ночью он уже сполна получил от женщины всё что та ему подарила, теперь на него снова накатило, да как сильно! Чёрт знает что творится с его членом но тот опять стоит как кол! Желания бороться с собой у него не было, значит, надо отдаться искушению! Пусть весь мир подождёт!..
— Наташа, забери посуду, пожалуйста! Я поел! — громко сказал он, позвав молодую вдову. Та вышла из-за занавески возле печи и направилась к столу, который был напротив окна, тоже занавешенного кружевной тканью. Сквозь неё была как раз видна калитка и того кто в неё войдёт. А вот гость, напротив, вряд ли бы разглядел что в окне. Прямо идеально для того что Саша собирался сделать…
Подошедшая к столу Наталья протянула руку чтобы взять его пустую тарелку но испуганно ахнула когда Александр, схватив её за талию, буквально усадил к себе на колени!
— Ай, Серёжка! Прекрати! Что ты делаешь, сумасшедший? — отбивалась молодая женщина, безуспешно пытаясь встать. — Сейчас свёкор придёт, нас увидит! Отпусти!
— У нас есть ещё минут пятнадцать минимум… — твердил Саша, одновременно задирая Наталье платье и засовывая руку ей между ног. — К тому же отсюда видна калитка, если придёт то сразу его заметим! Я не могу уйти пока снова не услышу как ты сладко стонешь от удовольствия! Не сопротивляйся, моя горячая девочка, я знаю какая ты на самом деле! Иди ко мне… ммм… ты просто чудо…
— Всё равно слишком опасно! — громко шептала та, пытаясь вытащить его руку из-под своего платья, то и дело поглядывая в окно. — Да что ж такое? В своём доме, средь бела дня… Ой! Осторожнее! Убери руку, охальник! Ах!.. — вскрикнула она, ощутив как Саша одной рукой начал ласкать её быстро набухающий клитор а другой пробрался в вырез платья на груди, завладев одной из мягких женских округлостей. Язык тоже не остался без дела, облизывая мочку ушка вдовы.
Через минуту такой тройной атаки сопротивление женщины настолько ослабло что она уже больше не пыталась помешать его наглым рукам, хозяйничающим на её теле. Натальи хватало лишь на то чтобы слабо возмущаться его напором и иногда поглядывать на улицу полуприкрытыми от возбуждения глазами. Ноги её непроизвольно раздвигались чтобы ему было удобнее а юркая ручка шарила по его штанам, поглаживая бугор, выпирающий из них.
— Неужели все… городские… такие… нахальные? — еле слышно прошептала она, бросив последние попытки остановить его. Обнажённая грудь часто вздымалась, показывая Саше твёрдые соски женщины. Внизу у неё всё больше влажнело…
— Да! — подтвердил он, вставая и наклоняя Наталью грудью на стол. — Но я самый нахальный из них!
— Я больше не могу, Серёженька… — прошептала дрожащая вдова, сама поднимая подол платья. — Делай со мной что хочешь, только… только быстрее!
— Обязательно! — согласился Александр и, не теряя времени, ворвался внутрь пышущего знакомым жаром влагалища. Времени было мало, удовольствие должны получить оба, поэтому пришлось применить форсированный метод. Мощно врываясь внутрь покорной Натальи он одной рукой стал быстро ласкать её клитор, от чего женщина начала стонать уже совсем скоро. Она приподнялась на руках и стала насаживаться сама, отталкиваясь от стола и запрокинув голову в экстазе. Опасность быть застигнутыми, видимо, усилила возбуждение обоих, потому что Саша почувствовал что готов кончить уже через несколько минут. То же самое, скорее всего, ощущала и женщина потому что зажала себе рот рукой и утробно мычала, ещё быстрее насаживаясь на его член.
— Скоро кончу… — прохрипел Александр, пытаясь сдержаться до того момента пока это не сделает Наталья.
— Ес-ли хо-чешь то в ме-ня… — с трудом проговорила женщина в такт его толчкам внутри своего тела.
От таких слов он едва не взорвался но сумел сдержаться в самый последний момент.
— А если… залетишь? — он сам не узнал свой голос, тот напоминал хрип умирающего.
— Я трав-ку зна-ю… Баб-ка Ка-те-ри-на даст… — услышал Саша и это послужило спусковым крючком для него. Уже не имея сил сдержаться он с размаху буквально воткнулся ей в матку и задрожал от неземного удовольствия, заливая женское влагалище своей спермой. О, Боже!!! Слово «кайф» очень слабо выражало то что Александр чувствовал в этот момент. Осталось лишь в который раз поблагодарить Бога за то что он дал людям познать такое блаженство, пусть даже оно и служило, главным образом, для воспроизводства человеческого рода.
В этот же момент, глухо застонав, задрожала и Наталья. Её пальцы судорожно смяли скатерть, кулачки побелели. Стоявшая на столе кружка воды опрокинулась но женщине сейчас было на это плевать. Она в этот момент находилась совсем в другом мире…
Малость придя в себя Саша рухнул на стул, переводя дыхание. Надо было вытереть член, но чем? К счастью, разлитой на столе воде нашлось применение и, худо-бедно, выполнивший свой долг член вернулся на своё законное место.
Застонав, кое-как выпрямилась Наталья, посмотрев на него мутным взглядом. Молча села к нему на колени даже не одёрнув платье, обняла за шею и начала часто целовать его в губы, нос, лоб, щёки… Наконец, взгляд её стал осмысленным и Александр увидел что в глазах женщины стоит… благодарность? Счастье?.. Что бы это ни было но Саша чувствовал что заслужил это.
Опухшие женские губы раздвинулись и он услышал:
— Вряд ли мы ещё встретимся, Серёженька, но я всю жизнь буду помнить тебя… Даже если у меня будет другой мужчина! Храни тебя Бог, милый мой! — и затихла на его груди.
…Аристарх Афанасьевич задержался и пришёл почти через час. За это время оба любовника сумели полностью убрать все следы своего любовного безумства и наспех подмыться в бане. Естественно, по очереди. Потом он просто отдыхал а сияющая Наталья ушла во двор, ухаживать за скотиной.
— Ну что, студент, готов? Двинулись, что ли? — спросил мужик, зайдя в избу. В этот же момент зашла и молодая женщина, с трудом пытаясь убрать улыбку.
— Да, я полностью готов! Огромное вам спасибо за гостеприимство, мне очень понравилось! — искренне ответил Саша.
— Так если снова окажешься в наших краях то заходи, не стесняйся! Мы всегда рады будем! Верно, Наташка? — весело хлопнул тот его по плечу.
Александр поневоле закашлялся чтобы скрыть свой смех а вдова густо покраснела и отвернулась, тихо ответив:
— Конечно, Сергей, Аристарх Афанасьевич прав… Мы с радостью дадим вам ночлег.
— А что
