уже не изменить. Надеюсь, следующего личного служителя ты не станешь отвергать.
Церковники приковали Алию к столбу и спустились, убрав лестницу. Появился новый персонаж — обнажённый по пояс мужчина, нацепивший на голову красный колпак, скрывающий голову. Палач. В руках он держал факел. Верховный епископ поднялся, привлекая всеобщее внимания. Гул в толпе стих — всем хотелось услышать слова отца Урга. Епископ посмотрел на часы на башне — до трёх часов оставались считанные секунды. Неожиданно громыхнуло так, что даже окна зазвенели — синюшная туча вновь изменила направление, устремившись в сторону города. Поднялся ветер, вновь запахло свежестью и в этот момент верховный епископ произнёс:
— Пусть твоя душа очистится, дитя моё. Время!
Палач опустил факел и пошёл по кругу, поджигая дрова. Те вспыхнули словно сухая трава. Всего пара мгновений и огромное пламя поднялось ввысь. Несколько секунд ничего не происходило, но тут площадь заполнилась истошным криком сжигаемой заживо девушки. Пламя добралось до её ног…
— Не отворачивайся! — резко приказал верховный епископ, когда я отвёл глаза в сторону. Видеть, как мучалась девушка, было выше моих сил. — Имей смелость смотреть на последние мгновения той, кто пошла ради тебя на очищение. Потому что…
Договорить верховный епископ не успел — сверкнуло так, что я на мгновение ослеп. Затем раздался оглушительный грохот и посыпались камни — молния попала в вершину одной из башен. А затем произошло то, что бывает только в сказках — с неба обрушился ливень. Нет, не ливень — император всех ливней! Тёмная туда добралась-таки до столицы и обрушила на неё всю свою мощь. Дождь был таким мощным, что со своего места я не видел даже стен Крепости! Крик Алии оборвался — девушка бессильно повисла на цепях. Костёр какое-то время сопротивлялся, пытаясь бороться с внезапной стихией, но всё же сдался, не в силах противостоять потоку воды. Верховный епископ поднялся на ноги. Вода стекала по его голове, золотистая мантия промокла насквозь, но глава церкви не обращал на это внимания. Он стоял и молча смотрел на лишившуюся сознания девушку. Вскоре к отцу Ургу присоединились все епископы. За ними — все, кто явился на казнь. Огромная толпа народа стояла под проливным дождём, не сводя взгляда с потухшего костра.
Так продолжалось минут десять. Ветер продолжил гнать тучу дальше и вскоре о ней напоминал лишь непрекращающийся грохот, синюшнее небо, да огромные потоки дождевой воды, с которыми не справлялась ливневка. По толпе прошёл гул, но тут верховный епископ поднял руку, призывая всех к молчанию.
— Свет явил свою волю. На очистительный костёр взошла лишённая сана Алия, но Свет показал нам, что мы ошиблись. Всё, что делала Алия, шло в строгом соответствии с велением Света! Мы были слепы, но очистительный огонь показал нам истину. Нет больше сестры Алии. Она очистилась. Ушла в вечность. Только что Свет породил нового человека. Мать Алию. Ту, кто имеет право на голос и собственное мнение в рамках церкви Заракской империи. Ту, кто является ровней епископам и не подчиняется никому, кроме самого Света! Если кто-то из присутствующих не согласен с моей трактовкой произошедшего, пусть скажет об этом сейчас, либо молчит до конца своей жизни!
Крепость молчала. Многие люди даже дышать боялись, чтобы не вызвать случайно гнев Света. Ведь то, что произошло… Не могло быть ничем иным, кроме как явлением Его воли!
— Да будет так! — провозгласил верховный епископ и неожиданно повернулся в мою сторону. — Ты изъявил желание взять Алию в личные служители. Подтверждаешь ли ты свои слова или отказываешься от них?
Всеобщее внимания перешло на меня. Стало неуютно. Однако продавить меня не получилось:
— Я готов согласовать с ней договор и подписать его.
— Договор возможен только с обычным служителем Света, но не с той, кем стала мать Алия. Между вами не будет никакого договора. Только что Свет доказал, что мать Алия является кем-то большим, чем просто служителем. Ваше сотрудничество будет строиться на чистом доверии. Так, как изначально желала сестра Алия, но я не услышал её. Я был глух и слеп, не понимая, что за ней стоит сам Свет. Я жду твоего ответа, смертник Макс!
— Подтверждаю, — произнёс я, прижатый к стенке. Отказываться от своих же слов меня не учили.
— Да будет так! Правом, данным мне Светом и советом епископов Заракской империи, я лишаю Макса статуса смертника. Пока ещё безымянный человек по кличке Макс выходит из-под юрисдикции Крепости. Отныне и впредь судьба этого человека будет зависеть только от матери Алии, его личного служителя. Она и только она отвечает за жизнь и действия своего подопечного. Ни церковь, ни империя, ни академия больше не имеют над ним власти. Если кто-то из присутствующих не согласен с моим решением, пусть скажет об этом сейчас, либо молчит до конца своей жизни!
И вновь тишина стала ответом отцу Ургу.
— Да будет так! Отец Двар, прошу, освободите мать Алию и обеспечьте ей лекаря. Очищение огнём завершено. Все могут быть свободны.
(Тридцать лет тому назад, кабинет епископа юго-западного региона.)
— Епископ Ург, вы должны это увидеть! С таким мы никогда не сталкивались!
— Магический камень? — епископ взглянул на протянутый ему камушек. — Что же в нём такого примечательного, что отец Грон решил покинуть свою мастерскую?
Обладатель тёмной мантии смутился, но быстро взял себя в руки.
— Это не просто магический камень! Это решение всех наших проблем с засухой! Я тут провёл небольшое исследование — с помощью этого камня можно вызвать дождь! Даже поразительно, что можно найти в старых архивах!
— Дождь? — нахмурился епископ. — Ты пришёл ко мне ради дождя?
— Не просто дождя! — насупился исследователь. — Этот камень может вызвать как небольшой дождик, так необходимый нашим посевам, так и чудовищный ливень, способный смести всё на своём пути. Никаких ограничений — весь вопрос только в количестве затраченной маны!
Дождь… Епископ Ург задумался — здесь, на юго-западе империи, с этим явлением природы всегда были проблемы. Слишком далеко от моря, слишком высокие горы окружают регион, задерживая дождевые тучи. По суди, большая часть территории являлась пустыней, неспособной принести достаточно продовольствия. Если в его руках появится возможность вызывать дождь, проблема с продовольствием будет решена. Однако, если про этот камень узнает верховный епископ или ректор академии, они потребуют его себе. Нет,
