семь минут мы в базовом лагере Иныльчек.
Катя увидела Хан-Тенгри. Он четко выделялся на фоне остальных вершин.
Вертолет приземлился на площадку в лагере туристов – он был уже законсервирован до следующего сезона. Пилот не стал глушить двигатель. Катя помнила снимки, и даже она, полный дилетант, сразу поняла – место не то. Пусть здесь, в долине Иныльчек, когда-то и побывала экспедиция Погребецкого и даже, возможно, Пауль Ланге и фотограф Юсуф Шахрияр приходили сюда с ней без профессора (в записках же упоминается об их коротком путешествии вместе с альпинистами), но не здесь Юсуф фотографировал маяки для тайного грота. Хан-Тенгри, однако, из базового лагеря был отлично виден, хотя его отчасти заслоняла другая гора.
– Промахнулись слегка, – бодро объявил Гектор, сравнивая снимки в смартфоне с пейзажем. – Следуем дальше. Есть еще живописное местечко. Дикое, но симпатичное, – добавил он голосом Карлсона из мультфильма. – Вертолет прилуниться не сможет. Пешком карабкаться два дня по леднику. Оно надо нам? Поэтому я один спущусь и гляну, вы меня заберете.
Кате горное солнце било прямо в глаза, она натянула капюшон пуховика и надела солнечные очки. Она не могла оторвать взор от Хан-Тенгри. И здесь еще не лучший его обзор… Какой же он во всем своем великолепии?
Вертолет снова взлетел. На этот раз Гектор попросил Катю сесть вперед рядом с пилотом, сам же расположился у самой двери. Вертолет следовал прямо к Небесной горе. У Кати захватило дух от восторга! Внизу клубились облака, а Хан-Тенгри вырастал из них. Он парил в своем гордом одиночестве в небе – снега его сияли под солнечными лучами. Катя, поглощенная панорамой горы, не видела с переднего сиденья, чем занят Гектор. Он еще раз проверил спусковой трос, карабин…
– Зависну на двадцатке, – объявил ему пилот, – ниже опасно, можно зацепить винтом за склон.
– Нормально, спущусь, – ответил Гектор.
– Беспарашутное десантирование? С двадцати метров? – спросил полковник Гущин тревожно. – Гектор… послушайте, а надо ли вообще… Риск какой…
– Внизу площадка с самым крутым обзором со стороны Киргизии на нашу гору и окрестные склоны рядом, подобно тем, на снимках. Должны же мы сравнить, убедиться – либо да, либо нет.
Вертолет начал снижаться. Гектор распахнул дверь, холодный ветер ворвался в салон. Гектор сел на пол, свесив ноги наружу. Катя обернулась. Сердце ее колотилось в груди.
– Гек!
– Спокойствие, только спокойствие! – Гектор смотрел на нее. – Все, пошел!
– Без страховки?! – ахнул полковник Гущин (Катя про такие вещи и не подозревала, а он знал). – Гектор Игоревич! Гек… Катя… Да скажи ему! Он твой муж! Что творит, сорви-голова!
Но Гектор уже легко скользил вниз по спусковому тросу.
– Федор Матвеевич, он всегда без страховки, всю свою жизнь, – ответила Катя, стараясь не показать Гущину сейчас… своих переживаний, страха за мужа. – Не нам с вами его учить… Ой… у меня даже голова кружится, глядя на него…
– Спустился по десантному канату ваш муж в два счета! – крикнул ей сквозь шум винта пилот. – Ну дает! А чего он там забыл? Эй, кнопку нажмите на лебедке, трос втянем, а то, пока виражи нарезаем, можем зацепиться. Дверь не закрывайте!
Полковник Гущин дотянулся до кнопки лебедки, она заработала, затягивая трос в вертолет. Катя смотрела в иллюминатор – Гектор далеко внизу стоял на заснеженном уступе над обрывом. Рядом громоздились скалы. Вертолет поднялся и начал описывать круги.
Гектор огляделся. Хан-Тенгри парил среди туч – казалось, до него легко дотянуться рукой. Но видение обманывало взор – семитысячник был далеко, формируя оптический мираж. Вплотную к уступу примыкали черные гранитные склоны. И они весьма походили на те, с фотографий. Гектор достал смартфон. Застегнул летный бомбер до горла – ветер здесь дул ледяной, но он вдыхал его полной грудью, с великим наслаждением.
– Хан-Тенгри! – крикнул он. – Она моя! Слышишь меня, Властелин Неба? Она – моя жена! Я ее люблю! Я счастлив!
Эхо подхватило его признание. Донесло до вертолета.
– Что он орет? – встрепенулся Гущин. – Нашел?! Наше место? Совпало с фото?!
– Он хвалится Хан-Тенгри: вы его жена, он вас любит и счастлив! – Пилот-горноспасатель, поднаторевший различать в горах вопли заблудившихся туристов даже сквозь шум винта, улыбался Кате, показывая большой палец. – Сила ваш муж!
– Забыл, зачем спускался. Ошалел молодожен! – не унимался полковник Гущин. Он испытывал жгучую тревогу за Гектора – тому ведь еще предстояло подниматься на двадцатиметровую высоту по тросу без страховки в вертолет. – Я тебя предупреждал, Катя! Навязался на нашу голову! Кстати, я читал «Илиаду» – если ты его реинкарнацией упорно считаешь, он и в Трое своей был полоумным! Другой на его месте отдал бы грекам ту бабу, зазнобу его братца… А он все на карту поставил – и себя, и Трою свою… Ради чего?
Гектор на площадке, занятый сравнением снимков в смартфоне с реальным пейзажем, внимательно изучал рельеф. Склоны, хоть и схожие видом, оказались явно не те. Долина Иныльчек им категорически не подходила. Он помахал рукой пилоту. Готов, забирай. Вертолет подлетел и вновь завис высоко над площадкой. Полковник Гущин запустил лебедку, опуская трос. Поймав его конец, Гектор начал легко подниматься, подтягиваясь на руках. Катя считала мгновения. Сильный ветер раскачивал трос. Внезапно его завело далеко в сторону, и Гектор повис над глубоким обрывом. Он начал подниматься в самом быстром темпе.
– На Кавказе привык, натренировался десантироваться на Казбек, – совсем иным тоном объявил полковник Гущин, приникший подобно Кате к иллюминатору. – Ничего, справится. Руки у него железные, ему и ветрило нипочем.
Гектор взобрался в вертолет, втянул трос и захлопнул дверь.
– В минусе, – объявил он. – Ничего полезного для нас внизу нет. Вообще рельеф не в масть. А не выпить ли нам кофе, друзья мои?
Разгоряченный подъемом, он скинул бомбер, оставшись в одной майке, сел рядом с Гущиным и достал из рюкзака термос и пластиковые стаканчики. Разлил всем угощение.
– Маасалама[25], Иныльчек! – Он отсалютовал горам стаканом кофе.
Катя не испытывала разочарования. Наоборот, она безмерно обрадовалась – грот не здесь, в столь опасных, холодных, суровых и труднодоступных местах. Сюда Синие птицы не залетают. Лишь грифы кружат над пустынными ущельями… Черные точки в небесах.
Глава 38
Грецкий орех
Вернувшись с аэродрома, Гектор, Катя и полковник Гущин обнаружили во дворе гостевого дома арендованный джип с полным баком бензина и заказанное оборудование для поездки в горы. Ожидавший их менеджер турфирмы отдал Гектору ключи. На джипе они сгоняли на шумный местный базар за едой для похода. Попробовали у торговцев знаменитую аш-лянфу – острую лапшу – и курут – сухой соленый сыр. Купили самсу и слоеные лепешки каттама, помидоры, медовые дыни и фрукты. Гектор со знанием дела для похода выбрал уйгурскую лапшу-кесме, схожую с тибетской. Набил в арендованную сумку-холодильник маринованный бараний шашлык. Полковник Гущин приобрел
