надеясь вырваться из объятий кошмарного сна. Но это был не сон.
— Не думаю, господин майор, — сказала Мира. — Мне кажется, мои методы в данной ситуации эффективнее. Он скажет, кто заказал ему итальянца. К тому же он не понимает, почему его хозяева решили от него избавиться… Нет, ничего о ящике он не знает…
«Если она сейчас повернется, — подумал Хачкай, — я пропал. Она меня увидит… предупредит своего майора… Черт, мало мне Скандербега и бандитов из Скопье!»
Мира не повернулась. Она очень внимательно слушала то, что говорил ей невидимый собеседник.
— Без оружия, — ответила она наконец. — Мне абсолютно ничего не угрожает. Господин майор, ему четырнадцать лет! Если что-то пойдет не так, я успею дать сигнал. Да, я уверена. Обещаю. Не нужно, это только привлечет внимание… Хорошо.
«Без оружия, — повторил про себя Ардиан. — Это обо мне. Она играла со мной, как кошка с мышью. Заставила унести из дома пистолет, спрятать его в сарае… А потом вытянула из меня все, что хотела, и выдала этому сраному майору. Но как? Как у нее получилось?»
Он даже скрипнул зубами, припоминая. О чем он рассказывал Мире вчера вечером, после возвращения с тропического острова? В памяти остались обрывки бессвязных признаний, ласковый шепот Миры, ее нежные прикосновения, от которых кружилась голова и сладко замирало сердце… Ардиан не помнил деталей, но отчетливо понимал, что мог рассказать ей все. Путешествие во вселенную фата-морганы и волшебство Миры превратили его в послушного ребенка. Даже удивительно, что он так и не признался ей, по чьему заказу убил Джеронимо.
Зеленый огонек на панели базы сменился красным. Мира закончила разговор.
Ардиан начал медленно пятиться в глубь коридора, стараясь производить как можно меньше шума. К счастью для него, девушка не торопилась поворачиваться. Она стояла, уткнувшись лбом в темное оконное стекло, как будто высматривала что-то во дворе. Воспользовавшись ее промедлением, Хачкай отступил в прихожую и шагнул к входной двери, но тут же остановился. Он уже не сомневался, что Мира предала его и квартира ее из надежного убежища превратилась в опасную ловушку. Но убегать из ловушки в одних трусах — более чем глупо. Нужно было одеться, забрать телефон и деньги, а на все это требовалось время. Время, которого у него почти не осталось…
Ардиан заставил себя вернуться в комнату. Глаза уже попривыкли к темноте, и он без особого труда отыскал свои вещи. Начал натягивать брюки и тут услышал приближающиеся шаги Миры. Хачкай замер, стоя на одной ноге.
Щелкнул выключатель в коридоре, скрипнула дверь. Несколько секунд спустя он с облегчением услышал приглушенный шум воды — Мира зашла в ванную.
Ардиан оделся стремительно — теперь он уже не боялся, что его услышат. Метнулся в прихожую и тут, около двери, вдруг заколебался. «Сейчас я уйду, — подумал он, — и больше никогда не увижу Миру. Прекрасную, лживую, родную, грязную предательницу Миру. Не увижу ее золотисто-рыжих волос, ее огромных глаз, ее мраморной груди и загорелого живота… И никогда больше не испытаю того волшебства, которое она подарила мне вчера…»
Вода в ванной прекратила литься. Не раздумывая больше, Хачкай откинул щеколду, повернул колесико замка и выскользнул из квартиры.
Тихо как тень он сбежал по ступенькам, осторожно приоткрыл дверь, выглянул, убедился, что двор абсолютно пуст, и только после этого бросился вон из дома. В два прыжка пересек двор, прыгнул в заросли лопухов и, стараясь не поднимать голову, понесся к ограде пакгаузов. Он был почти уверен, что Мира каким-то образом отыскала его тайник и забрала пистолет. «Пожалуйста, — молился он на бегу, — сделай так, чтобы пистолет остался на месте… ни о чем тебя больше не прошу, только пусть мое оружие будет там, куда я его спрятал…»
Сверток был на месте. Хачкай дрожащими руками развернул тряпку, выщелкнул обойму, проверил боекомплект. Прикосновение к оружию оказало магическое действие: движения стали собранными и скоординированными, сердце забилось ровнее и спокойнее, в голове прояснилось, как после глотка свежего морского воздуха. Ардиан поставил «БП» на предохранитель и засунул за пазуху. Присел на выпиравшую из штабеля балку, прикидывая, где ему безопаснее всего переждать оставшееся до рассвета время. В заброшенном пакгаузе оставаться было нельзя: это место подсказала ему Мира, она же могла навести на его след загадочного майора. Идти через ночной незнакомый город означало почти наверняка нарваться на полицейских или «голубые каски». Оставалось затаиться где-то неподалеку, а наутро выбираться на трассу Дуррес — Тирана и ловить попутную машину.
Где-то неподалеку, повторил про себя Ардиан. Найти новое убежище среди складов заманчиво, но опасно. Пакгаузы обнесены высоким забором, перебраться через который можно только в одном месте. Во всяком случае, ему известно только одно такое место. Если дыру в заборе перекроют, он окажется заперт на большой, но все же ограниченной территории.
«Нужно затаиться там, откуда будет хорошо виден дом Миры, — подумал он. — Если Мира сообщит своим хозяевам о моем исчезновении, они наверняка туда явятся. Тогда у меня будет преимущество — я смогу наблюдать за ними со стороны».
Ардиан прикрыл глаза, вспоминая, есть ли в окрестностях Мириного дома подходящие для этой цели места. Но вспомнить ничего не успел.
Что-то изменилось. Что-то произошло снаружи, за стенами пакгауза. Что-то, заставившее Ардиана мгновенно насторожиться и соскочить с балки.
Звук. Тихий, на пределе слышимости, но, несомненно, приближающийся звук. Звук работающего двигателя… например, автомобильного мотора. Ардиан замер, превратившись в слух. Да, это был, несомненно, автомобиль. И приближался он по рруга Бериши — других улиц поблизости просто не было.
Хачкай бросился к дверям. Не хватало еще, чтобы его накрыли здесь, в этой полуразрушенной кирпичной коробке. Нужно скорее выбираться за ограду, тогда у него будет шанс скрыться незамеченным.
Он добежал до дыры в заборе как раз в тот момент, когда автомобиль остановился напротив подъезда Миры. Водитель не стал глушить мотор, но фары выключил; тускло светилась только лампочка в салоне. Тихо щелкнули дверцы. Машину на миг заслонили два массивных силуэта. Когда они исчезли в темном прямоугольнике подъезда, Ардиан лег на землю и пополз наискосок через пустырь, направляясь к контейнерам для мусора. Пистолет из-за ремня он вытащил и держал теперь в правой руке.
«Спрячусь за мешками с тряпьем, — решил он. — Вряд ли они сунутся проверять помойку, уж больно там воняет… А я пересижу, ничего, не протухну… Нет такой грязи, которую нельзя было бы смыть водой и мылом…»
Там тупик.
Ардиан вздрогнул и перестал ползти. На мгновение ему показалось, что тот, кто так отчетливо произнес
