она прильнула к нему. Крепче сжав талию девушки, Пайр прикусил ее нижнюю губу, а затем грубо завладел ртом.
Не теряя времени, он спустился к ее подбородку и заскользил губами вниз по шее. Она откинула голову назад и вздохнула, чувствуя, что находится там, где должна.
– Ты не торопилась, – выдохнул он, касаясь дыханием чувствительной кожи. Безумство его прикосновений превратилось в нечто благоговейное.
Она обхватила ладонями его лицо и нежно поцеловала в губы.
– Я должна была…
– Убедиться?
Едва заметный кивок вывел его из себя.
Он вскочил на ноги. Она вскрикнула от удивления, когда он быстро поднял ее на руки, словно невесту.
– Ты чего? – спросила она со смехом, одной рукой обнимая его за плечо, а другую положив ему на грудь.
– Если тебе потребовалось четыре мучительных месяца, чтобы убедиться в своих чувствах, то я больше не потрачу ни секунды без того, чтобы не заявить обо всем официально, любимая.
У нее пересохло во рту от того, как он промурлыкал это последнее слово.
Справившись с эйфорией… Официально?
– Подожди, ты говоришь о… о церемонии воссоединения?
Он ухмыльнулся и быстрым шагом направился к двери.
– Ты возражаешь? Я, черт возьми, надеюсь на отрицательный ответ после этой демонстрации с виски. Многие Оборотни сочли бы нас женатыми после такого.
– Ты хочешь жениться на мне?
– Я хочу быть привязанным к тебе всеми возможными способами. Скажи мне, чего ты хочешь. Я стану твоим преданным слугой. – Хитрая улыбка коснулась его губ. – Я буду рад стать твоим собственным рабом любви.
Девушка откинула голову назад и рассмеялась, чувствуя себя свободнее, чем когда-либо. Она наклонила голову и поцеловала его в щеку.
– Как насчет церемонии воссоединения сейчас и свадьбы позже?
– Да, на оба варианта. – Пайр рывком распахнул дверь и выругался, в спешке споткнувшись о ковер.
На неуверенных ногах он вышел в коридор и одарил ее глупой улыбкой.
– Ты делаешь меня неуклюжим.
– Ты делаешь меня счастливой, – сказала она, потираясь носом о нос Пайра.
– Готова? – спросил он.
– Я в жизни ни в чем не была так уверена.
И на этот раз Тэмпест не стала пересматривать свое решение.
Сердце Пайра принадлежало ей, а ее – ему.
Глава тридцать девятая
Торн
Торн прислонилась к стене захудалой таверны, низко надвинув капюшон на лицо. Путешествие в Бетраз стало правильным решением, но все равно вывело ее из равновесия. Многие солдаты просто напрашивались. Оборотни, возможно, и выиграли битву, посадив на трон нового правителя, но война далека от завершения. Лорды севера вынужденно присягнули королеве, но вовсе не стали от этого друзьями Короны. Политика Ансетт в отношении трудовых прав, свобод и регулировки Мимикии проходила не гладко. Если молодая королева не будет осторожна, разразится гражданская война.
Торн не удивится, если девчонку убьют в течение месяца. Не то чтобы она хотела, чтобы это случилось. Хеймсерии нужны изменения к лучшему. Оставалось надеяться, что на этот раз все получится. Но она не будет ждать чуда. Богатые и власть имущие редко делятся с остальными.
Внимание девушки переключилось на высокую фигуру, тенью скользнувшую по улице и свернувшую в ее сторону. Лицо скрывал капюшон. Она разглядела плащ, свисающий с широких плеч, и вытащила кинжал из ножен на поясе. Мера предосторожности. За свою жизнь Торн научилась никому не доверять. Особенно тем, кто обращался к ней за помощью. Работать охотником за сокровищами опасно.
Мужчина замедлил шаг, остановился и прислонился к каменной стене напротив.
– Добрый вечер.
Воспитанный. Несомненно, высокородный.
– Вы организовали эту встречу, – протянула она, заставив голос звучат ниже.
На работе она принимала самые разные обличья. Это защищало ее семью от недовольных клиентов.
– Ваша репутация бежит впереди вас. Должен признать, я впечатлен вашими навыками.
Итак, он решил пойти на лесть. Торн прищурилась. Она готова поспорить на свой лучший меч, что его задание будет выходить за рамки закона. Подлецы всегда старались ее умаслить.
– Задание, – ровным голосом ответила она.
Мужчина усмехнулся.
– Сразу к делу. Как необычно.
Надменность в его тоне заставила ее поежиться. Она оттолкнулась от стены.
Ей не нужны его деньги. Работа с такими людьми, как он, не стоила свеч.
– Стой, – сказал он, бросив к ее ногам мешочек с монетами. – Тут только первая половина. Ты получишь вторую, когда выполнишь задание.
Она не сдвинулась с места, не потянулась к мешочку, хотя руки так и чесались. То, что для него было каплей в море, ей бы хватило на покупку участка и дома для сестры и племянника. Торн склонила голову набок и облизнула губы. С ним придется быть осторожнее. Она чувствовала скрывающегося под плащом хищника. Если она проявит хотя бы малую долю интереса к его деньгам, он станет всевластен.
Торн подтолкнула мешочек носком правого ботинка.
– Меня нельзя подкупить.
– Я знаю. Поэтому и пришел к тебе. – Он протянул небольшой свиток, его руки затянуты в черные перчатки. – Здесь вся необходимая информация. Если решишься взять задание, мы назначим следующую встречу.
Она взяла бумагу, постаравшись не коснуться его пальцев.
– Я подумаю.
– Подумай. – Он кивнул в сторону мешочка, проходя мимо нее. – Получишь золото, когда возьмешься за работу.
Она буравила взглядом его спину.
– Ужасно самонадеянно, тебе не кажется? Я могу исчезнуть с твоими деньгами.
– Рискну. – Незнакомец повернул голову, и она мельком заметила ухмылку под его капюшоном. – Скоро увидимся.
Он исчез за углом, а она убрала свиток и подняла мешочек с монетами с земли. По позвоночнику пробежало беспокойство. Все оказалось серьезнее, чем она ожидала. Что за человек может вот так разбрасываться монетами? У нее возникло сильное желание оставить деньги на земле, но это было бы глупо.
Торн угрюмо вышла из переулка и двинулась через город, стараясь держаться подальше от распутных солдат. Нанятые Бетразом люди известны своей низостью. Лорд держал всех в железном кулаке, а его люди были еще кровожаднее.
Она несколько раз сворачивала, чтобы убедиться, что за ней никто не следит, и добралась наконец до таверны. Торн взобралась по стене и через окно скользнула в свою комнату. Осмотрев помещение, она заперла окно и задернула шторы, а затем вытащила маленький свиток из кармана и монеты из-под плаща.
Подозрения усилились, как только она развязала шнурок и провела пальцами по золотым монетам. Суммы хватило бы на десятилетнее жалованье. Какого черта ему от нее понадобилось? Найти блудного мужа или жену-распутницу? Вытащить наследника из наркопритона? Вернуть ценную безделушку?
Сломав печать, она развернула пергамент, сев
