- Хотела бы. Попозже, - ответила я дяде. Черноволосая официантка, извинившись, вошла в кабинет и спросила все тем же глубоким голосом, больше подходящим певице, нежели работнице ресторана:
- Что бы вы хотели заказать?
Мне показалось, что в кабинете вновь стало холоднее.
- Мне как обычно, - сказал дядя. – И бутылку красного – вы знаете, какого. Принести вместе с заказом.
Интересно, он что, начал пить? Куда ему одному бутылка красного вина?
- Хорошо, Тимофей Петрович, - улыбнулась ему Арина и своими черными немигающими глазами уставилась на меня. Взгляд у девушки был пристальный, ледяной, у меня по спине поползли мурашки, и я инстинктивно отодвинулась подальше – внимательный Тимофей заметил это. Я хотела открыть рот, чтобы сказать, что хотела бы заказать, но что-то словно случилось с моим дыханием – я вдохнула воздух, но выпустить его из своей груди не могла. Да и к тому же показалось, что на лоб вдруг кто-то положил холодную, как снег на улицах, влажную руку.
- Настя, ты готова сделать заказ? – спросил дядя Тим у меня. – Дорогая племянница, тут все на высшем уровне, так что не бойся.
Он словно специально сказал вслух, что я – его племянница. Дыхание тут же стало нормальным, а ощущение холода на лбу, которое уже переползло на щеки, прошло. Я, резко выдохнув, обхватила себя руками, не понимая, что со мной происходило последние десять секунд.
- Настя? – коснулся моего плеча дядя. – Ты в порядке?
- А? Да, просто что-то голова внезапно заболела, но уже прошла, - ответила я, не без некоторого страха посмотрев на официантку. Ледяные прежде глаза казались дружелюбными и, кажется, чуть-чуть извиняющимися.
Так, что со мной творится? С нервами не порядок, что ли? Или с сердечно-сосудистой системой? Или с дыхательной?
Я глотнула из хрустального бокала воды, показавшейся мне вкусной, словно она была родниковой, прочистила горло и сделала, наконец, заказ.
- Кофе сразу, одновременно с основными блюдами или попозже? – уточнила девушка.
- Продолжим? – предложил Тимофей. – Ты бы хотела в Италию?
- Да, хотела бы. Но поеду туда позже.
Когда заработаю денег, мысленно добавила я, почему-то не сомневаясь, что заработаю. Я ведь буду отличным журналистом, почему бы и не заработать? Может быть не сразу, но со временем точно буду высокооплачиваемым специалистом. И это не мечты, а моя цель.
- Почему же позже?
- Так сложились обстоятельства.
- Денег нет, - сообщил мне дядя Тим то, что я и так знала. Вот же сноб. Еще и веселится при этом.
- Ну да, и что? Для чего ты вообще позвал меня сюда? Пять лет не интересовался, а случайно встретил и решил вместе поужинать.
- Знаешь, почему?
- Знаю, - фыркнула я, помня его слова на улице. – Потому что кровь гуще воды.
- Это да, - подтвердил Тимофей, снимая пиджак и оставаясь в одной рубашке с длинными рукавами. – Настя. – Он поставил оба локтя на стол и подался чуть вперед, смотря мне в глаза своим стальным взглядом.
- Что?
- Ты знаешь, что объединяет Юрия, Яну, Олесю, Павла и Андрея? – назвал он имена моих братьев и сестер, которые были моими ровесниками, плюс-минут три-четыре года.
- Что же? Кровь?
- Кроме.
- Не знаю.
Что за глупые вопросы? Все они совершенно разные – разная внешность, характеры, фамилии. Ничего общего кроме родственных отношений. И все из них, за исключением Юрки мне неинтересны, как , впрочем, и я им. Я бы даже сказала больше – Яна и Олеся меня ненавидят, а Паше и Андрею до меня нет никакого дела. По крайней мере, так было раньше, но сомневаюсь, что их чувства по отношению ко мне по прошествии пяти лет изменились.
- Подумай, - сказал дядя и прикрыл рукой рот – то ли зевнул, то ли улыбнулся.
- Ты меня для этого позвал? – нахмурилась я. - Откуда я знаю. Этими людьми я не интересуюсь.
- Кроме Юрия, - заметил дядя Тим, который, оказывается, был в курсе наших отношений. – Это странно, хотя, признаюсь, некоторых людей мне тоже жаль, и поэтому я с ними добр.
Это, наверное, он про жену говорит, тут же подумалось мне, но я привычно не стала озвучивать своих мыслей, помня, что иногда язык мой – враг мой.
- Я не могу ответить на твой вопрос. Их объединяют родственные отношения, - сердито сказала я. А дядюшка не зря вино заказал. Пить, небось, стал, вот с головой и случаются конфузы.
- Тогда поставим вопрос по-другому, - внимательно глядя на меня из-под стекол брендовых очков-хамелеонов, ответил спокойно Тимофей. – Что отличает тебя от них?
- Да много чего.
- Что первым тебе приходит на ум? – вкрадчиво спросил Тимофей.
- Они богатые, и могут поехать в Италию, когда им захочется, а я – нет, - отозвалась я, вспомнив его недавний вопрос.
- Ты бы тоже могла быть обеспеченной, дорогая племянница. Если бы не выкидывала свои фортели. Осталась бы дома, поступила туда, куда сказал тебе отец. Сейчас бы ты была счастливой обладательницей диплома из Оксфорда, Гарварда или Кембриджа. Тебя бы устроили на престижную работу. Ты бы жила в прекрасных условиях, путешествовала, покупала то, что хочется. Жила бы беззаботно.
- И без цели в жизни, - упрямо сказала я, сглотнув, и вовсе не из-за того, что хотела есть, а потому что в горле образовался ком. – Тратила бы чужие деньги, ничем бы не занималась и постепенно деградировала.
- Ты все же озвучила настоящее отличие от других моих племянников, Настя, - поднял палец кверху дядя вдруг.
- Что?
- Цель в жизни. Желание что-то делать. Желание добиваться. Желание идти вперед. Вот чем ты отличаешься от своих сестер и братьев, девочка моя. Ты одна из них, кто может решать, достигать и получать. Решать, что и как делать ради цели, достигать намеченное и получать отличный результат.
Я не слышала, чтобы дядя Тим так кого-то раньше хвалил. Только свою жену перед журналистами, чтобы показать, какая у них классная и гармоничная семья.
- Думаешь, я тебя хвалю? – не стали загадкой мои мысли для Тимофея. – Нет, я констатирую факты. Они совершенно бесполезны – и я говорю не только о бизнесе. Но если говорить о нем – не хочешь ли работать со мной?
- Еще раз? Работать с тобой? – вот же славный вечер открытий.
- Да, со мной. Именно со мной, а не с твоим отцом.
В это время в кабинет вошла официантка с подносом, на котором стояли наши напитки, в том числе и бутылка вина, а также закуску – что-о вроде подарка от ресторана. Она, извинившись, с легкой улыбкой осторожно, но очень ловко расставила все перед нами, а чуть позже вернулась и с горячими блюдами, действуя почти не слышно, стараясь не отвлечь от разговора. Льда в ее глазах я больше не видела, а позже вообще стала считать, что мне показалось.
- Как тебе мое предложение? Ты умная девочка быстро поймешь, что и как делать. И быстро сможешь занять неплохую должность в моей компании. Для начала будешь постоянно находиться рядом со мной – начнешь сопровождать меня в поездках, присутствовать на собраниях, во время рабочих моментов и так далее. Это все обсудим позже. Одновременно будешь изучать юриспруденцию, экономику и маркетинг.
Я в глубоком изумлении посмотрела на дядю Тима, напрочь забыв о своем супе. Мне по голове словно ударили огромной поварёшкой – так я была удивлена.
- Это серьезно?
- Ты же знаешь, что я редко шучу, - он сделал глоток красного вина.
- Для меня это неожиданность, - призналась я. – И я не совсем понимаю ситуации. Ты случайно увидел меня на улице, и к тебе в голову пришла такая идея?
- Она пришла мне в голову некоторое время назад, когда Яна рассказывала о тебе на семейном празднике, на котором я был вынужден присутствовать, потому что это был День рождения отца.
Я кивнула. Этот день из года в год праздновался в семье, хотя самого дедушки уже много лет не было в живых – почти уже двадцать. Зато собиралась, как правило, вся семья. И все делали вид, что друг друга любят и уважают.
- И что же обо мне рассказывала Яна? – осторожно спросила я.
- Ничего особенного. Что встретила тебя в каком-то местном клубе. С совершенно невнятными людьми. Думаю, она имела в виду твоих друзей, к которым ты так рвешься сегодня. Увы, долго о тебе не слушали – Рита не любит упоминаний о тебе.
Рита – мать Яны. Упоминаний о ней я тоже не люблю. Как только я вспомнила об этой женщине, мое настроение тут же заметно испортилось. Да и неожиданно предложение дяди, как и встреча с ним, оптимизма не добавили. Я сколько времени бежала от того, что дядя Тим мне предлагает, сколько времени бежала прочь от этих людей, так хотела все и всех забыть и жить хоть и одиноко, но так, как я хочу, что слова Тимофея меня не только пугали, но и отталкивали.
- Вернемся к разговору. Мне нужен помощник. Кто-то из тех, у кого со мной общая кровь. Но, увы, в бизнесе им делать нечего. Богатенькие детки, которые не знают, что такое работа, мне не нужны.
Я молчала. И это молчание затягивалось, но не потому что я взвешивала все «за» и «против» - в своем ответе я была уверена, а потому что не знала, как отделаться от дяди Тима, привыкшего все за всех решать.
