там смертью, а буквально Концом Всего Сущего, где не было материи как таковой, лишь выполняющая её функции плотная энергия, отдаленно смахивающая то на бесплодную землю, то на какое-то стоячее мертвое болото, то на слой плотного серого пепла. Однако дар оракула нашепетывал чародею, что пусть его ноги и не провалятся там сквозь «почву», а сквозь пальцы протечет «вода», но видимость сия лишь обман, и по ту сторону портала находится нечто, по сравнению с чем космический вакуум должен казаться ему близким, понятным и родным, ибо все находящееся в плане смерти есть лишь некрос или какие-то его производные. И если бы Олег в этот разрыв пространства вдруг шагнул сдуру, то даже при его мощи и способностям к магии смерти смог бы оставаться живым не дольше пары мгновений, примерно как привыкший плескаться на мелководье лягушонок, которого вдруг опустили на глубину пары-тройки километров.
Из пола заклинательной комнаты повинуясь воле архиупыря ударил толстый луч энергии, что уперся в тело Кейто, прошел через него как-то неуловимо изменившись и уперся в пространственный разрыв…Разрыв, пейзажи за которым стали сменяться в разы быстрые, чем раньше. Интуиция вместе с обрывками усвоенных знаний по высшей магии подсказывали чародею, что сейчас Баломохан использует физическую оболочку японки как своеобразный резонатор, пытаясь сделать так, чтобы подобное притянуло подобное и две части некогда единого целого можно было соединить…Просто в описании, невероятно сложно в реализации, ибо те или иные регионы плана смерти сменяли друг друга словно картинки в калейдоскопе, а дальний родич Кровавых Богов буквально на лету корректировал свои чары, пытаясь по ощущениям обратной связи от ритуала определить, какие изменения внести, дабы поточнее найти одну единственную обитательницу этого места…Но пока те, кто ему попадались, на Кейто смахивали не сильно. Наполовину ушедший в черный песок силуэт мужчины, напоминающего космонавта благодаря словно бы надутой белой одежде и зеркальному забралу шлема. Какие-то прозрачные чуть заметно светящиеся силуэты, в которых даже число конечностей толком не определить. Кажущийся вполне себе живым мускулистый негр с украшенным перьями копьем, привалившийся спиной к драконьему скелету. Женская тень, но тень горбатой старушки, опирающейся на клюку. Огоньки, смахивающие на черепа или же черепа, смахивающие на огоньки, водящие бесконечный хоровод. Наполовину развалившаяся мумия, сидящая на потрескавшемся саркофаге посреди руин гробницы. Построенный из блоков круглый домик, окруженный защитными барьерами, что не дали Баломохану исследовать сей объект с близкого расстояния. Бредущая по пустоши в никуда большая сколопендра, хитин которой бескровными дырами пестрит. Маленький гоблин, играющий с камушками…Те, кто выглядел не так уж и плохо на фоне большинства местных обитателей, видимо представляли из себя то ли действительно сильные души, то ли относительно свежих переселенцев в обитель мертвых. Практически все они как-то реагировали на оказавшийся вблизи них разрыв в пространстве…И иногда даже пытались воспользоваться возможностью, что вдруг так неожиданно подвернулась!
Нечто, похожее на призрака большого темно-фиолетового орка в длинных ритуальных одеждах, вооруженного окровавленным ножом, попыталось пролезть через портал, каким-то образом притянув его к себе…Но сорвавшаяся с когтистой руки архиупыря зеленая молния оттолкнула дух, что отчаянно рвался в мир живых и мог бы натворить там немало дел, ибо Олег при взгляде на него ощутил некую опаску. Не слишком сильную, но и далеко не пустяковую…Если бы он имел дело с враждебно настроенным одаренным, то сказал бы, что его желает прикончить во что бы то ни стало сильный истинный маг. Вторым из непрошенных гостей чуть не стал метнувшийся к разрыву в ткани реальности костяной тигр таких габаритов, что в комнате он мог бы и не поместиться, но Баломохан просто увел свои чары в сторону…И чуть не получил по клыкастой морде сунувшимся внутрь сегментным щупальцем, высунувшимися из своей собственной дыры в реальности, явно не случайно возникшей прямо напротив портала…Или все-таки длинной многосуставчатой лапой? Рассмотреть подробности Олег не успел, поскольку сия конечность неведомого существа сгорела черным пламенем в мгновение ока. И практически сразу же после этого ведущий в план смерти разрыв закрылся, напоследок буквально напрыгнув на смутный полупрозрачный силуэт…Силуэт, в котором чародей практически сразу же обнаружил знакомые ему черты!
— Плохо, очень плохо! — Покачав головой, заявил Баломохан, взглядом раздвигая заполняющие пространство линии магической фигуры подальше от того, что могло быть только духом Кейто, зависшем в столе магической энергии прямо над её же телом. А могло бы быть и не слишком-то четкой картиной японки, которую рисовал ну очень начинающий художник, к своей работе подошедший спустя рукава. Даже висящий в воздухе силуэт выглядел каким-то сгорбленным и уставшим. Черты лица оказались очень нечеткими, словно бы пытающимся постоянно растечься в стороны, как капля краски, вылитая в воду. Одежды как таковой не было, впрочем как и тела — комки непонятной субстанции, имеющей ту же форму. А вот конечности получились неожиданно четкими, руки побольше, ноги поменьше. На тыльной стороне ладони Олег даже приметил небольшой шрамик, не сошедший после его лечебных процедур, так как вызван был тот срабатыванием защиты на какой-то очень непростой побрякушке бывшей госпожи шиноби, которую девушка случайно схватила, пытаясь хозяйке вперед служанки подать. — Раз она совсем не реагирует на нас и даже на свое вполне живое тело вблизи себя не реагирует, то значит эта женщина из духов, утративших себя! Тех, кто в кратчайшие сроки смиряются со своей кончиной и начинают сливаться с планом смерти! Проклятье! Да я видел простых крестьян, которые десятилетиями зубами цеплялись за свое существование с куда большей настойчивостью, чем эта особа!
— И…Ничего нельзя сделать? — Олегу не хотелось смиряться с неудачей, когда он уже зашел так далеко. Чародей мог принять гибель Кейто, как уже принимал раньше смерти тех, кто так или иначе были ему близки, но потерпеть подобное поражение буквально в шаге от победы над смертью…Ну, пусть не победы, ибо полную и окончательную победу над ней вряд ли способны одержать даже боги, пусть ничьей…Временной ничьей. В общем-то, это было бы обидно.
— Сделать можно многое, но об истинном воскрешении не может быть и речи! Ибо это не душа, а дух, причем дух изрядно деградировавший! А если бы вам нужен был обычный зомби или там полуразумная усиленная некрохимера с зачатками тактического мышления, то вы бы не стали обращаться ко мне! — Как и ожидалось от архимага, Баломохан мог делать одновременно как минимум две вещи: колдовать и разглагольствовать. Архиупырь на довольно таки солидной скорости, позволяющей иные стрелы обгонять, закружил вокруг висящей в воздухе парочки из духа и
