеспечив себе спокойную жизнь до возвращения в Эль Пуэрто, хотя понимал, что достать требуемую для взлома аппаратуру — задача сродни чистке Авгиевых конюшен для Геракла или, скорее, поиски золотого руна для Одиссея.
— Abuelo, а Мигель с Липским уходили, чтобы минировать бункер? — я вспомнил, что когда мы собирались уходить на яхту, сыщиков с нами не было, они где-то долго отсутствовали.
— Марк, а оно тебе надо? — вопросом на вопрос ответил дедушка, — не заморачивайся лишними проблемами, тем более, что это и не твои проблемы вовсе. Согласен caballero?
— Ну-у-у… — протянул, подумав, — скорее да, чем нет. Как-то так ты любишь говорить, abuelo? — невольно съехидничал я.
— И не то, чтобы да, и не то чтобы нет, — улыбаясь, нараспев проговорил дедушка, — я тут вот, что подумал: надо тебе к нам в Дмитров приехать, мы с бабушкой тебе настоящую Россию покажем. Мы сами, только когда с Дальнего Востока переехали, поняли, что Россия она здесь, в Дмитрове, в Ростове Великом, Суздале, Переславле Залесском. Мы ведь очень много путешествовали в свое время и по России, и за границей, а вот Русь-Матушку только там увидели и осознали, что она там начиналась, оттуда пошла по всей огромной своей территории, Поэтому, Марк, утрясем все текущие вопросы, да махнем домой к нам. Посмотришь, какова она Россиия. Проедем по Золотому Кольцу, выберемся на Соловецкие острова, в Крым, в Геленджик, по Волге прокатимся на теплоходе, а будет время и на Алтай доберемся. Я покажу тебе озеро Телецкое, Бирюзовую Катунь, по Чуйскому тракту проедем, посмотрим места, которые я давно твоей бабушке обещал показать… — дедушка замолчал и ушел в себя, вспоминая свои путешествия по его необъятной России, в которой мне, к слову сказать, уже не терпелось побывать.
Оставив abuelo с его приятными воспоминаниями, я перебрался к девушкам, встретившим меня дружными «предъявами», что я долго «где-то болтался», у них закончилось вино, а девушкам неприлично самим «шариться по холодильникам», и вообще, «я про них совсем забыл». По этому поводу подружки завалили меня на диванчик и у нас началась веселая возня, в которой не было победителей и побежденных, а присутствовали только безудержное веселье и азарт молодости, слегка подкрепленный легким алкоголем.
Глава 24
Вечерело. На горизонте уже маячил Пик Хиллаби — самая высокая точка Барбадоса, но бессердечная железяка — картплоттер с завидным упрямством отдалял от нас конечную цель перехода на полтора часа, притом, что яхта должна идти со скоростью не менее 12 узлов. Мы с Анютой поднялись на мостик полчаса назад и совсем не хотели его покидать. Нам не терпелось сойти на берег в марине Порта Сент Чарльз, прогуляться в ближайшее кафе и достойно о отметить возвращение. А затем — аэропорт Грэнтли Адамса [1] и прощай Карибы, да здравствует Европа!
[1] Международный аэропорт Барбадоса.
Да, в обратную сторону на «Звезде» отправлялись наши старшие товарищи, а мы, молодежь — летели самолетом до Мадрида, а оттуда в родную Валенсию. Иначе девушкам грозило опоздание к началу занятий в университете. Первоначально дедушка планировал отправиться вместе с нами, чтобы, как он выразился: «Контролировать ситуацию». Мы дружно взвыли, что нас не надо контролировать, что мы уже взрослые и нам не нужны няньки и провожатые. Неожиданно мы получили поддержку сеньора Торрихоса, который заявил, что вполне доверяет своей внучке, летающей самостоятельно с пятнадцати лет. И что он не видит никакой необходимости в нашем сопровождении. А еще полковник виртуозно взял дедушку «на слабо», тонко намекнув, что тот, кто боится возможных трудностей в обратном переходе через Атлантику, обычно пользуется авиаперевозками, а настоящие яхтсмены пересекают океан в обе стороны. Такого подначивания abuelo Vlad не мог снести, и вопрос с нашим самостоятельным молодежным экипажем был решен.
Причалив к своей стоянке, сеньор Торрихос дал
