Однако все эти предположения пока висят в воздухе, потому что и сам Форт-Смит, откуда этим веткам полагалось бы идти, еще не связан железной дорогой ни с каким городом. Да и сам штат Арканзас пока нельзя назвать местом, где железные дороги процветают. После войны все хозяйство штата находится в расстроенном состоянии, и когда там соберутся строить — неясно. В то время как в Канзасе железные дороги растут прямо на глазах, так что в результате как бы не оказалось, что железные дороги придут на Индейские территории с севера и пройдут аккурат по тропе шауни. Тем более, что скоро этот маршрут станет все более проторенным: из Техаса на север пойдут стада коров. Северу нужно мясо, мяса много в Техасе, а самый простой способ доставки техасского мяса на Север — это неспешно гнать коров, чтобы они во время путешествия не теряли вес, а его набирали. До войны тоже практиковали такой способ — гоняли стада до Миссури, но миссурийские скотоводы вскоре запретили пригонять скот из Техаса — мол, скотские болезни таким образом заносят. Однако в Канзасе никаких законов насчет техасских коров пока нет, а железная дорога уже есть, и с каждым днем она продвигается все ближе. И даже если скотоводы из восточных округов Канзаса тоже начнут принимать законы против техасских коров, то в западном Канзасе еще никаких округов нет, и запретов там вводить некому. В общем, вот такое сложилось у Джейка впечатление, когда он путешествовал по Индейским территориям.
Что же касается развития телеграфных линий на Индейских территориях, то с этим еще сложнее. Без сомнения, телеграф должен связать Форт-Смит с Форт-Гибсоном, но вот следует ли увязывать с Форт-Смитом Форт-Таусон и Доуксвиль — тут еще надо поразмышлять. Может быть, через юго-запад Арканзаса получится проще. Однако если перейти к тропе шауни, то тут пока ничего не понятно: будут ли восстановлены форты на линии от переправы Кольбера до старого форта Арбакль на реке Канадиан? Сохранится ли столица Нации Чикасо в Тишоминго или ее перенесут? А то вон у чокто столица то в Доуксвиле, то в Скалливиле, то в Академии Армстронга… кочует в зависимости от обстоятельств. Или вот скажем, тот самый Стоунволл, у которого названий больше, чем домов: возродится ли после пожара и войны? Или же Академия Кольбера переберется теперь куда-нибудь на другое место? Сплошные непонятки, короче. Ясно только, что телеграф вдоль тропы шауни — скорее всего, понадобится. В первую очередь именно на участке между переправой Кольбера и старым фортом Арбакль — сравнительно более людном участке тропы. Хотя вот именно как линию прокладывать — зависит от упомянутых и неупомянутых мелочей.
Что же касается территорий к северу от реки Канадиан — то там пока глухо. В прошлом году Джесси Чисхольм провел обоз с товарами от восточного Канзаса куда-то на земли семинолов, но Чисхольма Джейку расспросить не удалось.
На реке Канадиан тропа шауни пересекается с тропой на Альбукерке, проходящей по северному берегу по земле семинолов. Джейк и Фокс сошли с тропы шауни и двинулись по хорошо наезженной дороге вверх по Канадиан, оценивая, насколько полезно провести телеграфную линию в западной части Индейских территорий. На самом-то деле, объяснил Джейк Дугласу, они просто думали, что так ближе к Денверу, но в отчете ведь такого не напишешь. На самом деле, как теперь выяснилось, надо было бы продолжать путь по тропе Чисхольма — тогда бы вышли не к тупиковому Форт-Доджу, а к трассе дилижанса на Денвер-сити.
Лес вдоль Канадиан найти можно, и чисто технически прокладка трассы особых затруднений не вызовет. Канадиан несудоходна, мелка, для пересечения реки хватит столбов. С коммерческой же точки зрения несколько индейских деревень и факторий особого интереса не представляют. Хотя военным может понадобиться телеграф до форта, поставленного для защиты этих земель от диких индейцев. Однако форта в этих краях пока еще нет, и появится ли он там в ближайшее время — неизвестно. Это надо в Форт-Смите у военного начальства спрашивать.
Оставив долину Канадиан, Джейк и Фокс углубились в безлесные территории. Северо-запад Индейских территорий и юго-запад Канзаса с точки зрения телеграфа были совершенно бесперспективны. Вместо ферм и деревень — только отдельные индейские стойбища; дикие индейцы, от которых ежесекундно надо ожидать нападения; стада бизонов, которым лучше не попадаться на пути — сметут и не заметят; редкие белые охотники, добывающие здесь бизоньи шкуры; полное отсутствие деревьев, пригодных на столбы. Делать тут телеграфистам нечего.
— Собственно, все, — сказал Джейк Дугласу.
— Ага, — ответил тот и зашелестел страницами блокнота. Все-таки он во время рассказа Джейка не только человечков рисовал, а еще и какие-то стенографические записи сделал. — Теперь бери карандаш, бумагу и пиши ответы на мои вопросы. Только не «да-нет», а подробно. Вопрос первый: какова была цель предпринятой экспедиции?
— Доставить Фокса в Денвер-сити, — хмыкнул Джейк. — Но самолетов пока не изобрели.
— Чего-чего не изобрели? — поднял голову от своего блокнота Дуглас.
— Ну, Дэн рассказывал, сейчас такое пробуют изобрести: вроде механической птицы, чтобы летало и пассажиров брало, как почтовый дилижанс.
Дуглас помолчал, обдумывая услышанное, а потом спросил:
— Слушай, а Дэн — он тебе странным не кажется?
— Так иностранец же! — ответил Джейк. — Как же он может быть не странным?
7
Маркиз де Сен-Люк, унося ноги от санкюлотов и гильотины, сделал очень важное открытие: оказывается, обширные земельные владения не спасут от бедности, если ты вынужден эмигрировать из революционной Франции, где они остались. А вот бриллианты имеют довольно большую ценность и при этом их легко спрятать и увезти с собой. Драгоценности покойной матушки избавили маркиза от печальной нищенской участи, и он прибыл в Новый свет во вполне достойных условиях, а не трюмным пассажиром. Наученный горьким опытом, покупать себе земли маркиз не спешил, однако от луизианской плантации, пошедшей в приданое его юной жене, отказываться не стал. Луизиана ему в общем-то нравилась, несмотря на климат и варварское обращение с французским языком.
Любовь к бриллиантам он сумел внушить и супруге, тем более, что и у той в жизни был эпизод, когда семье пришлось бежать, бросив дом и обширные земельные владения: на Гаити восстали негры, и спастись от бывших рабов удалось буквально чудом. Хорошо еще, что родители ее матери жили в Луизиане и приняли обнищавщее семейство: зятю дали в управление одну из плантаций, а заневестившейся внучке отписали другую. Богатая была семья, что и говорить, но в дореволюционные времена они и мечтать не могли породниться с маркизом.
