быть красивыми и глупыми или уродливыми и умными.
Он покачал головой.
— Бесценно.
— Может уже начнешь говорить или хочешь, чтобы я разбил тебе твою гребаную морду? — спросил Сент спокойно, но гнев был вытравлен в каждом его слове.
Честно говоря, опасность не миновала. То, что вошедший мужчина мог легко улыбаться и умел вести беседу не означало, что он не мог хладнокровно застрелить нас. Его улыбка исчезла так же быстро, как и появилась, доказав мою правоту. Он переключил свое внимание на Сента.
— Вижу, жизнь на природе не сделала тебя добрее, — пробормотал он. — Я больше не в клубе.
Он сделал паузу, глядя на свою косуху, затем медленно, целенаправленно снял ее, оставив на изгибе руки.
— Мне давно не нравится эта нашивка, но я застрял. Мама заболела. Пришлось поместить ее в дом престарелых. Я не мог ее оставить. А если бы ушел из клуба, они бы без раздумий отправились за ней. Дерьмовое оправдание, чтобы остаться и делать вещи, за которые буду гореть в аду, но это мое дело.
Он снова сделал паузу.
— Мама умерла пару недель назад. Я собирал вещи, чтобы исчезнуть, а потом узнал, что у них есть на тебя наводка. Решил задержаться, чтобы понять, что это чушь. Оказалось, что нет. Они послали меня на разведку, но я здесь, чтобы предупредить и бороться.
ГЛАВА 20
«Он не знал, сколько времени у него есть. Они были все ближе, потому что оказались умнее, чем он думал. Но разве он ждал что это сойдет ему с рук? Нет. Подобные истории всегда заканчивались за решеткой. Но не раньше, чем он добавит еще одну главу. Еще одну девушку»
Плохие вещи всегда случаются, когда ты меньше всего этого ждешь. Ну, если только вы — не я. Я всегда ждала плохого, особенно с тех пор, как мой… с тех пор, как Сент решил схлестнуться с одним из худших мотоциклетных банд в стране.
Он пытался заставить меня вернуться в Нью-Йорк.
Пытался заставить меня бежать.
Потому что не хотел, чтобы я пострадала.
— Малыш, я видела, как у меня на глазах умирал мой брат. Я видела его мозги. Меня пытали. Кто-то вломился в мой дом, и мне пришлось убить его. Серийный убийца похитил меня, и я буду носить оставленный им шрам всю жизнь. И, наконец, я полюбила тебя. Жизнь и так причинила мне много боли. Если хочешь уберечь меня, то ты опоздал, — сказала я со сталью в голосе, не оставляя места для спора даже ему.
Сент несколько раз моргнул. Я ждала, что он попытается возразить или начнет нести чушь про мачо-мужчин. Найдет хлороформ и накачает меня наркотиками, чтобы отвести от «опасности». Но ничего из перечисленного он не сделал.
— Ты полюбила меня?
Я закатила глаза, испытывая дискомфорт от тембра его голоса и эмоций, заключенных в нем.
— Ведешь себя так, будто это тебя удивило, — сказала я.
Сент шагнул вперед, не позволяя мне уйти, или, скорее, лишая возможности выбора, поскольку на ближайшее время у меня не было никаких планов.
Я закончила, сбросила все свои карты, проиграла, впрочем, любая аналогия, пришедшая мне в голову, оказалась забыта, когда Сент продолжил говорить.
— Меня не удивляет то, что ты любишь меня. Я знаю это с тех пор, как ты позвала меня на помощь, истекая кровью в номере отеля. С тех пор, как рассказала мне о своем отце и о чувстве вины, которое несешь. Об изнасиловании.
Он не вздрогнул, произнося это слово, как сделали бы многие мужчины на его месте. Не заменил его другим, чтобы еще больше не ранить мой травмированный разум.
— Меня удивляет то, что ты призналась в этом не под пыткой водой.
Я вскинула бровь. Несмотря на тяжелую тему, Сент пытался шутить. Я признавалась в своих чувствах, а он пытался шутить. Наверное, ад замерз, и я не смогу попасть туда, когда придет время.
— Ну, уверена, что ты не прочь попытать меня водой чтобы заставить сбежать, когда опасная уличная банда, членом которой ты раньше был, явится, чтобы убить тебя, — ответила я. — Но я не уйду. Тебе придется с этим смириться. Я не предлагаю тебе помощь в самой битве, потому что, несмотря на то, что мне удалось убить человека, который ворвался в мой дом, мне кажется, что на этот раз все будет иначе. Тот парень был толстым, ненормальным и совсем не обученным искусству убивать. Я не знаю, в форме ли эти парни или нет, но судя по тебе и Рокко, вероятность того, что они толстые или неподготовленные, довольно мала. И хотя я не сомневаюсь в том, что эти парни ненормальные, мне кажется, им хорошо известна наука убивать.
Я замолчала, переводя дух.
Рокко — имя приехавшего парня. И каким-то образом мне удалось произнести его без ненависти. Потому что оно ему подходило. Сента раздражало, что Рокко мне нравился, но трудно было не испытывать к нему расположение. Убийца, предающий Клуб, которому он посвятил свою жизнь, чтобы в итоге уничтожить его? Мой типаж.
У Рокко и Сента было мало времени, чтобы разработать план, но, судя по их голосам, Клуб уже был заведомо разгромлен. История Сента меркла по сравнению с тем, что произошло в Клубе после его ухода. Только худшие из людей, или те, кто не знал ничего другого, остались верны. Рокко организовал мятеж, и битва должна была состояться сегодня вечером. В лесу. Там, где никто не услышит песню войны.
В голову пришла мысль, а не по этой ли причине Сент выбрал поселиться здесь, ведь он знал, что этот день рано или поздно настанет.
— Я справлюсь, — сказала я ему. — Я не собираюсь блевать, кричать или плакать от страха. Я очень люблю жизнь и очень хочу, чтобы ты тоже жил. И знаю, что несмотря на то, что ты не считаешь себя рыцарем в сверкающих доспехах, впрочем, как и я не считаю тебя таковым, ты определенно попытаешься повести себя как он и совершить какую-нибудь глупость, например, позволить убить себя в попытке не дать им убить меня. Я пытаюсь сказать тебе, что не возьму в руки оружие и не пойду на передовую, но и не убегу.
Я шагнула вперед, неожиданно для себя обхватив его лицо руками.
— Ты здесь. В своем доме. Вокруг все твое. И хотя я этого не ждала, это теперь и мой дом тоже. Мне здесь нравится, и я не хочу, чтобы его
