«Я нашел Сашу, передал ему своих Иных и решил присоединиться к тебе. Все-таки один Высший здесь не воин».
Я пожал плечами.
«Может, ты и прав. В любом случае я очень рад».
Откуда-то с севера послышался гул. Низкий и монотонный.
«Что это?» — встревожились пасси.
Я попытался настроиться. Там сияющей нитью изгибалась линия фронта. Тысячи взволнованных homo naturalis.Светящиеся линии повышенной эмоциональности.
«Тим, ты чувствуешь линию фронта?»
Он кивнул.
Мы отвыкли от подобного восприятия. Если бы у воинственных вульгарисов на севере были имплантаты, к нам бы поступала детальная информация об обстановке. Но первые Иные и Высшие обнаруживали нашкодивших homo naturalis только так. По повышенному эмоциональному фону.
А южнее линии фронта, в паре километров над землей двигалась к нам еще одна светящаяся линия.
«Самолеты», — помыслил Тим.
Гул стал ужасающим, и вскоре угас на юге. А потом там зажглось огромное эмоциональное пятно.
«Город. Наверное, объявили воздушную тревогу».
Пасси с любопытством смотрели на нас.
«Товаби, а зачем они туда летят?» — спросил Денис.
«Война. Историю не учили?»
«Ну, история — это, как роман. Они, что действительно будут убивать друг друга?» — это Тео.
«Боюсь, что да».
«Но у них даже нет имплантатов! Они умрут навсегда!»
«Вот, что бывает, когда у низших нет хозяев, — назидательно прокомментировал я. — Бардак и смертоубийство!»
Тео надулся.
«Товаби, вы не можете упрекнуть нас в неисполнении долга. Мы всегда были покорны».
«Вы-то тут причем? Вы — дери, а здесь целая планета отщепенцев».
Линия фронта на севере выгнулась и медленно поползла к нам. Южное пятно разгоралось все ярче. Снова послышался гул. Самолеты возвращались.
* * *
Мы были в нескольких часах лета от Креонта-альфа. Разгонялись, готовясь к гиперпрыжку. Саша сидел перед большим монитором. Светловолосый юноша шестнадцати лет. Сдержанный, серьезный. Я откровенно им любовался.
«Рауль, смотри!»
Сначала я не заметил ничего особенного. На мониторе плыли звезды. Обычные созвездия этого сектора. Такие, как и должны быть. Да нет, не такие! Расстояния между звездами с чудовищной скоростью увеличивались, искажая рисунок созвездий. Словно перед нами кто-то поставил гигантскую линзу.
Я отчаянно рылся в своей памяти, пытаясь вспомнить что-то подобное. Аналогов не было! Сашка растерянно смотрел на меня. Да, его имплантат тоже не содержал подобной информации.
«Товаби, что это?»
Пасси наконец заметили неладное и обалдело уставились в монитор.
«Оптический эффект».
«Точнее гравитационный».
«Но, какая должна быть масса, чтобы так исказить траектории фотонов!»
Умница Тео. Чудовищная масса. А самое интересное, как она распределена. Судя по искажениям, похоже на туннель. Мне почему-то представилась Вселенная в виде огромного монстра. Наверное, мы попали в его кишки. Или в один из кровеносных сосудов… Последнее сравнение казалось более благородным.
А, главное, более близким.
Нас вжало в кресла, и приборы сошли с ума. Тело налилось свинцом. Три, четыре g, не меньше! А учитывая работу гравикомпенсатора — все двадцать. Интересно, что за кровь течет в этой вселенской артерии?
Крови мы не увидели. Мы вообще ничего не увидели. На миг созвездия исчезли. Или это мы начали терять сознание от перегрузки?
А потом все прекратилось. Разом. В один момент. Мы плыли во тьме. Словно огромная река преодолела пороги, и нас вынесло на равнину. И созвездия были на месте. Только их рисунок совершенно изменился.
«Все живы?»
Я оглянулся на Сашку и моих дери.
Саша кивнул. Тео вымученно улыбнулся. Денис вопросительно посмотрел на меня.
«Что это было?»
«Несанкционированный гиперпереход», — предположил Саша.
«Ты когда-нибудь слышал о несанкционированных гиперпереходах?»
«Обо всем когда-нибудь приходится слышать впервые».
«И, где мы находимся?» — Тео интересовали более практические вопросы.
«Выясним», — обнадежил я.
«Рауль! — Саша был очень взволнован. — Ты слышишь что-нибудь? Здесь нет менталки!»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мы второй день плыли в этой пустой вселенной. Тихо, как в гробу. Никаких сигналов. Ни Иных, ни Высших, ни Наместников. Последнее особенно странно. С Наместником можно связаться абсолютно всегда.
«Может быть, нас выбросило в далекое будущее? — предположил Тео.
— И цивилизация давно погибла?»
Я недоверчиво усмехнулся.
«На какой скорости мы шли?» — совершенно серьезно спросил Саша.
«Не знаю».
Приборы показывали полною ерунду. При таком ускорении наша скорлупка давно бы развалилась. И мы тем более.
«В такой ситуации трудно доверять приборам».
И тут я услышал слабый сигнал. Он был искусственного происхождения, но транслировал запись мыслей Высшего. Точнее крика о помощи.
Я вопросительно посмотрел на Сашу. Да, он тоже слышал.
«Товаби, здесь что-то есть».
Наконец-то дошло и до пасси. Но сигнал на нашей скорости. Они ничего не поняли. Я объяснил.
Мы пошли на сигнал. Медленно, осторожно, боясь сбиться с пути.
Уже через пару часов заметили, что движемся в направлении небольшой желтой звезды. Прямо по курсу.
«Солнцеподобная. Близкая масса и яркость. Будущий белый карлик. В каталогах нет», — пересказал Денис анализ компьютера.
Сигнал приближался. Теперь мы держали его уверенно.
А еще через несколько часов у нашей звезды обнаружилось две спутницы поменьше. Мы входили в планетную систему.
* * *
Гул самолетов затих вдали и возник снова.
«Наступают?»
«Думаю, сбросили десант на город и наступают», — предположил Тим.
Тео взволнованно посмотрел на меня.
«Они пройдут здесь?»
«Скорее по дороге, — успокоил Тим. — Им совершенно не к чему прочесывать лес. Впрочем, костер лучше затушить».
«Присоединимся к отступлению?» — спросил Тео.
«Зачем? Империя ничем не хуже Директории».
«Лучше. Мы там еще не засветились», — заметил я.
Преодолеть посты на мосту через речушку, еще вчера служившую границей, оказалось не таким уж трудным делом.
— Стойте! — крикнул нам коренастый солдат с автоматом.
Мы остановились.
— Ваши документы!
Язык, на котором он изъяснялся, еще сохранил некоторые воспоминания о своем среднеевропейском прошлом, но весьма туманные.
Тим вытащил из кармана сложенный вчетверо и весьма замызганный листок бумаги. Я отчетливо видел, что на нем ничего не написано! Пасси переглянулись.
Солдат поднял взгляд от воображаемого текста и посмотрел на Тима круглыми глазами. Рука его взлетела к козырьку.
— Проходите, господин генерал! — преданно гаркнул он.
Тим лениво кивнул, убрал листок, и мы прошествовали за ним по мосту.
«Что ты ему показал?»
«Неважно. Он уже ничего не помнит».
Впереди между холмами лежал городок. Точнее небольшой приграничный поселок. Прежде всего, нам надо было раздобыть какую-нибудь местную одежду. И, во-вторых, позавтракать.
При ближайшем рассмотрении городок оказался довольно милым, если бы ни пара полуразрушенных домов с пустыми глазницами окон, обгоревшие деревья и битое стекло пополам с осколками черепиц на мостовых. Но попадались и совсем нетронутые строения, сложенные из желтоватых камней неправильной формы. Края черепичных крыш чуть приподняты вверх, словно платьице девочки-танцовщицы, раскланивающейся перед публикой после представления. Возле домов растения в кадках. Яркие цветы с пьянящим ароматом, белые, красные, розовые. Живое пособие на тему «безумие войны». Посмотрите, как очаровательно здесь было и как стало.
Пасси смотрели осуждающе. Правильно смотрели. И славно! Такие картинки очень укрепляют чувство любви и преданности господину.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Магазинчик одежды почти не пострадал. Только витрина разбита и наскоро затянута синей тканью. Мы уже знали, что здесь в ходу деньги, которых у нас, разумеется, не было. Еще одна весточка из истории Земли.
