На южной и западной сторонах вид лагеря был иной: здесь местность была сильно укреплена не только природой, но и руками человека. Прежде всего кругом шел канал, не особенно широкий и глубокий, но вследствие вязкого дна доступный для переправы только на лодках. На внутреннем берегу канала сооружен был вал, по гребню которого шел крепкий палисад, а бока обсажены кустами алоэ и других колючих растений.
Таков был внешний вид этого места. Внутри же оно разделялось на три главные части. Восточная представляла самое гнездо, длинное деревянное строение с большим мощеным двором впереди.
Кроме него были еще два строения; навес на столбах, примыкавший к тому месту, где выгружались транспорты с рабами. Далее, к северу, почти составляя продолжение самого гнезда, но отдельно от него, стояла крепкая каменная постройка — магазин. Вокруг строений виднелись соломенные крыши хижин туземного типа, занятых, очевидно, работорговцами низшего разряда — арабами и мулатами.
Вторая часть, расположенная к западу от первой, представляла собой лагерь рабов, и единственными зданиями в ней были четыре навеса, подобных тому, в котором продавались рабы, но только большей длины. Здесь рядами лежали рабы, прикованные к железным брусьям, шедшим вдоль навесов. Этот лагерь был отделен от первой части глубоким каналом, футов в тридцать шириной. В одном месте через него перекинут был простого устройства подъемный мост, соединявший лагерь рабов с гнездом. Лагерь рабов, подобно гнезду, был окружен также высоким валом, обсаженным колючими растениями. На валу, вблизи ворот, которые вели к лагерю рабов, и примыкавшей к ним небольшой сторожки, стояла шестифунтовая пушка, дуло которой было направлено на лагерь рабов — грозное предостережение для его обитателей. Вообще при устройстве гнезда были приняты все предосторожности как против восстаний рабов, так и против нападения внешних врагов на гнездо.
Наконец, третью часть владений Желтого Дьявола составлял сад за лагерем рабов. Он также был окружен каналом и земляными валами, но укреплен не так сильно, как первые две части гнезда.
VIII. План Леонарда
Леонард и его спутники пришли к окраине главного южного канала, на противоположном берегу которого виднелись ворота в гнездо. Но Оттер не повел Леонарда к воротам, где их могли бы заметить часовые, на вопросы которых они едва ли могли ответить удовлетворительно, несмотря на свои маскарадные костюмы. Поэтому они, не доходя до ворот, свернули в густой кустарник, покрывавший берег канала. Пройдя через него, они наконец оказались у поверхности воды, почти против юго-западного угла лагеря рабов, под тенью колючих кустарников вала.
— Слушай, баас, — тихо сказал карлик, — путешествие окончено; я привел тебя к жилищу Желтого Дьявола. Остается теперь взять его или освободить оттуда девушку.
Леонард печально посмотрел на гнездо. Возможно ли двум мужчинам и одной женщине взять это укрепленное место, наполненное десятками храбрецов? Удастся ли даже проникнуть туда? Издали это казалось возможным, но теперь все представлялось в ином свете. И тем не менее нужно было предпринять что-нибудь, иначе их труды пропадут даром и бедная девушка, освободить которую они пришли, будет отдана на позор или доведена до самоубийства.
— Оттер, — произнес наконец Леонард. — Я совершил ради этого дела длинный путь и теперь не отступлю назад. Никогда я еще не делал этого; не сделаю и теперь, хотя знаю, что верная смерть грозит мне!
— Все в руках будущего, — ответил Оттер, — но надвигается ночь, и нам пора подумать, как действовать. Смотри, баас, вот большое дерево. Влезем на него, чтобы посмотреть на лагерь!
Леонард согласился и, легко взобравшись на вершину дерева, увидел как на ладони весь лагерь. Оттер указал Леонарду подробности, знакомые ему как прожившему некоторое время пленником в лагере.
На дворе гнезда было видно множество людей разных национальностей в странных костюмах: то были торговцы черной костью различных оттенков. Некоторые гуляли группами, куря и разговаривая, другие забавлялись разными играми. Наконец, одна из групп — вожаки, судя по богатству костюмов, — стояла около магазина. Эти люди старались заглянуть внутрь здания сквозь защищенное решеткой окно, на уровень которого они поднимались, садясь один на плечи другого. Это забавляло их некоторое время, пока наконец любопытных не разогнал какой-то внезапно появившийся толстый старик.
— Это Желтый Дьявол, — сказал Оттер, — а эти люди смотрели на девушку. Она заперта там и выйдет оттуда, только когда наступит час ее продажи. Эти люди — покупатели!
Леонард не произнес ни слова: он изучал местность. Пробил барабан, и появились люди с широкими оловянными мисками, от которых шел пар.
— Это несут пищу для рабов, — снова заметил Оттер. — Сейчас им будут раздавать ее!
Люди, несшие миски в сопровождении нескольких надсмотрщиков с треххвостыми бичами в руках, перейдя двор, подошли ко рву с водой, отделявшему лагерь рабов от гнезда, и велели часовому опустить мост. Когда это было сделано, люди, несшие миски и сопровождаемые каждый еще двумя помощниками, из которых один нес деревянную ложку, а второй воду в большом сосуде, начали обходить навесы. Человек, державший деревянную ложку, захватывал ею порции и швырял рабам пищу прямо на землю, как кидают кость собаке, а раб, несший сосуд, лил рабам воду в деревянные баки.
Вдруг группа людей, обносивших рабов пищей, и надсмотрщики стали о чем-то говорить.
— Раб болен! — пояснил Оттер.
Рослый человек с бичом начал наносить удары какой-то черной массе, лежавшей без движения под навесом; наконец, заметив, что его удары не производят на лежащего раба никакого действия, перестал бить и что-то громко крикнул. Два араба подошли к сторожке и, взяв оттуда инструменты, сняли с ног жертвы кандалы и освободили ее от цепей. Затем они поволокли тело к высокому валу и, взойдя по короткой лестнице на его вершину, сбросили тело в канал.
— Желтый Дьявол хоронит своих мертвых и лечит больных! — произнес Оттер.
— Я достаточно видел, — сказал Леонард и начал поспешно спускаться с дерева.
— Ах, баас, — сказал карлик, когда они спустились на землю, — ты, однако, малодушен; сердца же тех, в лагере, рабов крепки, да и, в конце концов, лучше быть в желудке рыбы, чем в руках работорговцев. Кто делает эти вещи? Разве это не белые люди, твои братья, разве не произносят они много молитв Великому Человеку на небе, творя подобные дела?
— Дай мне вина! — произнес вместо ответа Леонард, не будучи в состоянии защищать блага цивилизации в том виде, в каком она выражалась в Африке. Он с ужасом подумал, что судьба несчастного раба может ожидать и его.
