Отряд удвоил ночные дежурства, хотя Мина и сказала, что в этом нет никакой необходимости. Она не объяснила почему, но Галдар подумал, что теперь их, должно быть, охраняют те, кто не нуждается в сне. Однажды он в страхе проснулся среди ночи, увидев во сне вокруг себя сотни призраков, которые не сводили с него мертвых, пустых глаз.
Мина загадочно молчала в продолжение всего похода. Она шагала впереди колонны, отказываясь вести беседы с кем-либо, хотя иногда Галдар видел, как шевелятся ее губы, произнося какие-то слова.
Когда он, набравшись смелости, спросил, с кем она разговаривает, она коротко ответила: «С ними», — и сделала неопределенный жест рукой.
— С мертвыми? — неуверенно переспросил минотавр.
— С душами мертвых.
— Ты их видишь?
— Единый Бог даровал мне такую возможность.
— А я не вижу.
— Я могла бы сделать их видимыми для тебя, Галдар, — усмехнулась Мина, — но ты найдешь это зрелище жутким и омерзительным.
— Нет, Мина, нет. Я совсем не стремлюсь их видеть, — торопливо отказался минотавр. — Скажи... Скажи, их тут много?
— Тысячи. Тысячи тысяч. Души всех тех, кто умер в этом мире со времен Войны с Хаосом. И с каждым днем их становится все больше. В Квалинести и Сильванести умирают эльфы, погибают в сражениях солдаты, умирают матери в родах, дети в болезнях, умирают на смертном одре старики — и все эти души плывут сюда, в Найтлунд, огромной нескончаемой рекой. Приведенные сюда волей Единого Бога, они готовы служить Ему здесь.
— Ты сказала, со времен Войны с Хаосом. А где души тех, кто умер раньше?
— Благословенные души ушли в другие миры. Проклятые же приговорены оставаться здесь, пока не научатся тому, чему должны были научиться при жизни. Потом и они покидают этот мир. Старые Боги не оставляли душам мертвых выбора, они не думали о том, что те хотят остаться здесь. А ведь умершие тосковали по миру живых и хотели по возможности помогать им. Но Единый Бог понял это и даровал им такую возможность. Теперь они могут оставаться в мире и служить Ему. И они уже служат, Галдар, и будут служить Ему вечно. — Мина устремила на него ясный взгляд блестящих глаз. — Ты ведь тоже не хотел бы покинуть этот мир, да, Галдар?
— Я больше всего не хотел бы разлучаться с тобой, — ответил минотавр. — Этого я боюсь больше, чем смерти.
— Мы не расстанемся, Галдар, — ответила девушка. Ее голос был полон доброты, глаза потеплели, прикосновение ее руки согревало его. — Я обещаю тебе: мы никогда не расстанемся.
Галдар смутился. Он не решался продолжать из страха, что она рассердится, но он все-таки был ее заместителем и отвечал не только перед ней, но и перед своими подчиненными.
— Как долго нам придется оставаться здесь, Мина? Людям не нравится этот лес. И я не осуждаю их за это. Этот край не для живых. И мы здесь нежеланные гости.
— Недолго, — ответила она. — Но мне нужно навестить кое-кого, кто живет в этом лесу. Да, он живет здесь, — повторила она. — Маг, которого зовут Темный Даламар. Возможно, ты слыхал о нем?
Галдар покачал рогатой головой. Ему не было никакого дела до всех магов на свете, он не испытывал интереса ни к ним, ни к их делам.
— А после этого, — продолжала Мина, — мне придется ненадолго оставить вас.
— Оставить нас? — повторил Гардар, невольно повышая голос.
— Оставить? — переспросил капитан Самоал. — О чем это вы? Кто оставляет нас?
— Мина, — с трудом произнес минотавр.
— Мина, единственное, что удерживает людей здесь, — это твое присутствие. А если ты уйдешь...
— Я уйду ненадолго, — нахмурилась девушка.
— Надолго или нет, но я не уверен, что мы с Галдаром сможем удержать людей в повиновении, — мрачно проговорил Самоал. — Эти земли прокляты. За нами крадутся призраки. Я чувствую, как их руки шарят по мне. — Его передернуло, и бесстрашный капитан тревожно оглянулся.
— Их почти не видно, только тень мелькнет в стороне и сразу исчезает. Так недолго и свихнуться.
— Я поговорю с людьми, капитан Самоал, — ответила Мина — Но вам с Галдаром тоже придется поговорить с ними и своим примером показать, что бояться тут нечего.
— Но мы ведь тоже боимся, — пожаловался минотавр.
— Бояться не нужно. Мертвые не причинят вам вреда. Они служат Единому Богу и повинуются мне.
— А почему ты должна уйти? — спросил Галдар.
— Скоро вы все поймете. Нужно просто набраться терпения и ждать. — Взгляд Мины стал холоден как сталь.
— К Башне мага ты, Галдар, пойдешь со мной. Потом я отправлюсь на север к дракону, который правит Палантасом. Его зовут Келлендрос, но я предпочитаю называть его так, как его звали раньше, — Скай.
— Скай? Но разве он тут? Он же скрылся в каких-то отдаленных краях.
— Дракон здесь, — уверенно отвечала девушка. — Он ждет меня, сам того не зная.
— Не иначе как ждет случая напасть на тебя, — хмыкнул Самоал. — Этот Скай не похож на наших синих, Мина. Он настоящий мясник. Он пожрал чуть ли не половину своей родни, таких же уроженцев Кринна, как и он, став еще более могучим и сильным. Этот зверь не лучше, чем Малистрикс.
— Ты не должна идти к нему одна, — умоляюще заговорил минотавр. — Возьми с собой кого-нибудь из нас.
— Рука Единого Бога сразила Циана Кровавого Губителя, — строго произнесла Мина, в упор глядя на них. — Она сразит и Ская, если он вздумает противиться Его повелениям. Скай покорится. У него нет выбора. И вам тоже придется слушаться меня, капитан Самоал и ты, Галдар, — добавила Мина. — Прикажите солдатам повиноваться. Единому Богу угодны послушные. Вы будете в безопасности в этом лесу. Души мертвых защитят вас. Мы должны спешить. События в мире мчатся стремительно, и нас ждут.
— Нас ждут, — пробормотал минотавр вслед Мине, направившейся в глубь леса. — Нас, кажется, всегда ждут.
— Нас ждут победы, — поправил его Самоал. — Ждет слава. И лично я не возражаю против этого. А ты?
— Ты прав, — согласился минотавр.
— Тогда что же тебе не нравится?
— Я, кажется, понимаю, — пробормотал минотавр, — почему мне так не по себе последнее время. Я хотел бы иметь возможность поступать по-своему, хотел бы иметь возможность выбора.
— И это говоришь ты, старый служака? — Самоал во все горло расхохотался. — Какой выбор может быть у солдата? Надо повиноваться, не рассуждая, — вот и весь выбор. Ступай за Миной, — мгновенно став серьезным, проговорил он. — Чем скорее мы выберемся отсюда, тем лучше.
Галдар задумался. Разумеется, капитан прав. В военном деле главное — повиноваться. Солдат не должен думать о том, хочет ли он штурмовать городские укрепления, грудью стоять против тысяч стрел или ожидать, пока ему на голову опрокинут котел кипящей смолы. Солдат должен выполнять приказ. Галдару это было давно известно. Сомнения никогда не посещали его. Почему же сейчас его беспокоили такие странные мысли?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
