Самым занятым был, конечно, Ибраил. Он лечил раненых, каковых оказалось немного, но всё-таки трое орденцев и один из стражников должны были выжить. Вот их-то он и оперировал. Когда солнце стало клониться к западным скалам залива, все самые неотложные дела были в целом завершены. И Трол решил, что наступила очередь для решающего дела, ради которого они сюда и пришли. Он нашёл гонг, висевший в зале Ублы, огромный, больше человеческого роста, и ударил в него дубинкой с каучуковым набалдашником. Довольно скоро около него собрались почти все, кто мог работать.
Трол переборол слабость, время от времени накатывающую на него, и посмотрел в глаза всем, кого видел, — Арбогасту, Крохану, сержанту, ещё одному орденцу, который был не так плох, как казалось сначала, Приаму и Трапезу. Они стояли и совершенно отчётливо ждали распоряжений. Его распоряжений, его приказов. Вот только… Да, ему не показалось, они все отводили глаза, когда он поглядывал на них. Все, кроме матросов и Трапеза. Трол начал так:
— Мы одолели его… Хотя он удрал, но, думаю, это всё равно следует считать победой. Какие будут соображения?
— Замок невелик, — отозвался Арбогаст. — Я думал, он будет больше. А тут только арсенал, кстати, не очень толковый, казармы и… зал Ублы.
— Библиотеку, я думаю, нужно срочно переправить в Кадот. Тут она пропадёт, — высказался Приам. — Будет жалко.
— Мы проверили все помещения, — Крохан посмотрел на сержанта, — пусто. Такое впечатление, словно они жили как в походном лагере, даже слуг у них не было.
— В таком замке слуг не держат, — сказал Ибраил. — Тут ведь чем меньше народу, тем лучше.
— Кладовые нашли? — поинтересовался Трол.
— Полны, хватит, чтобы выдержать осаду годков эдак десять, — сказал сержант. — Если учесть, что защитников было немного.
Снова повисло молчание. Трол ещё раз оглядел собравшихся. Набрал побольше воздуха и спросил в лоб:
— В чём дело? Ибраил, Арбогаст?.. Почему вы не смотрите на меня?
Арбогаст вздохнул, потоптался. И своим густым, как масло, голосом ответил:
— Не знаю, не могу объяснить… — Посмотрел на Крохана. — Может, ты?
— Я? — Крохан вздохнул, посмотрел на потолок над Тролом. — Ладно, попробую. Э-э… понимаешь, Трол, я… Нет, не только я, но и все остальные… Мы не то что такого не видели, но даже не подозревали, что такое возможно, понимаешь?
— Нет, — Трол покачал головой. — Объясни.
— Они имеют в виду твой поединок с кардой, — признался Ибраил.
— И что же это был за поединок?
— Ты двигался так, что… Ты, э-э… — Крохан сжал кулаки и посмотрел Тролу в глаза. — Ты человек, Трол?
Трол удивился, вернее, его лицо расползлось в маске удивления.
— До сих пор я не давал повода усомниться в этом.
— Как сказать… Видишь ли, э-э… уже твой бой с зуллой нельзя было назвать обычным. Человек не может делать то, что ты сделал тогда. А то, что ты показал нам тут… с этой драконоубийцей…
— Я просто дрался, Крохан.
— Ты не просто дрался, — пророкотал Арбогаст. — Ты действовал, как… как по легендам сражался Лотар. — Он помолчал, посмотрел на Ибраила. — В тебе, видимо, очень много магии. А это… Что ни говори, это признак Империи.
— Так, понятно, — признал Трол. — Вы думаете, что я один из тех, кого засылают к людям и, чтобы вызвать у них доверие, выдают мелких исполнителей вроде Ублы, карды, зуллы или, например, Гифрула… Так, что ли?
— Они не мелкие исполнители, — вдруг ясным, очень спокойным голосом заговорил Ибраил. — Они — остриё того меча, которым Империя атаковала Зимногорье. Но всё равно это очень странно. Теперь, Трол, и я буду тебя опасаться. — Он оглянулся. — Как, похоже, все остальные.
Трол сдвинул налобную пластину, провёл рукой по волосам.
— Надеюсь, со временем я докажу, что я — человек. И что я на вашей стороне.
— Ты уверен? — ещё раз спросил Крохан. — Ты вполне уверен?
— Абсолютно, — вздохнул Трол. — Меня готовили, чтобы сражаться с Империей, меня обучали бою со всей её нечистью, и я собираюсь заняться именно этим. — Он подумал. — Если у тебя есть сомнения, Крохан, подумай о том, что они убили моего Учителя. Может это служить доказательством?
— Мастер Султунар говорил, что ты — реинкарнация Лотара Желтоголового, — проговорил Приам. — Наверное, он был прав. Для меня в какой-то мере это объясняет даже твой бой с кардой.
Трол кивнул:
— Так, Приам уже на моей стороне. А остальные?
— Я думаю, ты мог бы умереть, отравиться через раны на ногах, несмотря на всё твоё мастерство, если бы не мои мази, — отозвался Ибраил. — Для меня это — доказательство.
Неожиданно Арбогаст усмехнулся, осторожно, словно его губы были стеклянные и могли рассыпаться от неловкой улыбки.
— Вообще-то ты допускаешь ошибки. Какой дурак, забравшись в логово противника, забыл бы о сапогах?.. Это очень человеческая ошибка, магистр Трол. — Он оглянулся на Крохана. — Так что я — за тебя.
— Крохан? — спросил Трол.
— Я думаю, что легенда о Воине Провидения не могла просто так возникнуть, что-то за ней да стоит. А раз так… Может быть, мастер Трол, ты действительно тот, кого мы в тебе подозреваем.
— Человек из предсказания, — отозвался сержант. Он тряхнул головой и поправил свой меч, который был обвязан лентой с цветами Даулов. Наверное, он был взволнован.
— Трапез?
— Я ничего не могу сказать, — отозвался моряк. — Только мне кажется, что вечно вы, сухопутные, всё усложняете. Если выжили, спаслись, захватили какую ни на есть добычу — чего ещё нужно?
Трол помолчал. Попробовал улыбнуться, хотя это у него не очень получилось.
— Вот именно. Считаем, что меня снова приняли… в команду зимногорцев. Теперь, кстати, о добыче. Кто-нибудь видел тут какой-нибудь странный прибор, вообще хоть что-то, похожее на магическую лабораторию?
— Ты о червоцвете? — спросил Арбогаст. — Нет, но мы пока его и не искали.
— Я видел в спальне Ублы странную штуку, — признался сержант.
Они пошли в спальню мага. Она располагалась по соседству с главным залом. Тут была заметна та же строгая, без излишеств, простота: шкаф с одеждой, топчан для сна, небольшой стол с книгами, два кресла. Одно у стола, второе у странного каменного окна, из которого открывался изумительный вид на залив Бонма, залитый лучами заходящего солнца.
Трол провёл ладонью по ровной каменной поверхности, образующей это окно. Как оно пропускало свет, почему оставалось прозрачным с одной стороны — было непонятно. Но очень эффективно, как почти всё, что делалось в Империи.
В дальнем, самом тёмном углу этой спальни прямо на стене был высечен барельеф с какими-то животными и зданиями. В центре, окружённая подобием расходящихся складок ткани, а может быть, света, стояла фигура… самого Ублы. Портретное сходство мага с изображением не оставляло в этом никакого сомнения.
