Галдар задумался. Разумеется, капитан прав. В военном деле главное — повиноваться. Солдат не должен думать о том, хочет ли он штурмовать городские укрепления, грудью стоять против тысяч стрел или ожидать, пока ему на голову опрокинут котел кипящей смолы. Солдат должен выполнять приказ. Галдару это было давно известно. Сомнения никогда не посещали его. Почему же сейчас его беспокоили такие странные мысли?
Ответа на этот вопрос не было. А если он и существовал, Галдару он был неизвестен.
21. Нежданный гость
Палин отложил книгу, которую до этого внимательно изучал, и потер слезившиеся глаза. Его зрение с возрастом сильно ухудшилось. Он хорошо видел предметы на расстоянии, но читать вынужден был либо с помощью очков, либо (поскольку вечно забывал, куда их засунул) поднося текст к самым глазам. Захлопнув в раздражении книгу, он швырнул ее на низкий каменный столик. Там уже громоздилась целая стопка фолиантов, столь же бесполезных.
Палин заинтересовался ими только потому, что увидел на полях пометки, сделанные почерком дяди. Все эти книги рассказывали о том, как следует пользоваться магическими артефактами. Но у него не было никаких оснований полагать, что в какой-либо из них говорится об устройстве для путешествий во времени.
Палин мысленно вернулся к беседе с Даламаром. Она произошла накануне, вечером того дня, когда они обнаружили исчезновение кендера и Палин настоял на том, чтобы войти в лабораторию своего дяди.
— Мне известно, что Совет Магов запретил посещать лабораторию Рейстлина, — говорил Палин Даламару, пока они взбирались по ступеням каменной лестницы, что вела в мрачное сердце Башни Высшего Волшебства. Едва ли столь громкое имя соответствовало нынешнему состоянию этого заброшенного, разрушавшегося здания. — Но где теперь Совет и где волшебная сила его магов? Сомневаюсь, что запрет продолжает оставаться в силе.
Даламар бросил на него взгляд, полный насмешливого любопытства.
— Фу, Маджере, как вы наивны. Неужели вы думаете, что я позволил бы правилам, когда-то изобретенным Пар-Салианом, помешать мне проникнуть в эту лабораторию? Да я взломал печать на ее двери еще в незапамятные времена!
— Зачем?
— А как вы думаете?
— Вы надеялись найти там мощные магические артефакты?
— Я надеялся... Впрочем, сейчас уже не важно, на что я надеялся, — пожал плечами Даламар. — Врата Бездны... Книги заклинаний... Там могло оказаться все что угодно. Я даже надеялся, что отпечатки следов шалафи еще хранят искры его могущества. А возможно, я искал Богов... — Даламар говорил едва слышно, устремив глаза в темную пустоту Башни. — Мой разум и мое тело лихорадило. Я дрожал. Но вместо Богов я обрел там силы смерти. Я овладел некромантией. Или, скорее, это она овладела мной.
Они продолжали взбираться по ступеням и наконец оказались перед дверью, которая преграждала путь давним воспоминаниям. В их памяти она выглядела мощной, внушительной, а на деле оказалась крошечной и кривоватой. Палии сразу осознал, сколько долгих лет прошло с тех пор, когда он видел эту дверь в последний раз.
— Призраки, что охраняли ее когда-то, давно сгинули, — заметил Даламар. — Да и какая в них теперь нужда?
— А Врата Бездны?
— Они ведут в Никуда и в Ничто.
— А книги моего дяди?
Даламар, который в это время снимал заклятие, запиравшее дверь, после минутной паузы ответил:
— Их по хорошей цене продала Йенна в своей лавке, но лишь в качестве любопытных кунштюков, забавных древностей. Я бы даже не стал запирать эту дверь, если бы с вами не появился кендер.
— А вы не войдете со мной?
Даламар покачал головой.
— Здесь ничто не интересует меня. Я лучше займусь поисками кендера.
— Он отсутствует уже целый день и всю ночь. Если бы Тас был где-нибудь поблизости, он не выдержал бы в одиночестве столько времени и уже одолевал бы нас разговорами и расспросами.
— Но я окружил Башню магическим кольцом, — Даламар пожал плечами, — и кендер не мог миновать его и сбежать отсюда. Спастись из Башни невозможно!
— Мне нравится ваша постановка вопроса. Я имею в виду слово «спастись».
Со священным трепетом Палин вошел в лабораторию, которая некогда принадлежала Рейстлину, разработавшему здесь свои самые мощные и уникальные заклятия. Но трепет вскоре исчез, уступив место грусти и глубокому разочарованию. Эти чувства знакомы каждому, кто, возвращаясь в дом своего детства, видит, каким он стал маленьким и каким унынием веет от былого великолепия.
Легендарный стол из цельного камня такой величины, что на нем мог бы улечься минотавр, оказался покрыт пылью и изъеден мышами. Склянки, что были когда-то свидетелями попыток Рейстлина создать искусственную жизнь, теперь, забытые, бесцельно сгрудились на полках, а содержимое их давно рассыпалось в прах. Знаменитые книги заклинаний, принадлежавшие не только Рейстлину, но и архимагу Фистандантилусу, в раскрытой виде валялись на столе, корешки их сгнили, страницы затянула паутина...
Палин встал и потянулся, чтобы размять затекшие ноги. Взяв со стола лампу, он прошел в глубь лаборатории и приблизился к Вратам Бездны. Тем самым ужасающим Вратам, которые создали маги Кринна для того, чтобы верные, отважные и сильные могли войти в царство Такхизис. Рейстлин Маджере так и поступил и дорого заплатил за этот поступок. Зло, скрывавшееся за этими Вратами, было столь могущественным, что Даламар, став хозяином Башни, запер вход в лабораторию.
Занавес, закрывавший Врата, давно сгнил и висел жалкими лоскутьями. Пять драконьих голов, что сияли когда-то ослепительным светом, теперь казались тусклыми и неопрятными игрушками. Глаза их едва виднелись сквозь паутину, в разверстых пастях притаились сонмища пауков. Когда-то из этих глоток вырывался безмолвный гимн в честь Владычицы Тьмы; теперь же казалось, что пятиглавый дракон страдает от недостатка воздуха. Палин вглядывался в то, что таилось за этими головами, в глубину самих Врат.
То, что прежде было самой Вечностью, теперь выглядело небольшой пустой комнатой, чрезвычайно пыльной и усеянной насекомыми.
Услышав шуршание одежд на лестнице, ведшей в лабораторию, Палин поспешно отошел от Врат и вернулся к столу, сделав вид, что по-прежнему погружен в чтение древних манускриптов.
— Кендер сбежал, — с порога объявил Даламар.
Палин, начав со слов «А что я вам говорил», не закончил фразы, увидев разгневанное и изумленное выражение лица мага.
— Я наложил на Башню заговор, позволяющий обнаружить всех живых существ, находящихся в ней, — объяснил Даламар. — И он выявил здесь лишь меня, вас да бесчисленное множество мышей и насекомых. И полное отсутствие кендеров.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
