описание обыденных скучных вещей лишнее. Но я не слушала их. Мне не хотелось, чтобы мои книги были наполнены только монстрами и ужасами. Мне нужны были и люди. Их повседневная реальность. Это делало все гораздо страшнее.
Так что да, детали были важны для ужаса.
Но когда я сама оказалась в ужасе, то не уловила ни одной детали.
На лицо брызнули капли теплой крови. Выстрела не было. Скорее всего использовали оружие с глушителем или снайперскую винтовку. Хороший выстрел.
Дикон не ожидал этого.
Но, опять же, ведь никто не ожидает получить пулю в грудь, не так ли?
Мне хотелось думать, что я быстро среагировала, но это все равно бы ему не помогло. Я не могла вспомнить все настолько четко, чтобы сказать, что не вошла в ступор. Но я помнила, как встала, лицо все в крови, рука сжимала пистолет. Он был холодным. Тяжелым. Он приземлял меня.
Дикон смотрел на меня с ужасом или мертвым взглядом?
Разве я мало знала о смерти? Разве не должна была знать умер кто-то или нет?
Но все же у меня имелось разумное оправдание.
В меня тоже выстрелили.
Но не пулей, которая убила бы меня, как убила Дикона. Дротиком с транквилизатором. Неприятно, словно ужалила пчела. Я даже смогла дотянуться до него и дотронуться, схватить онемевшими руками.
А потом наступила темнота.
Или я уже рассказывала эту историю?
Видите, детали. Неправильные. Обрывочные. Выдуманные.
Но ситуация была очень реальной. Меня привязали к стулу в месте, похожим на чей-то гараж. Внутри пахло газом. Должно быть. Двигателями. Металлом.
Человеком.
Запах исходил от мужчины в кожаной куртке, который смотрел на меня и улыбался.
Мое предыдущее предположение оказалось неверным. Мужчина не походил ни на Рокко, ни на Сента. Полный. Бледный. Потеющий, хотя в помещении было холодно. Лысеющий. Покрытый дерьмовыми татуировками. Он совсем не впечатлял, если не считать пистолета в руке и того факта, что он смог похитить и связать меня.
— Сучка очнулась, — сказал он кому-то.
Раздался грохот, и в поле зрения появился кто-то еще.
Моложе.
Татуировки гораздо лучше.
Больше мышц.
Больше волос.
Меньше жира.
Привлекательнее. Высокий. Нордическая внешность. Сильная челюсть, хорошая щетина, которая скоро станет бородой. Загорелый. Голубые глаза. Холодные, но не пустые. Его слово было «пытка», что не сулило мне ничего хорошего.
— Это она, — прокомментировал он, медленно вышагивая рядом со своим другом.
Я промолчала. Они, вероятно, ждали, что я стану задавать вопросы. Умолять. Он хотел этого, этот толстяк. Жадность. Его слово было «жадность». Он был жаден до моего страха, его глаза были хищными, выжидающими. Бегающими.
Тело охватила судорога.
Никто не посмеет меня насиловать. Я уже поняла, что они плохо примотали меня скотчем, а кольца на моих пальцах могли создать достаточное трение, чтобы прорезать его. Рано или поздно.
Конечно, я бы попыталась бороться. Гараж был полон возможного оружия. На стене висели инструменты, ржавые, но все еще пригодные для работы. Два пистолета на поясе у толстого мужчины. Один нож у Норда.
Да, мне этого было достаточно. И им тоже.
Так что, если они решат меня изнасиловать, а я не смогу с ними бороться, я позабочусь о том, чтобы у них не осталось другого выбора, кроме как убить меня.
Не самая лучшая ситуация, конечно.
Жадность разозлился, когда я промолчала.
— Сент думал, что поступил умно. Отсеял предателей. Настроил некоторых против нас. Думал, что победит. Особенно с этим мудаком Рокко, дважды обманувшим нас. Но През был умен. Он знал, что Сент хитрый. Слишком умный для своего собственного блага. Он долгое время наблюдал. Только за Сентом, не за Клубом. През видел, как он трахает горячую сучку в хижине. Видел, как он нашел ее мертвой. Не он ее убил, кто-то успел раньше. Жаль. Я бы не отказался от такого шанса. Не обижайся, детка, но твои сиськи не такие впечатляющие, как у нее.
— Я обязательно поплачу об этом позже, — сказала я ему спокойно.
Ему это не понравилось. Он показал это, ударив меня. Боль была сильной и резкой, хотя удар позволил мне подергать рукой, чтобы почувствовать небольшое натяжение скотча. Так что он оказал мне услугу.
— През скрыл это от всех, кроме нас двоих. — Толстяк кивнул в сторону молчащего «Норда». — Он не говорил нам до последнего момента. Параноик хренов. И не зря, судя по всему. Никто из этих ублюдков не воспринимает нашивки всерьез. Это позор. През, конечно, принял меры на этот случай. Не ради себя. Ради Клуба. Чтобы Сент знал, что Клуб победит независимо от того, кто идет на встречу со жнецом. Ну а я собираюсь немного повеселиться с тобой.
Он усмехнулся пожелтевшими зубами, поднимая молоток.
Норд не сводил с меня глаз. Даже не дышал во время разглагольствований своего подельника. Он был снайпером. Крутым. Спокойным. Собранным. В нем чувствовалось армейское прошлое.
Жадность был небрежным. Старым.
— Ты правда собираешься использовать свой Клуб в качестве оправдания? — спросила я его. — Серьезно? Ты просто отморозок в кожаной куртке. Клуб для тебя ни черта не значит. Тебе просто нравится причинять боль людям. Нравится убивать их. Тебе нравится, когда люди боятся и уважают тебя.
Толстяк снова ударил меня. Слишком предсказуемо. Болезненно. Я не поняла сильнее или нет чем в предыдущий раз. Я сплюнула кровь на пол, и она упала с брызгами. Скотч натянулся, но не сильно. Я по-прежнему была уверена в том, что его создал какой-то больной ублюдок, решивший, то обычная веревка не способна удержать его заложников.
Сколько убийств было совершено с помощью скотча? Сколько людей было бы спасено, если бы эта лента была чуть менее эффективной? Хотя, многие люди были бы в безопасности, если бы некоторые из нас не получали удовольствие от убийства друг друга.
— Хватит.
Это единственное слово прозвучало из уст Норда. Тихо, но властно. Ему явно не нравилось происходящее и «Жадность» остановился, отступив назад. Норд был главным, и Жадности это не нравилось, поскольку он был явно старше, был в Клубе дольше. Возможно, он был одним из первых в его составе. Его возмущало то, что пришлось привлечь к делу молодых красивых психопатов с властным тоном, кого гораздо эффективнее было бы использовать для рекламы. Если бы все в клубе были похожи на этого парня — насильника и убийцу, они не были бы так популярны.
— У нас есть инструкции, — продолжил Норд, кивнув на молоток.
Я судорожно сглотнула, услышав его холодный, деловой тон. Для него я ассоциировалась с писательницей перед ноутбуком. Кем-то нормальным.
