– А тебе, Лисса? – спросила Алекса девушку, которая также присоединилась к ним.
Лисса улыбнулась, поводя бедрами в такт музыке.
– Почему нет? Мне не помешает встряхнуться.
Лиричная музыка Кэти Перри задавала характер, и Кара почувствовала такую свободу, какой слишком давно не ощущала. Толпа, казалось, становилась все больше, гул и шум усиливались, и вскоре весь танцпол был заполнен.
Успокаивающий ритм проникал в кровь, Кара закрыла глаза и наслаждалась потоками музыки и компанией хороших друзей.
Когда она снова открыла глаза и осмотрела зал, то увидела, что их компания увеличилась. Лисса танцевала в паре со своим мужем Дэром, и, к удивлению Кары, Эрин и Алекса весьма откровенно флиртовали в танце с двумя симпатичными парнями, которых Кара раньше никогда не видела.
Для Алексы, девушки, которая предпочитала работу даже компании хороших друзей, это было крайне необычно. В Каре проснулось любопытство, и она уже предвкушала допрос, который учинит своей подруге. Что касается Эрин, то Сэм с мрачным видом пристально следил за своей сестрой.
Когда сильные руки скользнули вокруг талии, Кара вздрогнула от неожиданности, предполагая, что это один из ее коллег присоединился к ней в танце. Готовая танцевать в паре, она подалась назад, позволяя ему вести себя.
Положив руки ей на бедра, он крепко прижимал ее к себе, пока она не почувствовала его эрекцию через одежду.
Это было уж слишком, и Кара решительно высвободилась из его объятий.
– Что ты делаешь? – возмутилась она, поворачиваясь, и тут же встретилась взглядом со знакомыми карими глазами. – Майк?! – У Кары подогнулись колени и перехватило дыхание.
– Да, детка.
Внутри все потеплело от нежности, и это было для нее огромным ударом по самолюбию, учитывая, как отчаянно она боролась против этого.
Она скрестила руки на груди, словно стараясь защититься этим жестом. Все, что угодно, лишь бы суметь сохранить дистанцию.
– Что ты здесь делаешь?
После ужасно длинной, самой тяжелой недели в ее жизни его неожиданное появление было, мягко сказать, шоком. Сердце бешено колотилось в груди, чувство страха и паники овладело ею, когда она увидела его снова.
– Я вернулся.
Его горячий взгляд не отпускал ее ни на секунду.
Она не знала, имел ли он в виду, что приехал ненадолго или что-то другое, но старалась запретить себе даже думать об этом.
– Прекрасно, и что? Ты думал, что можешь просто снова обнять меня и продолжить с того места, где мы закончили? – спросила она, повысив голос.
Алекса коснулась ее плеча.
– Ты в порядке? – спросила она.
– Да.
Лицо Кары приняло выражение жесткой решимости. Что ж, это было то, что нужно, если она хочет убраться от него подальше.
– Мы можем где-нибудь поговорить? – спросил Майк.
Она удивленно посмотрела на него:
– Ты серьезно?
После того как он подкрался к ней на танцполе, она сомневалась в том, что у него на уме были разговоры.
– Давай кое-что проясним сразу. Я не знаю, почему ты здесь и надолго ли, и мне это совсем не важно. Но я не собираюсь быть твоей девочкой по вызову каждый раз, когда ты возвращаешься в город.
– Это не то, что я имел в виду. Просто дай мне шанс все объяснить! – сказал он, протягивая к ней руку.
– Нет.
Она толкнула его в плечо и отодвинулась, чтобы он не мог коснуться ее.
Боль в его глазах пронзила ей сердце, и она еле сдержалась, чтобы не позволить ему вернуться.
Алекса подвинулась ближе к Каре.
– Пойдем, – шепнула она ей на ухо. – Я иду в дамскую комнату, – сказала она достаточно громко, чтобы Майк это услышал, и отправилась к дальней части бара.
– Останься, – громом раздался его голос у нее в ушах.
Кара покачала головой и, прежде чем он успел сказать что-то еще, повернулась и направилась за Алексой, чувствуя обжигающий взгляд Майка на своей спине.
– Боже мой. – Кара почувствовала, что вся дрожит, и обхватила себя руками в ожидании, пока освободится маленькая комнатка перед туалетом.
Когда все вышли, Алекса тронула Кару за плечо и спросила:
– Ты в порядке?
Кара тяжело вздохнула, покачивая головой. Она не была в порядке, совсем не была.
– Я не могу об этом говорить, меня всю трясет. Поэтому давай лучше о тебе. Что это были за танцы сегодня?
У Алексы покраснели щеки, она вздрогнула и отвела взгляд.
– Я не знаю.
– Ты не знаешь? – спросила Кара с недоверием. – Это же ты! И какой-то незнакомец. Ваши тела были очень близко друг к другу, понимаешь?
Алекса взглянула в зеркало и вытерла пятнышко подводки, оказавшееся у нее под глазом.
– Это всего лишь флирт.
Она прикусила нижнюю губу, стараясь не смотреть Каре в глаза, потому что обе знали: это выглядело чем-то большим.
– Тебе нравится этот парень? Я имею в виду, по-настоящему нравится?
Алекса покачала головой:
– Я его не знаю. Но он очень сексуальный. – Она снова пожала плечами.
– Я это понимаю, но зачем ты вводишь его в заблуждение? Многие парни этого не любят, – многозначительно сказала Кара.
– Я одинока, понимаешь? – Алекса схватилась за барную стойку рукой, костяшки ее пальцев побелели. – Он милый. Заботливый. Когда в последний раз я делала что-то исключительно для себя?
Кара положила руку на руку своей подруги. Она не могла вспомнить, когда видела доктора Алексу Коллинз такой трогательной и уязвимой, и Каре было больно за нее.
– Я тебя понимаю. Но он чужак здесь, и я не могу перестать волноваться.
Обычно сияющие глаза Алексы потухли.
– Я знаю, но у меня никогда нет времени на отношения. Вся моя жизнь – это работа и возвращение домой в пустую постель. Я не могу больше продолжать жить так. Я не знаю, нужна ли мне помощь, или я просто очень измучена, или все вместе.
Кара вздохнула, чувствуя боль своей подруги. Она твердо взглянула на нее и сказала:
– Сейчас самое время что-то менять в твоей жизни.
Плечи Алексы поникли.
– Ты права. Нужно что-то делать. – Она хлюпнула носом и потянулась за бумажным платком, чтобы вытереть свои запачканные тушью глаза. – Мне просто нужно время подумать.
Кара кивнула.
– Весьма разумно. – Она поцеловала подругу в щеку. – Ты в порядке?
– Да. Правда, чувствую себя жалкой.
– С тобой все нормально. Если кто тут и жалкий, то это я.
Кара посмотрела в зеркало и состроила гримасу.
Алекса погладила ее по голове.
– Ты поступила правильно. Ты постояла за себя, и я горжусь тобой.
– Спасибо.
Кара не могла испытывать гордость. Несмотря на то что она отвергла Майка, ее все еще ужасно тянуло к нему. Не то чтобы она собиралась сейчас ему сдаваться, но ненавидела ту слабость, которую эти чувства в ней пробуждали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
