с тобой вместе, а бизнес отдадим Федору Матвеевичу. Перед отлетом Катя долго разговаривала с сиделкой насчет свекра, та ее успокаивала: не волнуйтесь за нас, мы с генералом привыкли, Гектор Игоревич и прежде оставлял нас надолго.
В аэропорт на следующее утро полковник Гущин, извещенный ими о времени отлета, не опоздал, явился со своим багажом.
– Командировку быстро оформили, – похвалила его Катя, они все уже стояли в очереди на регистрацию на рейс.
– Не стал связываться. Взял десять дней в счет отпуска, – ответил полковник Гущин. – Итак, к делу, я вношу свою лепту в общий котел. Сколько? Расходы немаленькие, хотя у киргизов вроде все и дешево, говорят, однако… Гектор Игоревич, уладим сразу. Не привык ходить в должниках. Ни у кого.
Гектор продиктовал ему номер карты и сумму взноса в общий котел. А Катя смотрела на Гущина и вновь поражалась произошедшей в нем кардинальной перемене: не оформил командировку, не пожелал привлекать внимание начальства к цели поездки в Киргизию.
Весь полет она сладко проспала на плече у мужа. Гектор оберегал ее сон и тихонько отсылал мейлы – в туристическую фирму и в другие места, готовя Кате сюрпризы. Затем он углубился в изучение карт местности в мобильном, листал файлы. Полковник Гущин благоденствовал в бизнесс-классе – он никогда не летал в нем за всю свою жизнь.
В маленьком и несуетном аэропорту Каракола их ждал трансфер. Они загрузили в минивэн багаж и добрались до гостевого дома. Их встретили хозяева – старик лет девяноста, его пожилая дочь и два взрослых внука. Их добротные жилища за глухими заборами занимали всю тихую улицу у самого озера, а один дом они сдавали приезжим на Иссык-Куль. Хозяева сразу угостили их пловом – он томился на улице в большом казане, распространяя аромат специй.
– Ассаламу алейкум, бай-аке! Саламатчылык![24] – приветствовал Гектор старика-аксакала и его семью.
Хозяева отвечали на русском. Катя, поздоровавшись, оглядела дом, тот утопал в зелени фруктового сада – грушевые деревья, алыча, яблони, инжир. Виноградная лоза обвивала беседку и флигель. По дорожке мимо кустов роз гордо вышагивал павлин. Полковник Гущин завороженно им любовался. Павлин изогнулся и распустил свой хвост. Из окна спальни с большой кроватью на втором этаже Катя увидела Иссык-Куль. Синева воды… Бескрайняя лазурь… Гектор подошел к ней сзади, обнял, и они вместе долго смотрели на озеро.
– У Велиантова и его друзей все начиналось здесь, – произнес он тихо. – Расставшись с экспедицией альпиниста Погребецкого и с охраной, они отправились в собственное путешествие. Куда? У меня есть несколько идей насчет их возможного маршрута.
– Ты обещал рассказать про важный фактор нам в помощь, – напомнила Катя.
– Время пришло – скажу. Мы на озере. Ты отдохни немного. Я созвонюсь с менеджером фирмы насчет завтрашнего дня. Отведаем плова и засядем за бумаги экспедиции с привязкой к нашим дальнейшим поездкам.
Катя приняла душ в ванной, переоделась и прилегла. Шум в ушах… Гек еще в самолете ее предупреждал: нужна короткая акклиматизация – от перепада высоты, Иссык-Куль ведь горное озеро. За одним окном – вода, в других – алыча на ветках. Полковник Гущин в компании павлина и пожилой хозяйки, не умолкающей ни на минуту, шествует к флигелю – он обосновался в нем, не желая мешать молодоженам в доме…
Их свадебное путешествие в поисках тайны…
Грот…
Небесная гора…
Гектор… любимый…
Немного поспав, Катя почувствовала себя лучше, акклиматизация шла своим чередом. Плов с барбарисом оказался наивкуснейшим, хотя и очень жирным. После обеда они втроем устроились в беседке, увитой виноградом. Хозяева ушли, предоставив гостей самим себе. Гектор на столе беседки разложил фотографии, словно пасьянс, открыл в мобильном файлы с записками.
– Горы не меняются с течением времени, в отличие от остального рельефа, – сказал он. – Велиантов поступал мудро, заставляя фотографа Юсуфа снимать в качестве главных ориентиров именно Хан-Тенгри с определенного места. Однако сравнить существующий рельеф с запечатленным на фото можно лишь оказавшись именно в точке или в нескольких точках, откуда и производилась съемка.
– Азбука, Гектор Игоревич, – вздохнул сытый полковник Гущин, объевшийся плова и баранины. – Вы упоминали важный фактор, чтобы можно было установить местонахождение грота. Слушаем вас с Катей внимательно.
– Фишка важная: Хан-Тенгри, пик-семитысячник, виден в основном лишь со стороны Китая из Синьцзяна, – ответил Гектор.
Катя замерла, подалась вперед, вперяясь в фотографии.
– Но как же… Гек! Они же не ходили в Китай! – воскликнула она. – Велиантов нигде не писал, что они в Синьцзяне! И Дэв-хан гнал свой караван оттуда!
– Да, границу их экспедиция не переходила. Альпинисты Погребецкого тоже – они просто покорили Хан-Тенгри. В Киргизии имеется лишь одно место, откуда виден пик непосредственно в горах, во всех других локациях его всегда заслоняют более низкие вершины, – объявил Гектор. – Место – долина Иныльчек. Экспедиция Погребецкого ее посещала – их маршрут хорошо известен. Вопрос: были ли с ними в тот момент орнитологи? В записках из архива музея Велиантов упоминал: фотограф и Ланге ходили с альпинистами в короткую разведку, искали пути к Хан-Тенгри. Продвигаться напрямую к пику в Киргизии можно со стороны именно Иныльчек или озера Мерцбахер, экспедиция альпинистов пробовала оба варианта. Но мы не знаем, до какой точки добрались с ними наши орнитологи. Есть крупные неувязки.
– Какие? – спросила Катя.
– Трекинг весьма суровый, он для альпинистов, не для дилетантов, хотя у Велиантова имелся проводник – тот обезглавленный китаец… И еще долина Иныльчек – в общем-то ледник. – Гектор помолчал. – Залетала их Синяя птица столь высоко? Не уверен. С другой стороны, кумай, добытый ими, водится в основном высоко в горах. В любом случае маршрут на Иныльчек нам стоит отработать. Без него мы не двинемся дальше. Его надо изучить, сравнить с фотографиями экспедиции и… либо взять за основу, либо исключить.
– А есть другие места, откуда виден Хан-Тенгри? – озадаченно спросил полковник Гущин.
– В Киргизии нет. Только в Китае, в Синьцзяне. – Гектор глядел на разложенные снимки.
– И мы летели в этакую даль?! Узнать от вас здесь – мол, надо-то нам в Китай, ждите визу туда полгода?! – Гущин всплеснул руками.
– Виза не поможет. В Синьцзян китайцы практически не допускают иностранцев, – нейтральным тоном ответил Гектор.
– Вы на нелегальный переход границы намекаете?! – взорвался Гущин. – Катя… я тебя предупреждал! Черт! Связались с авантюристом! Вам, Гектор, может, и не привыкать к подобному, но я… мы… Катя! Почему ты молчишь? Он твой муж! На какие вещи он, безумец, нас толкает?!
– Федор Матвеевич, не кричите, – спокойно осадила Гущина Катя. – Мой муж все объяснит сейчас нам.
– Хан-Тенгри – Властелин Неба – отлично виден еще из одного места в радиусе примерно ста шестидесяти километров от Иссык-Куля, – ответил Гектор. – Из ущелья Комирши.
– А где оно, Гек? – спросила Катя.
– В Казахстане. По прямой
