Читаем без скачивания Потерянные Звёзды - Клаудия Грей

Сиена раздумывала о такой возможности поздно ночью, лежа в постели. Но теперь она могла честно ответить:

— Я верю тебе.

Явно сбросив тяжесть с плеч, он продолжил:

— Я спросил лишь потому, что… знаешь, тебе сократят срок, если заговоришь.

Как будто это могло убедить ее.

— Моя клятва остается в силе, Тейн. Я признаю, что теперь вижу Новую Республику в лучшем свете, но я не стану предателем. И я не принимаю новую власть. Из того, что я слышала, война все еще бушует, хаос вернулся в Галактику.

— Это нормальная жизнь планет, пытающихся вернуть свои правительства после стольких лет… — Тейн вздохнул. — Пропустим это. Мы оба знаем мнение друг друга на этот счет.

— В этом все равно нет смысла, — сказала Сиена. — Они никогда не отпустят меня, независимо от того, что я скажу. Я военный преступник, помнишь? Новая Республика заставит меня заплатить за службу Империи.

И в любом случае не больше, чем она заслуживала.

Тейн долго смотрел на нее, затем, к ее удивлению, улыбнулся и покачал головой:

— Ты выберешься отсюда довольно скоро, даже если не заговоришь. Если бы ты поделилась информацией, я уверен, что не было бы даже суда.

— О чем ты говоришь? — Ей предоставили защитника, и тот показал список обвинений, прокручивая его на экране. Тот изобиловал детальными описаниями ее действий в битвах при Хоте, Эндоре и Джакку. Сиена не могла отрицать, что в ответе за каждый пункт этого списка. — Мы оба знаем, что я виновата. Новая Республика захочет сделать из меня пример. Они должны доказать, что закон и порядок превыше всего, именно потому, что это новый закон и новый порядок. Линия была проведена, и я оказалась не на той стороне.

Наконец Сиена осмелилась озвучить свои худшие опасения:

— Я могу пробыть в этой тюремной камере до конца жизни.

— Знаешь ли, этот аргумент у нас уже звучал. — Он наклонился ближе к барьеру. — Моя идеалистическая фаза закончилась. Я вспомнил, как в действительности устроен мир. И дело в том, Сиена, что все разваливается. Слишком многим людям пришлось работать на Империю, чтобы можно было пересажать их по тюрьмам. Это сотни миллиардов людей, не считая армад, которые исчезли с осколками Имперского Звездного Флота. Думаешь, Новая Республика может наказать всех до единого?

— Они помилуют клерков и уборщиков. Не капитана звездного разрушителя.

Но Тейна это не убедило.

— У тебя есть полезные таланты. И Новая Республика собирается использовать их, скорее раньше, чем позже. К тому же у тебя есть друзья в верхних эшелонах власти, — во всяком случае, у меня они есть. И я намерен устроить долгий разговор с каждым, кто сможет тебе помочь.

— Я не хочу, чтобы ты просил о специальном обращении со мной, — возразила девушка.

— Очень жаль, Сиена, — сказал он. — Потому что жизнь быстро меняется. Все, что мы можем сделать, — это повернуть перемены в нашу пользу.

Девушка вспомнила первый раз, когда им пришлось это сделать. Они сидели в кантине в Валентин, судьба разделила их, как никогда прежде. Они спорили и умоляли друг друга, пока наконец не сломались и не занялись любовью. Казалось, это было в другой жизни. Сиена лежала рядом с ним, прижимала его к себе… И одновременно это было словно вчера. Она никогда не могла забыть, что чувствовала в тот день. И никогда не хотела забывать.

— И вот мы снова, — сказала она с печальной улыбкой, — обсуждаем борьбу порядка с хаосом.

— Может быть, судьба окончательно решит для нас этот вопрос. Если ты права, то да, у нас будет несколько трудных лет впереди. Но если прав я и Новая Республика выберет свободу вместо мести — ты выйдешь отсюда в ближайшее время. — Даже через серебряное мерцание барьера девушка видела нежность в его глазах. — В любом случае ты ведь знаешь, что я буду ждать тебя, правда?

Сиена отдала бы все, чтобы удержать его, но сказала иное:

— Ты не должен.

— Ты бы ждала, если бы я сидел в этой камере.

— …Да. Я бы ждала.

Она медленно подняла руку, прижимая ладонь к энергетическому полю. Тейн сделал то же самое. Они отражали друг друга, почти касаясь, но так и не соединяясь.

— В течение месяца после битвы при Джакку Империя не предприняла никаких крупномасштабных наступлений. Источники сообщают, что все имперские суда в Центре и на Внешнем Кольце остаются в границах, определенных договором. — Ведущая голоновостей улыбнулась, продолжив: — Несколько видных членов Временного Сената полагают, что война Новой Республики с остатками Империи наконец подходит к концу и окончательная победа неизбежна. Однако сегодня канцлер предупредила, что все планеты должны оставаться в состоянии повышенной готовности и Звездный Флот Новой Республики должен сохранять военное положение в обозримом будущем. Обсуждать обе стороны этого вопроса будут…

Нэш вырубил повстанческую пропаганду из системы Хосниан. Он уже узнал все, что хотел: так называемая Новая Республика считает, что Империя побеждена. Глупцы.

«Пусть станут толстыми и ленивыми, — подумал он. — Пусть поздравляют друг друга. Пусть станут слабыми».

Коммандер Нэш Виндрайдер покинул личный кабинет и вышел в главный ангар своего нового корабля, ударного крейсера «Гаррота». Каждый подчиненный выпрямился при звуке его шагов по металлическому полу, но ни один не оставил работы, чтобы взглянуть. Хорошо. Он сумел восстановить должную дисциплину.

Для тех, кто провел годы на звездном разрушителе, ударный крейсер, возможно, был сдачей позиций, но у Империи осталось так мало звездных разрушителей. Нэш стал летным коммандером стратегически важного судна, что было шагом к обретению наконец собственной команды. Нэш гордился подготовкой «Гарроты» к следующей стадии войны, следующему нападению. Которое повстанцы не предвидят.

Он шагал между длинными рядами СИД-истребителей. Все как один были оборудованы более мощными орудиями нового образца. Они будут иметь возможность пробивать энергетические щиты и корпусы истребителей с одного выстрела, и единственное преимущество звездных истребителей перед ИСИД, заключавшееся в защите, исчезало. Подобные изменения помогут выиграть войну.

Довольно противно было думать, что именно Вед Фосло изобрел это оружие. Нэш всегда считал повышение Веда исключительно результатом вмешательства отца, пока не выяснилось, что у бывшего соседа по комнате все же имелись определенные способности. Но юношеское высокомерие стало совершенно невыносимым в зрелом возрасте.

Нэш вздохнул, напомнив себе, что из двух его соседей по комнате в Академии Вед Фосло оказался все же наименее оскорбительным.

Его мутило при мысли, что Тейн Кайрелл мог пережить войну, мог сейчас самодовольно праздновать временное преимущество Восстания. Почему Сиена погибла, а Тейн выжил?

Но не стоило ждать от судьбы справедливости. Нужно было брать возмездие в свои руки. Империя научила его этому.

— Сэр? Коммандер Виндрайдер, сэр? — Помощник Нэша следовал за ним по пятам, как обычно. — Разрешите спросить?

— Разрешаю, лейтенант Кайрелл.

Перед ним, заметно нервничая, стоял Дальвен Кайрелл с планшетом в руках. Он не имел ни малейшего представления о роли брата в Восстании; Нэш решил скрывать эту истину и обращался с этим Кайреллом как с отдельной личностью. Это казалось ему справедливым. Тем не менее, если рассматривать личные достоинства Дальвена, он оказался слабым и подобострастным, способным лишь на выполнение выданных ему поручений, и не более того. К счастью, долг не требовал большего от помощника летного коммандера.

— Я хотел спросить о списке сотрудников, которых вы представили к высшим наградам.

Неужели Дальвен собирается спросить, почему сам не попал в этот перечень? Если так, то Нэш знал, что ему ответить.

— Так спрашивайте.

— Вы выдвинули капитана Сиену Ри на награждение особой медалью Имперского Почета. Я думал, вы имели в виду более общую медаль Почета…

— Мне хорошо известно, что я имел в виду, лейтенант Кайрелл. — Нэшу доставляло удовольствие произносить эту фамилию с легкой насмешкой. — Особая медаль Имперского Почета является высочайшей наградой, какую мы можем дать, и я не могу назвать ни одного кандидата достойнее. Оставшись на борту своего корабля, когда программа самоликвидации не сработала, она собственноручно обрушила его на поверхность планеты, чтобы судно не досталось врагу. Ценой собственной жизни капитан Сиена Ри заслужила, чтобы о ней помнили.