На мгновение Ардиан увидел залитое кровью лицо Миры. В голове у него что-то звонко щелкнуло, и он вдруг осознал, что поднимается на ноги, снимая пистолет с предохранителя.
— Сучка, — продолжал выговаривать Мире Габо, — да ты знаешь, что я с тобой сделаю?..
— Ничего, — прошептал Ардиан. — Ничего ты с ней уже не сделаешь…
Правая рука занемела так, что он даже не мог поднять пистолет. Пришлось переложить его в левую. С левой руки Ардиан стрелял хуже, но расстояние было невелико, и он надеялся, что не промахнется.
Не промахнулся. Голова длиннорукого раскололась, как спелый арбуз. Мира взвизгнула и отшатнулась. Краем глаза Хачкай заметил кровавые пятна у нее на одежде.
В то же мгновение водитель включил фары, ослепившие Ардиана. Хачкай тут же боком упал в траву, больно расшиб плечо о подвернувшийся камень. Где-то над ним оглушительно ударил выстрел.
Ардиан ужом пополз вдоль края пустыря, приближаясь к машине. Это была безумная, самоубийственная тактика, но он знал, что единственный его шанс в перестрелке с двумя профессионалами — неожиданность. А в том, что Миру схватили профессионалы, Ардиан не сомневался.
Он высунул голову из лопухов и сразу же увидел выбравшегося из машины водителя. В руке у водителя был пистолет, такой же огромный, как тот, что висел на боку у покойного Габо. Ствол пистолета рывками перемешался вдоль стены заполонивших пустырь трав. Как и предполагал Ардиан, водитель решил, что убийца длиннорукого уходит по направлению к ограде пакгаузов. Это была его первая ошибка. Вторая ошибка заключалась в том, что он забыл — или не захотел — выключить фары. Лучшей подсветки для прицельного огня придумать было трудно.
Единственным — но важным — минусом позиции Хачкая было то, что он не мог встать во весь рост. Толстяк, находившийся по ту сторону машины, наверняка успел бы его подстрелить. А использовать фактор внезапности в третий раз Ардиан не рассчитывал.
«Может, удастся проползти за машиной и выйти к ним со спины», — подумал он, но в этот момент водитель повернулся к нему.
Вряд ли он что-то увидел или услышал — скорее уловил присутствие врага обостренным чутьем опытного бойца. Но прежде чем Хачкай сообразил это, его указательный палец нажал на спусковой крючок.
«БП» в его руке тяжело дернулся. В ту же секунду пистолет водителя плюнул огнем, и Ардиан оглох от грохота.
Если бы он не лежал на земле, выстрел, несомненно, оказался бы для него роковым. Пуля прошла немного выше головы Ардиана — по-видимому, водитель стрелял, не целясь. Но второго выстрела он сделать уже не успел.
Безоболочная пуля калибра 7, 62 попала ему в шею. В ярком свете автомобильных фар плеснул фонтан темной крови. Водитель опрокинулся навзничь и исчез из поля зрения Ардиана. Во дворе мгновенно стало очень тихо, а может быть, Хачкай, оглушенный выстрелом, просто потерял способность воспринимать обычные звуки. И это было плохо, потому что у толстяка появился шанс подкрасться к Ардиану незамеченным.
Но тот не воспользовался этим шансом.
— Эй, парень, — громко крикнул толстяк, — не хочешь посмотреть, что держит во рту твоя подружка?
«Он отступил к подъезду, — определил Хачкай. — Подальше от света фар, в темноту. И у него Мира, Мира…»
— Ствол моей пушки, парень! Очень смешная картинка, можешь мне поверить! Ни дать ни взять Мисс Глубокая Глотка. А знаешь, что я сделаю, если ты не бросишь оружие и не выйдешь из-за машины с поднятыми руками?
Ардиан молчал. Судя по тому, что он успел узнать о господине майоре, вариант ответа был только один.
— Предупреждаю: стрелять в меня бесполезно. Я прикрылся телом твоей подружки как щитом. Очень аппетитный щит, должен заметить. И очень эффективный в нашем с тобой случае. У тебя ведь русский беспламенник, верно? Пули быстрые, но очень резко тормозят. Я еще ни разу не слышал, чтобы такая пуля пробила тело насквозь. Так что до меня тебе в любом случае не добраться. Будь умником, бросай оружие и выходи. Обещаю, что не причиню вреда твоей подружке. Ну, давай же, не заставляй меня ждать…
Хачкай тихо подполз к машине и прижался к теплому металлу двери. Если я отвечу, подумал он, этот гад может начать стрелять на звук. Что у него за ствол, я не знаю, есть ведь и такие, что с легкостью прошивают автомобиль насквозь… Но в любом случае для этого ему придется отвести пистолет от лица Миры.
— Отпустите ее! — крикнул он. — Я до вас все равно доберусь, понятно?
— Чего уж тут непонятного, — отозвался толстяк. — Ты же у нас такой крутой, просто ужас берет… Только вот через пять минут здесь будет полицейский спецназ, и уж эти ребята покрошат тебя в капусту, прежде чем ты успеешь обмочиться со страху.
Ардиан только зубами скрипнул. Бессильная ненависть к господину майору душила его, как шелковая удавка.
— Послушай, — словно почувствовав его состояние, вкрадчиво проговорил толстяк. — Ты же умный парень и наверняка понимаешь, что такие игры заканчиваются плохо. У тебя есть один-единственный шанс — ты бросаешь пистолет и выходишь из-за машины с поднятыми руками. Обещаю сохранить тебе жизнь. Ну же, давай, не бойся!
Ардиан молчал. По лбу его медленно стекали капли пота.
— Что же ты такой нерешительный? — усмехнулся господин майор. — Думаешь, я не трону твою подружку? Ну-ка, девочка, объясни своему крутому приятелю, что с тобой произойдет, если он не будет слушаться старших…
Мира закричала. Ардиана пробрала дрожь — захлебывающийся, полный отчаяния крик казался предсмертным. «Как можно кричать с дулом пистолета во рту?» — успел подумать он, выпрямляясь. Время потекло чудовищно медленно, будто капля патоки, стекающая с деревянной ложки. Ардиан, преодолевая сопротивление ставшего плотным воздуха, падал грудью на капот автомобиля, сжимая пистолет обеими руками. Толстяк, который, как он и предполагал, почти добрался до подъезда, протягивал в его сторону какой-то длинный темный предмет. Мира стояла перед толстяком на коленях, ее волосы были намотаны ему на кулак. Она по-видимому, пыталась отползти назад, но господин майор держал ее крепко.
Темный предмет в его руке, разумеется, был пистолетом. Как только Хачкай это понял, время ускорилось и пошло в своем обычном темпе.
Господин майор выстрелил первым. Он был невероятно быстр — Ардиан со всей своей юношеской реакцией не годился ему в подметки. Но за мгновение перед выстрелом Мира неожиданно наклонилась вперед и боднула толстяка головой в пах.
Хачкай почувствовал сильный удар в плечо. Его отбросило от машины, развернуло, краем глаза он увидел, как толстяк заносит рукоятку пистолета над головой Миры. «Это мой
