прилипла к тому мужчине, — указала та на другую женщину. — По сравнению с ней они само олицетворение приличия. Кстати, а кто это?
— Кто? Девушка… я даже не знаю…
— Я знаю её, кажется. Это Голд. И вроде старшая, если не ошибаюсь.
— Точно-точно, — оживилась одна из них настолько радостно, что глаза заблестели. — Старшая Голд. Мне одна знакомая рассказала, что недавно скандал был у них. Девчонка та залетела.
— Да ладно!
— Быть не может!
— Серьёзно⁈
— А от кого, известно?
Все сразу подались вперёд, стараясь не упустить ни единого слуха от своей подруги.
— Так в том-то и сыр-бор, что неизвестно, — улыбнулась та. — У неё свадьба была на носу с каким-то местечковым домом в их городе, а она забеременела от не пойми кого. И ходят слухи, что это был какой-то простолюдин.
— Позорище… — фыркнул кто-то.
— И что с ней?
— Да выгнали из дома, но пока точно не известно, вычеркнули её из семьи или нет.
— Ужас… и пригласить такую сюда? — возмутился кто-то. — О чём они думали?
— Да может её никто и не приглашал, — возразила другая. — Она пришла с той Барбинери и каким-то юношей. Кстати, а кто он?
— Ему хотя бы есть восемнадцать?
— Ну раз он пришёл с Барбинери, то точно человек дома. Насколько я знаю, сыновей у неё не осталось.
— А может…
Девушки переглянулись и захихикали.
— Да нет, точно не любовник, — отмахнулась одна. — Никто бы в здравом уме не привёл его на государственный бал. Скорее, всё же человек семьи.
— И всё же что он делает здесь?
— Возможно, мы сами это узнаем в скором времени. А можно выяснить самим, — хитро улыбнулась одна из женщин. — Главное, поймать момент…
* * *
— За нами наблюдают. Женщины, на сорок пять от меня у стены на диване, — я скользнул по ним глазами, стараясь не показывать, что заметил их взгляды в то время, как те даже не пытались скрывать, что пялятся на нас.
— Ты всегда так описываешь? — поинтересовалась Катэрия.
— Что именно?
— Не имеет значения, — тряхнула она головой. — Да, они смотрят на нас. Ведь мы друг друга кормим с рук, что выглядит несколько вызывающе. Можем перестать, если тебя смущает.
— Скорее, меня заставляет чувствовать себя напряжённым их пристальное внимание.
— Просто не обращай внимания. На балах всегда так сплетничают, что мужчины, что женщины. Сбиваются вместе и начинают прочищать кости каждому, кого заметили.
— Мужчины не сплетничают, мужчины делятся информацией.
— Пф-ф-ф… — Катэрия едва надула щёки, сдерживая улыбку. — Как скажешь, Грант. Могу поспорить, они гадают, кто ты и почему находишься на этом празднике. А если они узнали меня, то обсуждают, какая же я распутная девка.
— Откуда знаешь?
Она красноречиво посмотрела на меня.
— Я тоже девушка, Грант. Думаешь, я не сплетничаю? Мы можем пойти и немного потанцевать, если хочешь.
— Я не умею.
— Не умеешь? А как же выпускной, где все танцуют?
— Заучил движения, не более, — ответил я. — Но под такую музыку я вряд ли смогу станцевать. И да, я хотел спросить: если мы находимся во дворце правителя государства, это не значит, что и он должен здесь присутствовать?
— Может будет, а может и нет, — огляделась Катэрия. — Наш государь занятой человек, так что не всегда может присутствовать на подобных мероприятиях. Однако его дети вполне могут быть где-то поблизости.
Дети — это старшая дочь, средний сын и младшая дочь. Старшей было тридцать. Зовут Дальсилия и, как мне известно, она уже вышла замуж и имела одного ребёнка. Среднему двадцать один, имя Вальцелав, он холост и учится в университете. Младшей семнадцать, звать Мисси, и она ещё в школе.
Их отцу, государю государства Тринианского был уже шестьдесят один в то время, как государыне было пятьдесят семь. Сейчас он был правителем, однако здесь, как я понял, не было принято сидеть до самой смерти на троне. Обычно, когда наследник был готов, государь уступал ему место и был своего рода наставником, который помогал своему сыну управлять страной. Интересный способ, грубо говоря, позволяющий сыну втянуться, прежде чем всё ляжет на его плечи.
Причём здесь, в этой стране право правления передавалось по наследству. И наследовалось оно не по возрасту, а по полу, поэтому на трон следующим взойдёт не старшая дочь, которая уже имеет свою семью, а средний сын.
Предположу, исходя из банальной логики, что присутствовать будет как минимум, сам сын государя, Вальцелав Максидос, так как он следующий наследник, ему надо показывать себя перед своими будущими подданными. Что касается остальных, то, возможно, их и не будет. Одна уже замужем, другая слишком молода для бала.
— Хочешь увидеть будущего государя? — спросил я.
— Я уже видела его. Один раз. Я приехала в столицу на охоту, так как здесь был сильный прорыв, и работала с Вульфенбергами. И мне удалось издали увидеть его.
— Никогда не думала попытать счастья?
— Выскочить замуж за государя? — она красноречиво посмотрела на меня усмехнувшись. — Не беря мой возраст, я уже как бы… наскакала себе замуж. Возможно, Али бы подошла, но поверь мне, Грант, претенденток, что хотят отдать свою руку ему, их… сотни, если не тысячи. И при всех преимуществах Али, коих много, они будут выигрывать просто из-за своего более высокого уровня.
Если аристократы равны между собой, то это не значит, что они равны во всём. Кто-то будет более влиятельным, кто-то менее, и сразу понятно, на ком будет выгоднее жениться. Даже пример с оружием, где одним можно больше других, говорит о тех невидимых границах, что разделяют аристократов.
Музыка сменилась, настала небольшая пауза между танцами, позволяющая перевести дух, и подготовиться к новому раунду плясок. Я ждал, когда Барбинери или меня попросят подойти, чтобы наградить за спасение охотников. После этого, возможно, будет возможность невзначай поговорить с собравшимися здесь, найти знакомства…
— Ой-ой-ой, кто это тут у нас спрятался у стола?
…за исключением тех, что мне хотелось избежать, что теперь навряд ли.
Какие люди…
Ты её заметил и не предупредил?
А была бы какая-либо разница, предупреди я? Что, бросился бы бежать от неё?
Тоже верно. Потому что я сразу узнал голос и, оборачиваясь, поздоровался:
