моем списке того, что мне нравится, но ей не обязательно об этом знать. Когда она спросила, нравится ли мне это в первый раз, когда она призналась, что жаждет этого, я солгал ей, сказав, что это мое виноватое удовольствие. Я испытываю чувство вины в форме кусочка пиццы или мороженого в бруклинском стиле с малоизвестного рынка, а не китайской еды.
Свет падает прямо на бриллиант на ее пальце, привлекая к нему мое внимание. — Мне нравится, как выглядит это кольцо у тебя на пальце, — говорю я ей, вставая, чтобы принести нам обоим воды.
Она кладет палочки для еды на угол коробки, поднимая руку, чтобы полюбоваться кольцом. Заходящее вечернее солнце освещает его ровно настолько, чтобы на стене и прилавке появились блестки. — Заставить меня выкрикивать твое имя, пока вся твоя команда слушает, недостаточно, чтобы люди знали, что я твоя?
— Даже не близко.
— Но это помогает? — Она показывает кольцо в мою сторону.
— Ты чертовски права. С этим на твоем пальце ни один мужчина не осмелится взглянуть на тебя дважды.
— С каких это пор кольцо на женском пальце мешает мужчине идти к тому, чего он хочет?
Ревность дико горит в моей груди. Во-первых, при мысли о чужом кольце на ее пальце, и во-вторых, при мысли о том, что любой мужчина хотя бы раз взглянет на нее во второй раз. — Я бы хотел, чтобы кто-нибудь попробовал.
— Звучит пугающе, — шутит она, откусывая маленький кусочек от еды.
— Ты чертовски права.
Мы оба замолкаем, пока едим нашу еду. Дело не в том, что я не хочу поговорить с ней за ужином. На самом деле, одним из моих любимых занятий с тех пор, как она переехала, было время, которое мы проводили пока я готовил ужин, и разговор продолжался даже после того, как она убрала наши тарелки и вымыла посуду. Но тема о том, что она носит обручальное кольцо, которое я ей подарил, зная, что она не собирается вечно носить его на пальце, вызывает у меня горький привкус во рту. Мысль о ней с любым другим мужчиной заставляет меня гореть от ярости.
— Говоря о помолвке, когда мы собираемся рассказать людям? Мои друзья убьют меня, если узнают, что я скрывала это от них так долго. Даже если это не…
— Не говори так, — шиплю я, прежде чем передумать. Я устал от того, что она называет это фальшивкой, хотя это именно так. Я массирую пальцами висок, пытаясь подавить появившуюся из ниоткуда головную боль. — Извини, кажется, я просто устал. Вообще-то я подумал, что мы можем рассказать моей семье завтра вечером. Мой папа звонил, когда ты спала в самолете. Они собираются быть в городе по делам и хотят пообедать, чтобы отпраздновать ранний День Благодарения. Если ты не против, я подумал, что мы могли бы просто сказать им тогда. И всем, кому ты захочешь рассказать потом.
Она какое-то время обдумывает мои слова, вертя лапшу палочками. — Да, это звучит хорошо. Тогда я тоже расскажу своим друзьям. — Ее голос звучит беспокойно, высота тона меняется от начала предложения к концу.
Я отодвигаю от себя коробку с едой и убираю ее волосы с лица. — Ты в порядке? — Я спрашиваю. Надеюсь, она не сомневается в нашей договоренности. На мой взгляд, у меня есть год с ней. Я пока не готов от нее отказаться. Я никогда не буду готов, но я точно не готов сейчас.
Она повторяет мои движения, передвигая еду перед собой. Ее пальцы сжимают хрустальный стакан, который я поставил перед ней. Мое сердце бешено бьется, когда она делает большой глоток воды, а в голове проносится то, что она собирается сказать.
Я готовлюсь к худшему — к тому, что она больше не хочет говорить людям, что мы помолвлены. Я уже думаю о том, что я буду делать, если она снимет это кольцо с пальца, даже не надев его двенадцать часов, когда она смотрит на меня, ее зеленые глаза блуждают по моему лицу. — Я в порядке. Я просто немного нервничаю из-за того, что твои мама и папа подумают обо мне, зная, что я с тобой после отношений с твоим братом.
— Они не будут думать о тебе плохо, Марго. Они знают, как сильно Картер облажался. Честно говоря, я думаю, что они будут рады снова вас увидеть.
— Картер будет там?
— Вряд ли. — Он не преминул сказать мне, что все еще хочет вернуть Марго. Я предпочитаю держать его подальше от нее. Не то чтобы я думал, что она когда-нибудь это сделает. Но я бы предпочел даже не тестировать его. Я настолько облажался, что действительно хотел бы, чтобы он увидел ее сейчас со мной. Чтобы он знал, что у него нет шансов вернуться к ней. Она моя точно так же, как я ее.
Я внимательно наблюдаю за ее лицом, пытаясь прочитать выражение ее лица и язык тела, чтобы понять, как она относится к ситуации. Даже если Картера не будет на ужине, мама и папа, скорее всего, сразу же скажут ему о помолвке. Если она сожалеет обо всем плане, она не дает никаких указаний.
— Я также подумал, что мы могли бы устроить вечеринку по случаю помолвки. Ты давно не видела своих друзей, так что мы могли бы привезти их сюда. Твою семью тоже. На самом деле, кого хочешь. Так мы могли объявить остальному нью-йоркскому обществу о своем намерении пожениться.
Ее глаза загораются. — Действительно? Мне бы понравилось это. Модное мероприятие на Манхэттене, посвященное мне? Запиши меня.
Я смеюсь. Эта женщина. Мне нравится, что она не боится прямо говорить то, что у нее на уме. — Я просмотрю свой календарь, чтобы выбрать дату.
Когда она смотрит на меня, ее большие глаза полны возбуждения, я почти обманываю себя, думая, что она действительно хочет выйти за меня замуж. Почти. Ее улыбка широкая, яркая и такая чертовски красивая, что мое сердце стучит в груди. — Я буду там.
42
Марго
— Думаю, я пойду спать, — объявляю я, борясь с зевотой и сталкивая вязаное одеяло с колен. Мы с Беком устроились посмотреть телевизор и расслабиться после напряженного дня возвращения на Манхэттен. Ну, я расслабилась, отвлекшись, делая наброски в своем блокноте, пока телевизор играл на заднем плане. Однако Бек все время работал на своем ноутбуке и телефоне. Я пыталась сказать ему, что он может пойти работать в свой кабинет, но он настоял на том,
