— Комната мне не нужна, я по делу, — ответил он, спрыгивая с коня. — Лошадь есть куда поставить?
— Стойла заняты, ллойд, если ваш конь потерпит под временным навесом, я его отведу.
— Хорошо, — кивнул молодой человек, бросая служке пару медяков.
Несмотря на ранний час в общем зале присутствовало довольно много народу. Часть из них были в имперской военной форме, другие — просто в дорожной одежде и обвешанные оружием. Разглядывая их, Кальвадос решил, что возможно последние прибыли из Управления СОУП Марениса.
— Уважаемый, где остановился Пиррэт Гролс? Я из его команды, — обратился патрульный к зевающему трактирщику.
— Он снял несколько комнат, но сейчас ир Гролс в отдельном зале, — узнав молодого человека, ответил трактирщик, отчаянно пытаясь подавить зевоту. — Уж жду-не дождусь, когда вы съедете, — проворчал он вслед подходящему к двери Кальвадосу.
Патрульные встречали молодого человека с нескрываемой радостью, а от дружеских хлопков у него уже начали саднить плечи. Ир Гролс сдержанно улыбаясь, пригласил его за один общий стол, сдвинутый из тех, что находились в зале.
— Очень хорошо, что вы ир Борсон быстро пришли в себя, мы и так изрядно задержались. Думаю, завтра поутру можно выезжать обратно в Триззум. Да, и вот, — глава отдела протянул ему небольшой предмет, замотанный в тряпицу, — ребята решили на память тебе оставить.
— Что это? — размотав сверток, спросил парень. Перед ним лежал узкий матово-черный осколок с палец длиной.
— Кристалл Сидуса почернел от крови хташа, а этот кусок откололся, когда кристалл демонтировали, мы решили тебе на память оставить, все-таки устранение хташа в основном твоя заслуга, — объяснил Гурнс.
— А… ну ладно, — согласился парень, еще не зная толком, что станет делать с таким сувениром.
— Так, давайте я нашему герою пока вкратце расскажу о делах, потом налюбуетесь осколком.
Кальвадос послушно положил предмет в карман, ир Гролс начал рассказывать ему новости.
Из Марениса вчера приехал отряд СОУПцев, они помогали навести порядок в Двузубье, а часть из них отправится вместе с ними, как и дэум Куно, пока лечивший пострадавших в городе. Само возвращение в Триззум не обещало быть быстрым — некоторых раненых придется везти в повозке, никто не захотел оставаться. Тела погибших также забирали с собой.
Мысль о возвращении к работе все не давала покоя молодому человеку. Неужели жизнь вновь войдет в привычное русло? Хотя нет, привычной и такой как раньше она уже не будет, после всего пережитого.
Кальвадос никогда не отличался особым героизмом, он не склонен был «лезть на баррикады» в числе первых. Жизнь на Варидии научила его выполнять приказы старших, подчиняться более опытным. Да, он мог поделиться пришедшей кстати идеей, но, если б нашелся куда лучший исполнитель, чем он, молодой человек только обрадовался бы.
Та памятная ночь битвы с демоном и убийство им чернокнижника что-то изменили в нем. Это не была жажда адреналина, чувство превосходства в бою или облегчение от минувшей смерти. Сейчас, слушая ир Гролса и раздумывая над тем, чего он хочет, Кальвадос понял — все что угодно, лишь бы не изнывать от скуки на одном и том же месте. К тому же, он так и не повидал этот все еще новый для него мир.
После обсуждения предстоящих планов и поездки обратно, ир Гролс отпустил патрульных отдыхать. Выйдя из отдельного зала, Кальвадос подошел к стойке и заказал подогретого вина да чего-то перекусить. Возвращаться в дом торговца пока нет желания, — за время, проведенное в постели, он соскучился по обществу, по делам.
Допивая вино, Кальвадос осмотрел зал. В дальнем углу он только сейчас заметил группку чистильщиков, теперь уменьшившуюся на одного. Ну да, все правильно, теперь они сами по себе, сотрудничество с триззумскими патрульными закончилось.
— Утро доброе, можно к вам присоединиться? — подошел он к столу англичан.
— Э, да это наш герой! — улыбнулся Роберто и с молчаливого согласия ир Алессоро кивнул парню на стул.
— Ир Алессоро, похороны уже состоялись? — сразу же спросил Кальвадос.
— Еще нет, через полчаса едем на кладбище, а к вечеру — из города.
— Можно я тоже поприсутствую?
— Конечно.
Под воздействием уже выпитого и дополнительно заказанного вина разговор с имперского плавно перешел на английский. Все больше вспоминали о жизни погибшего, стараясь не сильно печалиться и вспоминать лишь хорошее да веселое. Грусти и так хватало хоть через край.
Кальвадос тоже не остался в стороне. Несмотря на то что он не очень хорошо знал Артуса Лебриджа, с удовольствием послушал истории из его жизни, в особо интересных моментах спрашивая о подробностях того или иного курьезного случая.
В результате поминки закончились не как обещалось через полчаса и, прибыв на кладбище, компания застала изрядно продрогших могильщиков и извозчика катафалка. Ну да их ворчание враз поутихло после пары дополнительных монет. Похорон обошелся без храмовников: как уже убедился Кальвадос, в Риоссе было нормальным не читать «последних речей» на погребении, да и погибший не являлся риоссцем. А свежие захоронения и так освятятся.
Все происходило просто, быстро и как-то буднично, ну да молодому человеку и в прошлой жизни не нравилось, когда из похорон делали многоэтапный ритуал
