– Его отец, наверное, пришел в ярость?
– Не сразу. Однако он очень разозлился, когда господин Йель не захотел перед ним извиниться. Похоже, его совсем не мучили угрызения совести. Парень в это время сидел за карточным столом с какими-то мошенниками, и по всему было видно, что его бессовестно надувают. Я думаю, что господину Йелю было очень стыдно, хотя держался он довольно уверенно. Это была всего лишь напускная храбрость. Он надеялся (вам известно, что молодые люди часто переоценивают собственные силы), что он сам сможет расплатиться с долгами.
– Значит, они поругались.
– И очень сильно поругались. Сын не хотел признавать свои ошибки, а отец злился на сына из-за того, что тот отказывается подчиняться его воле. И герцог решил преподать господину Йелю урок.
– Однако этот урок имел совершенно непредсказуемые последствия.
Фенли пожал плечами.
– Я предупреждал герцога о том, что все это может плохо закончиться. Парень был таким же самолюбивым и гордым, как и его отец. Он ни за что не пришел бы к отцу с повинной головой и не стал бы умолять его о прощении.
Саманта задумалась над тем, что сказал старый слуга.
– Йель не хочет оставаться в Англии, – сказала она, скрестив руки на груди. – Он собирается уехать.
– По-другому и быть не может, – ответил Фенли. – Его брат не понимал одного: ему было легко выполнять приказы отца лишь потому, что он знал: в один прекрасный день он сам станет герцогом. Однако у господина Йеля такой возможности не будет никогда, а он человек с амбициями и не любит подчиняться чьим-либо приказам. Если он останется здесь, то не будет счастлив. Ему придется все время быть у брата на побегушках.
– Вы говорили об этом его светлости?
– Он не спрашивал моего мнения.
Саманта внимательно посмотрела на старого слугу. Он нравился ей. Она доверяла ему. Сейчас Саманте нужен был именно такой человек, которому молено довериться.
– Он хочет бросить меня, – прошептала Саманта. Подумав немного, Фенли с грустью сказал:
– Очень жаль.
– Я люблю его, – призналась она и, подняв глаза, посмотрела на старого слугу.
Фенли по-отечески потрепал ее по плечу.
– Вы когда-нибудь любили? – спросила она.
– Я прожил тридцать два года со своей покойной супругой. Она для меня была словно свет в окошке. Моя жена умерла пять лет тому назад, однако не проходит и дня, чтобы я не думал о ней.
– Боюсь, что это и меня ожидает. У Йеля просто невыносимый характер, он упрямый и своевольный, но мне кажется, что я уже никогда не смогу полюбить другого мужчину так сильно, как я люблю его. О Фенли, что же мне делать?
– Любовь, миледи, не птица. Ее невозможно посадить в клетку и удерживать постоянно возле себя. Один человек просто отдает свою любовь другому. И если он не хочет быть с вами, то вы не сможете силой удержать его.
Тяжело вздохнув, Саманта сказала:
– Может быть, другая женщина, гораздо красивее и умнее меня, смогла бы удержать его.
Фенли засмеялся.
– Господин Йель не обращает внимания на такие мелочи. Вы сможете удержать его возле себя, только если он сам захочет остаться с вами.
– А что, если он не захочет?
Фенли печально посмотрел на нее.
– Тогда вам придет строить свою жизнь без него. Ваше сердце будет разрываться от боли, однако со временем эта боль утихнет. Вы сильная женщина, миледи. Вы все выдержите.
В ответ Саманта покачала головой. Нет, она не сильная.
– Лучше бы я вообще никогда не влюблялась. Я бы скорее предпочла умереть, чем терпеть эту боль.
– Нет! – возмутился Фенли, крепко сжав ее руки в своих руках. – Любовь обогащает душу. Она наполняет смыслом нашу жизнь. Когда умерла моя жена, то я молился о том, чтобы Господь и меня призвал к себе. Я хотел лечь в могилу рядом с ней. Однако сейчас, когда я вспоминаю годы, которые мы прожили вместе, боль утихает и моя душа наполняется необыкновенной радостью и счастьем.
– Однако ваша любовь не была безответной, – печально заметила Саманта. – Буду ли я ощущать такую же радость, если моя любовь так и останется неразделенной?
Фенли улыбнулся ей. Сейчас он был похож на доброго и мудрого дедушку.
– Неужели вы думаете, что можно стать счастливой, не познав любви?
Его вопрос заставил Саманту задуматься. Отбросив все свои сомнения и тревоги, она размышляла о своей любви к Йелю и о том, что на самом деле означают эти слова.
Она любит Йеля Кардерока таким, какой он есть. Она знает обо всех его недостатках, о том, что у них совершенно разные характеры… Однако для нее это не имеет никакого значения. Самое главное, он смог изменить ее, и заметила она эту перемену только сейчас. До встречи с ним она не жила, а словно плыла по течению, не женщина, а тень какая-то.
Сейчас, даже несмотря на то, что он не любит ее, она чувствует себя сильной и уверенной. Да, так оно и есть. И, поняв это, она почувствовала, что для нее нет ничего невозможного. Йель не только забрал ее из Спраула, он еще и вытащил ее из старой оболочки. Она словно родилась заново.
То, что он появился в ее жизни, – это просто дар Божий.
И она никогда не пожалеет о том, что полюбила его.
– Я люблю его, – сказала она, а потом еще раз, более уверенно, повторила свои слова: – Я всегда буду любить его. Но вы правы. Любовь – это не повод для грусти, а скорее повод для того, чтобы устроить праздник.
– Я надеюсь, что он все-таки полюбит вас.
Саманта поцеловала Фенли в морщинистую щеку.
– Я тоже на это надеюсь. Но даже если этого не случится, я не расстроюсь. Вы помогли мне понять нечто очень важное. Я благодарю вас за это.
На этом она рассталась с Фенли и отправилась искать герцогиню. На душе у нее было необычайно легко.
ГЛАВА 15
У дворецкого от удивления округлились глаза, когда он увидел, как через парадные двери Пенхерста гордо прошествовал Йель в своем новом костюме. Это было именно то, чего добивался Йель. Ему хотелось, чтобы на его появление все реагировали так же, как этот слуга.
Портной, которому Йель нанес визит перед тем, как отправиться в Нортумберленд (именно от него Йель узнал о смерти отца), закончил его новый гардероб и доставил все вещи на корабль Йеля.
Йель снял пальто, и все увидели его пиджак цвета морской волны, сшитый по последней моде. Он знал, что выглядит сейчас так, как подобает выглядеть состоятельному мужчине. Его темно-желтые бриджи плотно облегали ноги, а начищенные до блеска черные кожаные сапоги отражали свет горевших в комнате свечей. Он даже приобрел себе новую шляпу.
Его новый наряд поразил старого Фенли еще сильнее, чем дворецкого. Увидев Йеля, он оступился и едва не наткнулся на мраморную колонну. Однако от потрясения он оправился быстрее, чем дворецкий.
