— Что ты делаешь? Разве не слышал? У нас меньше десяти минут.
— Я догоню, — солгал Тейн. — Иди.
Кенди посмотрела на него, но повиновалась приказу Рикена и побежала к капсулам, оставляя Тейна одного.
Сиена жива. Она жива, она здесь, и он должен добраться до нее раньше, чем она убьет их обоих.
Тейн метнулся к дальнему углу вспомогательного мостика. Смутные воспоминания об устройстве крупных кораблей подсказали ему, что нужно найти ремонтную шахту. Одна панель из металлической сетки, конечно же, отстранилась, открывая пустой, холодный туннель, ведущий вверх. Он стукнул рукой по выключателю возле двери, вызывая антигравитационную платформу, которая могла доставить его к любой палубе всего за пару мгновений.
Когда подошла платформа, Тейн прыгнул, пошатнулся и схватился за поручень. Он прежде никогда не ездил на таких штуковинах. Платформа оказалась менее устойчивой, чем предполагало название. Еще чуть-чуть, и он бы вывалился и пролетел несколько километров навстречу смерти.
Глубоко вдохнув, Тейн набрал код доступа на палубу, с которой можно добраться до главного мостика.
Пока он мчался вверх, порывы воздуха пытались сдернуть с него шлем. В итоге Тейн сдался, снял его и отбросил прочь. Интересно, сколько времени прошло? Три минуты? Четыре? К настоящему времени двигателям «Наносящего удар» уже не нужно было напрягаться; гравитация Джакку позаботится об остальном: планета тянула звездный разрушитель вниз, к гибели.
«Давай, — подумал он, сильнее сжимая поручни. — Давай же!»
Наконец Тейн добрался до правого борта, ударом ноги выбил закрывающие пластины в коридор. После минутной дезориентации он готов был самому себе оторвать голову за идиотизм: конечно, на главный мостик было не так легко попасть. Тейн побежал к дверям, но те не открылись.
— Сиена! — крикнул он, барабаня кулаком по металлу. Кричал он только от разочарования, зная, что она не может его услышать через взрывозащитные двери главного мостика. Мало того что двери не пропускали звуки, так еще и выдерживали залпы из бластера или лазера и даже взрыв термального детонатора.
Сиена запечатала двери от всех возможных захватчиков, включая своего любимого.
Капитан мог запечатать взрывозащитные двери множеством способов.
Тейн понял, что знает, какой метод выбрала Сиена; он как-то раз слышал ее объяснение. Она предпочтет метод капитанской команды. Теперь взрывозащитные двери были заперты для всех, кто не владеет паролем — словом или фразой для разблокировки.
Он прислонился лбом к металлу и положил руку на панель ручного ввода. Автоматизированный голос произнес:
— Введите пароль.
Наклонившись к микрофону, Тейн прошептал:
— Посмотри моими глазами.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ
Сиена склонилась над навигационным терминалом, одну руку прижав к ноющему животу, другой опираясь на панель. Система автоматической навигации неоднократно пыталась отменить ее команды, но капитан наконец смогла ее отключить. Теперь оставалось лишь ждать.
Она отступила и села в свое кресло. Звезды на обзорном экране впереди пропали; не осталось ничего, кроме песчаной поверхности Джакку. С каждой секундой планета становилась все ближе. Сиена наблюдала, как ширятся тени в пустынях и горах. Датчики начали вспыхивать красным, предупреждая о близости атмосферы. Девушка проигнорировала их.
Перед глазами вдруг все расплылось. Девушка поднесла руку к лицу и поняла, что пальцы стали влажными. Сиена быстро поморгала, чтобы стряхнуть слезы. Когда придет конец, она не дрогнет. Не отвернется. Это будет ее последний жизненный опыт, и девушка хотела полностью осознавать каждый момент, даже боль.
Умереть с честью… лучшей участи не представить… Взрывозащитные двери мостика внезапно открылись. Сиена вскочила. Инстинктивно она потянулась за бластером, но ни один капитан звездного разрушителя не держал на мостике оружие. Как кто-либо мог войти сюда?
А потом она увидела Тейна.
«Единственный человек в Восстании — во всей Галактике, — который мог угадать правильные слова, — словно в тумане подумала Сиена, — и, конечно, он здесь».
Может, то была мечта или галлюцинация? Ее мозг вызывал образ Тейна, чтобы ей не пришлось умирать в одиночестве. Он даже носил траурную полоску на руке, словно один из родственников в долине, скорбя о трагедии, которой еще предстоит случиться.
Но потом он выдохнул с облегчением, и этот тихий и такой знакомый звук стер все ее сомнения. Это было реально, происходило на самом деле.
— Сиена. — Тейн устремился к ней, но остановился, когда девушка сделала шаг назад. Он остановился и поднял руки, словно показывая, что безоружен… но она видела бластер на его бедре. — Все нормально. Я вытащу тебя отсюда.
— Я не уйду. — Слова, казалось, доносились издалека, как будто она слышала их, но не она их произносила. — Я останусь с моим кораблем.
— Знаешь, дебаты о чести и долге стоит пока отложить. Сейчас мы должны убраться отсюда, прежде чем войдем в атмосферу.
Спасательные капсулы способны справиться с посадкой на поверхность планеты, но запуск в атмосфере был опасным. Температура за бортом стала резко повышаться. Сиена ощутила, как участился пульс — от страха, но не за себя.
— Тейн, беги в ближайшую спасательную капсулу.
Он поднял подбородок, как упорный, гордый мальчишка, которым был так давно:
— Только вместе с тобой.
В ней непроизвольно вспыхнул гнев.
— Ты понимаешь, что я должна арестовать тебя прямо сейчас? Или застрелить?
— У нас тут вроде как правила уже не действуют. — Тейн протянул ей руку, но Сиена сделала еще один шаг назад. Теперь их разделяло около двух метров. По обе стороны на бесчисленных экранах и датчиках вспыхивали тревожные сигналы, мелькали сцены битвы и кровопролития.
— Ты должен уйти! Я ведь пытаюсь спасти твою жизнь!
— А я пытаюсь спасти твою! — Он смотрел на нее с такой мольбой, так же отчаянно, как тогда, когда впервые пытался уговорить ее оставить Империю и уйти с ним. Для Тейна, пожалуй, ничего не изменилось за пять лет. А Сиена чувствовала себя намного старше. Намного печальнее. Истощеннее. Но любимый стоял здесь, протягивая к ней руки, веря, что может спасти обоих. — Давай, Сиена. У нас не так много времени.
Тейн не видел, что для нее времени не осталось вовсе.
* * *
«Что они с ней сделали?»
Сиена стояла перед ним, настолько тонкая, что ее можно было обнять одной ладонью. Униформа обвисла на ней, что в свете взбесившихся огней тревоги превращало эту сцену в жуткую пародию на мостик имперского корабля. Но больше всего Тейна испугала пустота в ее глазах. Душа Сиены больше не светилась во взгляде; он видел лишь гнев и отчаяние.
Но его Сиена все еще была здесь. Ведь она хотела умереть, а не сражаться дальше за Империю.
— Послушай, — сказал Тейн, стараясь говорить спокойно, даже когда «Наносящий удар» вздрогнул от первого контакта с атмосферой Джакку. Полет становился все тяжелее. — Ты ни черта не должна Империи. Они не заслуживают твоей верности и уж точно не заслуживают твоей жизни.
— Ты даже не знаешь, что такое верность.
— Еще как знаю! Сиена, не будь я верен тебе, был бы я сейчас здесь?
Корабль снова содрогнулся. Тейн слегка покачнулся, а Сиене пришлось схватиться за кресло, чтобы остаться в вертикальном положении.
— Тейн, ты должен идти! Добраться до капсулы, сейчас же!
— Я не брошу тебя здесь. — Он понял, что все может этим и закончиться: он умрет рядом с Сиеной здесь сегодня.
Тейн хотел выжить. При всей своей любви к Сиене он с прошлого года знал, что способен выдержать ее смерть, даже исцелиться и найти покой.
Но он не хотел жить, как человек, который оставил ее умирать.
— Я не брошу тебя, — повторил он.
— Прошу тебя! — Сиену начало трясти. — Прошу, не делай меня виновной в твоей смерти. Все, о чем я когда-либо просила, во всех этих сражениях, — не стать той, кто убьет тебя.
— А я просил, чтобы меня убила ты Потому что мы связаны всегда, ты и я, в жизни или в смерти. Ты знаешь это так же хорошо, как и я. Вот почему мы должны убраться с этого корабля вместе.
Сиена молчала довольно долго. Корабль накренился, когда искусственная гравитация схлестнулась с планетарной, тянувшей их к Джакку. На обзорном экране медленно кружился образ поверхности планеты; корабль по спирали падал вниз.
